Россия - Запад

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Россия - Запад » СОВРЕМЕННАЯ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ЗАПАДА » Америка, Америка. Мы все живём в Америке...........


Америка, Америка. Мы все живём в Америке...........

Сообщений 21 страница 25 из 25

21

The New York Times, США

Правда о расстреле во флоридской школе

16.02.201882160
Дэвид Леонхардт (David Leonhardt)


Как показывают опубликованные в журнале Health Affairs результаты последних исследований, Соединенные Штаты стали «самым опасным местом для детей среди богатых стран». Менее почетное звание трудно себе представить.

Особенно пугает, что приобрели мы его относительно недавно. В 1960-х годах детская смертность в Америке была даже немного ниже, чем в других странах с высоким достатком. Однако с тех пор многое изменилось:

1. Прочие страны намного успешнее, чем США, сокращают младенческую смертность. Причины нашего отставания в этой области точно не известны, но, по-видимому, оно связано с недостатками американской системы социальной поддержки.

2. Прочие страны сумели сильно уменьшить смертность в результате дорожно-транспортных происшествий — а именно от них особенно страдают подростки. Как я недавно писал в одной из своих колонок, Соединенные Штаты с легкостью могли бы тоже ее уменьшить, но этого не делают.

3. Соединенные Штаты охвачены настоящей эпидемии смертей от огнестрельного оружия. Нигде больше этого фактора практически нет. Согласно опубликованной в Health Affairs статистике, уровень смертельного насилия с применением огнестрельного оружия в Америке в 49 раз выше, чем в других богатых странах.

Вероятно, вы уже знаете, что вчера в Южной Флориде погибли не меньше 17 человек, в основном старших школьников. Скорее всего, вы успели услышать множество бесполезных соболезнований. Но вот вам правда о случившемся: дело в том, что убитые вчера во Флориде подростки имели несчастье вырасти- попытаться вырасти — в стране, которой было наплевать на их жизни.

Давайте, чтобы почтить их память, не позволим нашему гневу по этому поводу угаснуть, пока не прекратятся бессмысленные смерти детей.


Оригинал публикации: The Truth About the Florida School Shooting
Опубликовано 15/02/2018 11:11
https://inosmi.ru/social/20180216/241481902.html

0

22

Fox News: с американскими мужчинами происходит что-то «тревожное»

Сухая статистика говорит, что в США происходит настоящий «кризис» мужского пола: американские мужчины не только начинают уступать женщинам практически на всех фронтах, но даже переживают физиологические изменения — включая снижение уровня тестостерона, рассказывает ведущий Fox News Такер Карлсон. Вместе с тем об этом «упадке мужчин» почти не говорят публично, а американские политики продолжают распространять идею о том, что женщинам в США приходится гораздо труднее.

Сухая статистика говорит, что в США происходит настоящий «кризис» мужского пола: американские мужчины не только начинают уступать женщинам практически на всех фронтах, но даже переживают физиологические изменения — включая снижение уровня тестостерона, рассказывает ведущий Fox News Такер Карлсон. Вместе с тем об этом «упадке мужчин» почти не говорят публично, а американские политики продолжают распространять идею о том, что женщинам в США приходится гораздо труднее.

Сегодня вы увидите первую часть нашего цикла, который будет выходить каждую среду в марте. Он будет посвящён теме мужчин в Америке. Признаки можно увидеть повсюду: если вы — мужчина средних лет, то вы, вероятно, были знакомы как минимум с одним мужчиной, который в течение нескольких последних лет покончил с собой, а если воспитываете детей, то могли заметить, что дела у вашей дочери немного лучше, чем у вашего сына. У них (женщин. — ИноТВ) лучше оценки, они гораздо меньше курят марихуану, меньше играют в видеоигры, поступают в более престижные колледжи.

Если вы работодатель, то, возможно, заметили, что ваши сотрудницы приходят вовремя, в то время как молодые люди этим часто похвастаться не могут. И, разумеется, если вы живёте в нашей стране, то вы только что стали свидетелем целой череды ужасных массовых убийств с применением огнестрельного оружия — гораздо более интенсивной, чем у нас когда либо бывало — и совершали их совсем не женщины: в каждом случае стрелком оказывался мужчина. С американцами происходит что-то тревожное, и это понимает любой, кто следит за ситуацией.

Что странно, так это то, что об этом крайне редко говорят в публичной обстановке. Наши лидеры обещают создать более благоприятную среду для женщин и девушек, которым, как они говорят, приходится очень непросто. Мужчинам же помощь не нужна, они же «патриархат», у них всё нормально, даже отлично. Но так ли это? Приведу цифры.

Начнём с фундаментального — с жизни и смерти. В Америке среднестатистический мужчина умирает на 5 лет раньше, чем среднестатистическая женщина. Причина отчасти в пагубных привычках. У мужчин вдвое выше вероятность стать алкоголиком.

Кроме того, они в два раза чаще умирают от передозировки наркотиками. В Нью-Гэмпшире — одном из штатов, которые сильнее всего пострадали от опиоидного кризиса, — 73% людей, скончавшихся от передозировки, были мужчинами. Впрочем, самая грустная причина более короткой продолжительности жизни мужчин — это самоубийства. 77% всех самоубийц в Америке — это мужчины. Общее их количество стремительно растёт: с 1997-го по 2014 год количество самоубийств, совершённых американскими мужчинами средних лет увеличилось на 43%. Чаще всего счёты с жизнью сводят американские индейцы и белые американцы — они совершают самоубийства приблизительно в 10 раз чаще, чем латиноамериканки и темнокожие женщины.

Вы часто слышите о «тюремном кризисе» в США. А это, между прочим, тоже почти исключительно мужская проблема. Больше 90% заключённых — мужчины.

Эти проблемы весьма многогранны, но нам известно, что начинаются они в раннем возрасте. А меж тем, по сравнению с девочками мальчики с учёбой в школе не справляются. Девочки чаще заканчивают старшие классы, чем мальчики, и значительно чаще попадают в колледжи и успешно выпускаются. В школах всех уровней именно мальчики замешаны в подавляющем большинстве случаев нарушения дисциплины.

Одно исследование показывает, что расстройства, связанные с гиперактивностью, диагностируют у одного из пяти мальчиков, учащихся в старших классах. У девочек это случается в одном случае на 11. Во многих подобных случаях назначалось медикаментозное лечение, а ведь долгосрочные последствия от приёма этих медикаментов в полной мере не изучены — но среди них, по некоторым данным, фигурирует депрессия в более зрелом возрасте.

Кроме того женщины со значительном перевесом численно превосходят мужчин среди студентов магистратур и аспирантур, они чаще получают докторскую степень, а теперь их ещё и больше среди абитуриентов и в юридических, и в медицинских ВУЗах.

Последствия неудач на ниве учёбы для мужчин оказываются долгосрочными и крайне серьёзными. С 1979 по 2010 год реальная почасовая зарплата мужчин работоспособного возраста, имеющих только среднее образование, упала примерно 20%. При этом, зарплата женщин со средним образованием за тот же период выросла. Закат индустриальной экономики преимущественно бьёт именно по мужчинам. Сегодня в США проживают 7 миллионов мужчин работоспособного возраста, которые не работают — они исключены из трудовых резервов. Почти половина из них ежедневно принимает обезболивающие. На сегодняшний день это самые высокие показатели в мире.

Количество молодых мужчин, заключающих браки, значительно сократилось по сравнению с периодом всего пару десятков лет назад — как, впрочем, и количество мужчин, не расторгающих браки. Почти каждый пятый ребёнок в США воспитывается одной матерью. Этот показатель вдвое выше, чем в 1970 году. Мальчиков, которые растут без отца, стало на несколько миллионов больше. Молодые взрослые мужчины сейчас в большей степени склонны жить с родителями, чем с супругой или партнёром. У молодых женщин всё совсем не так: незамужние женщины покупают собственное жильё почти вдвое чаще, чем холостые мужчины. Количество женщин превысило количество мужчин и среди владельцев водительских прав.

Каждый раз, когда в ходе общественных дискуссий всплывает тема разницы между полами, в первую голову неизменно говорят о так называемом «разрыве в заработной плате». Да вы и сами это наверняка слышали такое: «На каждый доллар, заработанный мужчиной, женщина зарабатывает 77 центов». Этот показатель упоминают постоянно — её повторяли и президенты, и многие кандидаты…

Словом, она повсюду. А ведь в нём сравниваются все американские мужчины со всеми же американскими женщинами во всех профессиях. Подобные измерения ни справедливыми, разумными не назовёт ни один социолог. Эти цифры ничего не значат, их специально приводят для того, чтобы ввести в заблуждение — это просто расхожий тезис. И если сравнить мужчин и женщин с сопоставимым опытом, работающих одно и то же количество часов в неделю на аналогичных должностях и в течение схожего времени — а это, к слову, единственный способ реально что-то тут измерить — этот «разрыв» практически пропадает, а то и вовсе оборачивается в пользу женщин.

Так, например, в одном исследовании на основе данных переписи населения было выявлено, что незамужние женщины возрастом от 20 до 29 лет, проживающие в городах, в настоящий момент зарабатывают в среднем на 8% больше, чем их мужчины того же возраста и семейного положения. Кстати, большинство управленческих позиций сейчас занимают женщины. А ещё женщины в среднем набирают больше баллов в тестах на IQ, чем мужчины.

Мужчины начинают отставать даже в физическом плане: в одном свежем исследовании обнаружили, что сдать базовые нормативы по физподготовке, предусмотренные курсом молодого бойца армии США, не смогла почти половина молодых людей. 70% американских мужчин в настоящий момент имеют лишний вес или страдают от ожирения, тогда как у американских женщин этот показатель составляет 59%.

Но что, наверное, больше всего озадачивает и пугает, так это то, что мужчины становятся менее мужественными на фундаментальном уровне, в том плане, который доступен для объективного измерения: например, такой показатель, как количество сперматозоидов в эякуляте, резко сократился во всех западных странах — он почти на 60% ниже, чем в семидесятые годы XX века, и учёные не понимают, почему.

Уровень тестостерона у мужчин также резко сократился — к примеру, в одном исследовании было установлено, что среднее количество тестостерона у мужчин уменьшалось на 1% ежегодно, начиная с 1987 года, и это никак не связано с возрастом. Иными словами, у среднестатистического сорокалетнего мужчины в 2017 году уровень тестостерона ниже на 30%, чем был у среднестатистического сорокалетнего мужчины в 1987-м.

И никаких положительных моментов в этой тенденции нет: пониженный уровень тестостерона у мужчин связывают с депрессией, апатией, набором лишнего веса, снижением когнитивных способностей… Ничего подобного с настолько большой долей населения никогда ранее не происходило — и поэтому, казалось бы, нужно выяснить, почему идёт этот процесс, что же такое происходит, и как нам это исправить.

Однако СМИ этот сюжет игнорируют — эта тема по какой-то причине считается «маргинальной». Да научно-исследовательский истеблишмент, представьте себе, это как приоритет не рассматривает — мы специально проверили, и нам не удалось найти ни единого субсидированного Национальными институтами здоровья США исследования причин сокращения уровня тестостерона. Зато нашли научную работу о, цитирую, «распространённости практики ухода за лобковыми волосами среди женщин в США и стимулах, побуждающих их к такой практике».

Итак, таковы численные данные, и через них мы видим очень чёткую картину: американские мужчины слабеют и телесно, и умственно, и духовно. Речь идёт о настоящем кризисе. Но наши лидеры притворяются, что ничего подобного не происходит; больше того, они нам рассказывают, что всё ровно наоборот, что женщины — жертвы, а мужчины — угнетатели. Те же, кто подвергает такое допущение сомнению, подвергают себя риску быть наказанными.

И вот ещё пример: хотя женщины находятся сильно впереди мужчин в области высшего образования, руководство почти всех колледжей выделяет средства на факультет «женских исследований», главная цель которого — атаковать «власть мужчин».

Этот же посыл пропускают через себя и ещё громче повторяют наши политики и ведущие предприниматели: «Мужчины имеют привилегированным положением, а женщин угнетают; нанимайте, повышайте и премируйте персонал с учётом этого». Если бы это было правдой, такое было бы нормальным — но это неправда.

В лучшем случае, это уже устаревший взгляд на ту Америку, которой больше нет; в худшем — пагубная ложь. Так или иначе, игнорирование мужского упадка не идёт на пользу никому. Мужчины и женщины нуждаются друг в друге, одни не могут существовать без других, таковы элементарные принципы биологии.

Такова же и реальность, в которой жили мы все — вместе с родителями, с братьями и сёстрами, с друзьями. Когда мужчины испытывают упадок, страдаем мы все.

Как до этого дошло? Как нам всё исправить? Мы надеемся, что ответить на эти вопросы позволит наш цикл передач, который будет в этом месяце выходить каждую среду.

Далее: https://news.rambler.ru/world/39318989/ … e=copylink

0

23

http://www.iarex.ru/images/logo_rex.png

Экономический план Трампа: почему США больше не нужен доллар
Ведущие финансовые гуру США активно заговорили о вреде доминирования доллара для самой Америки

Александр Запольскис
7 октября 2018  17:00


Обычно принято считать противниками доллара лишь тех, кто его покупает. Следовательно, американские инвесторы должны выступать за максимальное сохранение "долларового мира", обеспечивающего им не только доступ к любым зарубежным активам, но и возможность их приобретения по максимально выгодной цене. Кроме того, статус самой надежной резервной валюты мира создает стабильный внешний спрос на нее, тем самым поддерживая ее курс. Тем удивительнее видеть признаки формирования явного обратного тренда.

Британский финансовый аналитик Джим О'Нил широко известен в профессиональных кругах. Бывший главный экономист и потом партнер банка Goldman Sachs, с 2010 управляющий активами Goldman Sachs Asset Management,  председатель Chatham House, автор акронима БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай), автор многочисленных и очень востребованных книг по международному бизнесу и глобальным финансам, является человеком, в этих самых финансах понимающим если не все, то очень и очень много.

Так вот, этот человек выступил на канале CNBC и выразился не допуская разночтений: "Мы живем в этой очень своеобразной ситуации, когда роль доллара в мировых финансах является просто идиотски важнее экономики США". Акела потерял былую хватку? Или либеральная американская мода на «левацкость», наконец, добралась и до столпов западной экономической школы?

Однако если почитать недавние аналитические статьи мастера, то легко увидеть, что никаких опасений за будущее капитализма он не испытывает, а для США так вообще обоснованно пророчит рост ВВП аж в 4%. Следовательно, не то и не другое, речь, похоже, идет о признаках смены глобального тренда среди ведущих игроков мировой, в первую очередь, американской экономики. Пока "все" ратуют за сохранение "всего, как было", люди, контролирующие ключевые капиталы, так сказать, предстоящие перемены уже зафиксировали, признали, приняли и стратегию действий в новых условиях, не светясь особо в прессе, начали реализовывать.

В последнее время слишком многое начало указывать на то, что доллар как доминирующая мировая валюта, начал мешать им самим. Давайте просто экстраполируем ключевые сегодняшние тренды хотя бы до середины текущего столетия.

Предположим, Трампу, получится переизбраться на второй срок, а стоящим за ним людям – реализовать новую версию "Америки для американцев", вернув транснациональные корпорации назад в США. Тем самым выведя объем собственного промышленного производства до лидирующих в мире значений, следовательно, переведя страну из чистых импортеров в ведущие экспортеры, а также поставив их капиталы с прибылями под жесткий контроль Налогового управления.

Торговая война с Китаем, а, по сути, со всем миром, фактически разрушает единство торгового пространства ВТО, в конечном итоге, приведя планету к созданию нескольких замкнутых экономических кластеров, достаточно закрытых для импорта. Потому что каждая ввозимая из-за рубежа рубашка, пара штанов, детская игрушка, тем более компьютеры и смартфоны автоматически забирают у импортера некоторое количество рабочих мест.

По официальным данным экспорт продукции в США создает в Китае по меньшей мере 1,6 млн рабочих мест только непосредственно напрямую, а если считать со смежниками, логистикой и прочим обеспечением бизнес-процессов, то до 8-10 раз больше. А если где-то в одном месте что-то прибыло, то в других местах оно непременно должно убыть. И наоборот.

Проблема с размером государственного долга в целом тоже решается. Нет, возвращать его никто не собирается, однако на протяжении последнего времени темпы роста общей суммы задолженности США резко упали. Если с 2009 по 2017 сумма увеличилась с 9,9 до 19,9 трлн долларов (или по 1,25 трлн ежегодно), то с января по сентябрь 2017 она увеличилась всего на 264 млрд. Падение темпов роста долга в 3,2 раза!

Но важнее другое. С конца 2014 года начался процесс постепенного возврата официальных внешних долгов назад в Америку. На ноябрь 2015 года из общего объема выпущенных Федрезервом облигаций 41,1% находилось на балансе пенсионных фондов и прочих "внутренних держателей", к которым относятся также штаты, графства и отдельные города. Еще 24,35% лежали в инвестиционных портфелях частных американских (!) инвестфондов и кредитных союзов.

На долю иностранных государственных инвесторов приходилось лишь 34,1%. На протяжении последних трех лет иностранные правительства постепенно американские бумаги продают, но их объемы тут же выкупаются американскими частными инвесторами или банками, входящими в ФРС. На данный момент Федрезерв владеет 4,5 трлн из 21 трлн общей суммы госдолга США.

Иными словами, налицо явная тенденция к закукливанию экономики Соединенных Штатов внутри границ североамериканского континента. Договор NAFTA с Канадой и Мексикой заменен новым соглашением, причем оно содержит условие, сильно ограничивающее "партнеров" в сотрудничестве с другими странами, особенно Китаем.

Если допустить успешную реализацию упомянутых выше планов, американский экономический кластер имеет все шансы стать самодостаточным. Причем еще и одним из самых крупных на планете по финансам. Без доступа к внутреннему американскому рынку масштабы китайской и европейской экономики сильно просядут. К тому же свои рынки наверняка будет вынужден закрыть Евросоюз, что не оставит Пекину пространства для сбыта ныне им производимого объема товаров и услуг. Следовательно, Поднебесную ждет кризис перепроизводства и глубокий провал.

В этих условиях, зачем Вашингтону сохранять какой-то глобальный доллар? Его, наоборот, за пределами американского континента должно быть очень мало. Только тогда он сохранит свою сверхвысокую стоимость, позволяя кластеру дешево импортировать необходимые внешние сырьевые ресурсы.

Словом, глобализм – все. Мир постепенно откатывается к положению вековой давности только без Британской империи, над которой никогда не заходит Солнце. Для нас такой сценарий наиболее оптимален, так как позволяет избежать глобальной горячей войны и разрушения Европы, как кластера. Хотя и не снимает проблему конфликта Традиций в Старом Свете. Однако общего мгновенного обрушения устоев нынешнего мира не происходит, что дает возможность перейти к новой стабильной мировой экономической системе постепенно, успевая адаптироваться к переменам и даже реализовывая, в меру возможностей, собственную стратегию будущего. Как минимум, с обретением контроля над Ближним Востоком, как максимум, становясь своего рода центром сборки общеконтинентальной экономики Евразии. Проблема Китая, конечно, будет, но в условиях утраты экспортных рынках она приобретет сильно менее острые формы.

Впрочем, пока это все является лишь предположением, вытекающим из анализа складывающихся ныне ключевых тенденций. Степень его достоверности может проверить только время.

http://www.iarex.ru/articles/60574.html

0

24

Time, США
.
Time (США): Национализм приобрел дурную репутацию, но именно он сейчас нужен Америке

24.10.20183705
Йорам Хазони (Yoram Hazony)



Сегодня мы слышим неточный и неверно понимаемый термин «белый национализм» намного чаще, чем упоминания об «американском национализме». И каждый раз, когда в разговоре возникает термин «национализм», он быстро сводится к расизму. К примеру, на митинге 23 октября президент Дональд Трамп назвал себя националистом. Он использовал этот термин, чтобы противопоставить себя глобалисту — то есть, по его собственным словам, «человеку, который хочет, чтобы в мире все было хорошо, и которого благополучие нашей страны не слишком заботит». Многие комментаторы поспешили интерпретировать эти слова президента как сигнал, адресованный всем его единомышленникам, о том, что он искренне поддерживает идеи «белого национализма». И эти комментаторы в очередной раз подавили вполне оправданные споры о ценности американского национализма, настояв на том, что расистский «белый национализм» — это именно то, что мы сейчас должны обсуждать.

И это проблема. Потому что США сейчас нуждаются именно в американском национализме. За всю нашу жизнь мы ни разу не видели, чтобы различные слои американского общества были настолько разрозненными, настолько нетерпимыми друг к другу, настолько готовыми лишить друг друга права на существование. Та взаимная преданность, которая связывала американцев вместе как нацию, по всей видимости, улетучивается. Горячие споры по поводу продолжающегося процесса иммиграции — это только одно из проявлений гораздо более глубокого вопроса: смогут ли американцы снова объединиться вокруг общей национальной идеи? Смогут ли они снова увидеть друг в друге братьев?

Термин «белый национализм» используется для описания небольшой прослойки американцев, которые убеждены, что национальность определяется цветом кожи. Эти группы людей продвигают такие идеи, которые имеют некоторое отношение к теории Дарвина и которые легли в основу немецкого нацизма: с их точки зрения, решающую роль играет «качество» генов. Поэтому люди должны уделять особое внимание цвету кожи и чертам лица — то есть тем характеристикам, которые показывают степень правильности генов.

Большинство американцев считают эти попытки свести национальность к расе отвратительными. Это объясняется тем, что расовая политика привела к истреблению миллионов европейцев, а в Америке породила рабство, гражданскую войну и недовольство — и время от времени даже насилие — которое не прошло до сих пор.

Кроме того, многие неверно понимают термин «белый национализм», потому что «белые» — это не нация. Мы знакомы с народами Англии, Голландии, Франции и Польши. Их можно определить по общему культурному наследию, по языку и религии, а также по узам взаимной верности, которые сформировались за много веков совместной борьбы. К примеру, польский народ известен своим польским языком, приверженностью католицизму и долгой, мучительной историей борьбы за независимость от Германии и России. Между тем, ни в одном историческом документе не было упоминаний о «белом народе». Нет таких понятий, как язык, религия и культурное наследие «белых». Идея «белой нации» — это всего лишь фантазия. Вместо того чтобы гордиться и укреплять свои связи с замечательными англо-американскими политическими и религиозными традициями, благодаря которым и возникли США, «белые националисты» проводят свои парады под странными новыми флагами, которые они сами для себя создали. Они предпочитают вытеснять аутентичные традиции американского национализма выдуманной новой расовой идентичностью, которая имеет с прошлым Америки столько же общего, сколько и нео-марксисткая революция, на которой настаивают левые.

Но если американский народ — это не раса, тогда что это? Сейчас часто говорят, что американский народ — это на самом деле «идея» — идея, что все люди созданы равными и что все полномочия правительства проистекают из согласия управляемых, о чем сказано в Декларации независимости. Однако эта идея не более убедительна, чем расизм альтернативных правых. В конце концов, если Америка — это всего лишь горстка абстрактных принципов, почерпнутых из философии Просвещения 18 века, то как нам относиться к американцам, которые отказываются соглашаться с этой философией — ссылаясь на Библию, Аристотеля, Берка или Юма? Действительно ли несогласие с философскими идеями означает, что вы не американец? Разумеется, нет. Кроме того, если тот или иной народ, живущий в другой стране, клянется в верности идеалам Декларации независимости, делает ли это их американцами? Нет, не делает.

Большинство американцев не привлекает политика белых расистов и расистская политика идентичности, предлагаемая левыми неомарксистами. Однако заявление о том, что Америка — это всего лишь «идея», тоже не нашла много сторонников. Большинство американцев остаются верными более традиционному пониманию своей нации — такому пониманию, которое мало кто сегодня четко формулирует.

Не так давно у американцев еще было интуитивное понимание национальной общности, источником которого была Библия. В Библии короля Иакова термины «нация» и «народ» упоминаются тысячи раз. Читая Священное писание, американцы — подобно своим английским, голландским и шотландским кузенам — видели, что Бог обещал Аврааму: «И Я произведу от тебя великий народ» (Книга Бытия 12:2); что Бог обещал Моисею: «А вы будете у Меня царством священников и народом святым» (Исход 19:6). Для многих поколений американцев, читавших Библию, древний Израиль был прототипом «нации».

В Библии «нации» не определяются расой. В Библии говорится, что многие египтяне присоединились к израильтянам и вместе прибыли на гору Синай, и что Царь Давид был потомком моавитянки Руфи, которая пришла к израильтянам и сказала: «Твой народ будет моим народом, и твой Бог — моим Богом» (Руфь 1:16). В Библии народы принимали к себе отдельных людей и даже целые племена.

Нации в Библии не определялись расой, и они не были всего лишь «идеей». Библейский Израиль состоит из множества разных племен, которые, тем не менее, связаны друг с другом общим языком и законом, а также преданностью друг другу, которая сформировалась в ходе совместной борьбы против врагов. Заметьте, когда Руфь приходит к израильтянам, она принимает и еврейский народ, и его Бога. То есть израильтянкой ее делает не только «идея» единого Бога. Она связывает себя с конкретными семьями и племенами этой нации, с их языком и их укладом жизни: «Твой народ будет моим народом».

Американские националисты воспринимали свою нацию именно так: ни как расу, ни как абстрактную «идею», а скорее как объединение множества племен, обладающих общим наследием и преданных друг другу в силу общей историей. Первые американские штаты, хотя они и были весьма разнородными, все же, как правило, говорили на английском языке, исповедовали протестантизм и следовали общему закону — а также вместе боролись с Великобританией. Та нация, которая обладала этими характеристиками, была настолько сильной, что постепенно она смогла принять в свои ряды и другие «племена» — католиков, евреев и со временем афроамериканцев, которые пережили эпохи рабства и сегрегации.


https://inosmi.ru/social/20181024/243533824.html
Оригинал публикации: Nationalism Has Gotten a Bad Reputation. But It’s What America Needs Right Now
Опубликовано 23/10/2018

0

25


Свободная Пресса

1 декабря 2018, 12:45

Полковник СВР Андрей Безруков: Америке нужен новый Рузвельт

Дарья Андреева

http://svpressa.ru/p/21/217/217777/l-217777.jpg
На фото: Андрей Олегович Безруков (Фото: автора)


Андрей Олегович Безруков, российский разведчик-нелегал, полковник Службы внешней разведки, более двадцати лет жил за пределами России, занимаясь нелегальной разведывательной деятельностью. Летом 2010 года после ареста в США и обмена вернулся в Россию и вышел в отставку. В настоящее время - советник президента ПАО «НК «Роснефть», по совместительству — доцент кафедры прикладного анализа международных проблем МГИМО, эксперт дискуссионного клуба «Валдай», член Совета по внешней и оборонной политике. Отвечая на наши вопросы, Андрей Безруков дал глубокий анализ происходящего сегодня в США, и озвучил прогнозы будущего теряющей свой статус и переживающей глубокий раскол сверхдержавы.

— Андрей Олегович, вы много лет жили в США, и хорошо разбираетесь в общественно-политической ситуации изнутри. Сегодня в отношении США часто звучит «America Divided». Согласны ли вы с таким определением? В чем причины и каков характер данного раскола?

— Предпосылки этого раскола, довольно глубокие, существовали уже десятилетие назад. С одной стороны, они носят культурный характер, а с другой стороны экономический, и политика здесь является прямой производной. В США всегда сосуществовали две экономики — индустриальная и финансовая, и их представляют разные элиты. Если не углубляться в детали, Трамп представитель индустриальной элиты, Клинтон — финансовой. Финансовая элита и ее институты требуют, для своего обслуживания сервисной среды больших мегаполисов, людей без особых компетенций, как в «Макдональдсе». Сервисная экономика, концентрированная в больших городах побережий, хорошо принимает мигрантов последнего поколения. Основу компетенций индустриальной экономики США составляют жители штатов, которые сгруппированы вокруг Великих озёр. И Америка расколота именно по этому принципу. Внутри континента — красные штаты (красный — цвет республиканцев — прим.) а по краям синие, демократические. Городское население, занятое в сфере услуг, многонациональное, более динамичное, более молодое тяготеет к демократам, а население внутренней части, сельское или индустриальное городское — к республиканцам.

Конфликт начался, когда рабочие места начали переноситься из США в Азию и в Мексику, индустриальная элита начала терять политическое влияние. Последние 25 лет правила финансовая элита. Раскол, достаточно глубокий, произошёл вокруг методов производства и потребления, и продолжает углубляться. И, политическая структура, политические партии раскололись точно так же как элита. Напоминаю, что во время гражданской войны 1863 года страна была тоже расколота не просто по политическим причинам, из-за разных экономических моделей Севера и Юга, их разной мотивации. Было два разных типа экономики — северная индустриальная и южная плантационная, сельскохозяйственная. По сути, это были разные страны, каждая со своим менталитетом и системой ценностей, которые просто находились рядом на одном континенте. И сейчас, не нужно думать, что это чисто межпартийный раскол, это раскол экзистенциональный.

— В сознании подавляющего большинства наших граждан существует коллективный Запад, возглавляемый Вашингтоном. На самом деле, речь идет о тех самых элитах, которые сегодня тоже переживают раскол. Что из себя представляют американские элиты?

— В США, на мой взгляд, можно идентифицировать примерно шесть элит. Это элита финансовая — Wall Street и все, что вокруг неё — которая противостоит элите индустриальной. К элите индустриальной примыкает элита военная. Для них обеих важно сохранить конкурентоспособность американских товаров, американской экономики, американской науки, это элиты национальные, они делают ставку на силу нации. А финансовой элите без разницы, находиться ей в США или быть транснациональной, она существует на транснациональные средства, на глобальном рынке. Последние 20 лет она занимается выводом капитала за рубеж, вкладывается в проекты по всему миру, и таким образом, способствует росту конкурентов США, вместо того, чтобы увеличивать конкурентоспособность собственной страны. А три остальные элиты — медийная, административная (весь государственный аппарат) и интеллектуальная элита (университеты и think-tanks) обслуживают ту элиту, которая находится у власти, и живут за ее счет.

Межэлитный конфликт начался из-за того, куда вкладывать деньги. Для финансовой элиты важна спекуляция, производство денег из денег, а индустриальная элита требует вклада в реальную экономику. Причём этот конфликт между элитой финансовой и элитой индустриальной — не только американский, он глобальный. Абсолютно то же самое мы видим и в России.

— Несмотря на давние и глубокие предпосылки, этот внутренний кризис в первую очередь ассоциируется с приходом к власти Дональда Трампа. В данной ситуации Трамп выступил как катализатор или его появление исторически закономерно?

— Абсолютно закономерно. Элита индустриальная не могла дальше существовать, как раньше, конкурентоспособность США падала, что вызывало очень болезненную реакцию не только самой элиты, но и всех слоёв населения, которые так или иначе завязаны на индустриальную Америку, Америку, которая живёт под лозунгом силы нации. Эта комбинация недовольной индустриальной элиты и широких слоёв населения, которые теряли рабочие места, и чья зарплата не росла уже много лет, создала запрос на перемены. Появился Трамп, но мог и появится другой. Просто Трампу очень повезло, его образ таков, что к нему грязь не пристаёт. Он уже был продвинут в медийном плане, его знали все и он давно заявил о своей позиции. Элиты не потопили Трампа сразу, потому что он считался клоуном, действующим ради самопиара, а после того, как он раскрутился, широкие слои поняли, что на него можно ставить и сделали ставку.

Появление самого Трампа случайно, а появление такого человека как Трамп в сложившейся ситуации не случайно. То есть человека, который будет защищать интересы индустриальной элиты и широких слоёв населения, которые кормятся за ее счет. Это уже случалось в истории США — например, приход к власти президента-популиста Эндрю Джексона в середине 19-го века, также использовавшего недовольство элитами.

— А насколько Трамп может влиять на ситуацию внутри страны?

— Как руководитель одной из двух борющихся сил, он структурирует политическую жизнь. Как Президент, он владеет инициативой. Трамп переформатировал республиканскую партию. Трамп избавился от большинства «не трампистов» в Республиканской партии. Те, кто его не принимал и не хотел принимать ушли или не были избраны. За год его рейтинг одобрения республиканцами с 16 процентов вырос до 90. Он, конечно, является воплощением индустриальной элиты, За Республиканской партией стоит, в основном белое население, мужское и меньше образованное. То население, которое чувствовало себя проигравшим.

— О республиканцах и демократах. Как вы оцениваете результаты прошедших выборов в Конгресс США? Если Трамп сделал республиканскую партию трампистской, то среди демократов появилось очень много женщин, сексуальных и национальных меньшинств, что преподносится как своего рода победа.

— Начнём с демократов. Появление большего количества женщин и меньшинств в их рядах — не резкая перемена, а долгосрочный тренд, возникший не вчера. Женщины становятся более политически активными, национальных меньшинств просто становится больше, а молодые американцы в основном голосуют за демократов. Но демократическая избирательная база более нестабильна, чем республиканская. Сейчас, когда появился Трамп, демократам удалось наконец-то мобилизовать больше людей. Мы говорим о партии, которая была клинтонистско-центристской и не допускала на руководящие позиции людей, которые представляют более радикальные, более ангажированные, более левые позиции, помните Берни Сандерса? Эти люди — кость в горле руководства демократической партии, желающей продолжать контролировать ту демпартию, которая сложилась за последние 25 лет. Они пытаются противостоять новому, динамичному левому крылу.

Перед демократической партией стоит глубокая проблема обновления, и пока оно не произойдёт, демократы не победят. Хотя, они могут какие-то локальные победы одерживать, как, например, сейчас, на выборах в Палату представителей Конгресса, Но правящая партия обычно проигрывает выборы в Палату представителей на промежуточных выборах, а победа демократов не очень значительная, она им удалась, скорее всего, благодаря мобилизации демократов против Трампа, а не благодаря росту поддержки курса партии в стране.

Демократическая партия в своё время была партией рабочего класса, ее костяк составляли профсоюзы. При Билле Клинтоне она резко пошла вправо, стала партией городского среднего класса и даже верхушки городского среднего класса. И одновременно происходил процесс консолидации меньшинств, которые раньше перемешивались в американском «плавильном котле», но последние 30 лет начали создавать устойчивые кластеры по проживанию и интересам. Причина в том, что произошли изменения в структуре экономики; изменился характер и география иммиграции. Поскольку новые — мексиканские, пуэрториканские, китайские, корейские и прочие мигранты остаются в группах, демократы решили дать этим меньшинствам место в партии, рассчитывая на голоса целых групп. Поэтому, сейчас вокруг демократов консолидируется меньшинства, а вокруг республиканцев — белое население.

— Несмотря на то, что интересы меньшинств представлены во власти, и в целом господствует эпоха политкорректности, число различных конфликтов, скандалов на этнической почве только растет. Решение расового вопроса в США в принципе возможно?

— Америка, в целом, не более расистская страна, чем другие. Но исторический бэкграунд рабства, конечно, проштамповал культуру очень сильно. Но с другой стороны, они с 60-х годов и до нашего времени сделали очень много, чтобы этот конфликт «заговорить» или по крайней мере не раздувать. Для этого появились табу — то есть нельзя говорить «чёрный», надо говорить «афроамериканец» и т. д. — это политкорректность. Но что такое политкорректность в сущности? Это цензура. Элита, которая сидит у власти, контролирует, о чём можно, о чём нельзя говорить, через медиа и образовательную систему. И результатом явилось то, что многие важные, острые вопросы в элите перестали обсуждаться вообще, а те, кто их обсуждал, объявлялись маргиналами. Считалось, что, как Фукуяма говорил, история закончилась, либерализм везде победил, раз и навсегда. И тогда остановился весь процесс стратегического диалога внутри элит, процесс выработки консенсуса по стратегии. Многие вещи были просто табу, например, все альтернативные взгляды на экономическую и политическую мысль были вычищены.

Трамп же сделал очень важную работу по излечению от политкорректности — пусть он казался вульгарным, но он разбил все табу. И сейчас, хотя бы, начиная с вопроса, хорош Трамп или плох, для Америки, в элитах опять началось обсуждение будущего Америки и мира, пошёл «стратегический диалог».

— Разрушителями этих табу стало движение сторонников Трампа, альт-райт («белых супрематистов»). С другой стороны им противостоят антифа, «Black Lives Matter» и так далее. В США есть очень много радикально настроенных групп, чьи взгляды диаметрально противоположны. Некоторые из них носят открыто милитаризированный характер, это частные армии и боевые клубы, как правого, так и левого толка — правая Three Percenter movement, антифашистский Left Hook. Насколько возможны открытые массовые столкновения?

— Понимаете, отсутствие нормального диалога — разговора между правыми и левыми, консерваторами и либералами, националистами и глобалистами, привело к тому, что те, кто не мог молчать, ушли в маргинальные группы — и слева, и справа, И среди левых, кстати, коммунистическая идеология, марксизм являются сейчас самой популярной темой на университетских кампусах. Из парализованного центра активность переместилась на края, и эти маргинальные группы начинают друг на друга набрасываться и в том числе и физически.

Вооруженные группы, милиции, в США создавались для того чтобы прежде всего защищать их членов, они могут существовать, потому что их никто не запрещает. Поправка к Конституции США обеспечивают право населения носить оружие объединяться в милиции, защищать себя. Если вдруг страна загорится, то естественно, эти группы, движения, будут на переднем крае борьбы, будут отстаивать свои интересы против тех, кого ненавидят. Раньше не было таких больших групп населения, разделённых по политическим мотивам, которые бы ненавидели друг друга. Страна была разделена в последний раз на два лагеря в гражданскую войну. Сейчас она еще не разделилась, но если так дальше пойдёт, то будет хуже и хуже.

— Gun violence является одной из ключевых проблем в США. Массовые расстрелы в России новая пугающая практика, а в США уже жуткая норма, не говоря уже о количество единичных гибелей от огнестрельного оружия. Как вы думаете, как будет развиваться эта тенденция?

— Американское общество никогда не запрещало оружие по той простой причине, что в протестантском, еще недавно доминировавшем в Америке менталитете, есть понятие «рационального человека», исходящее из того, что человек будет принимать рациональные решения, то есть будет использовать оружие для того чтобы защищаться. Этот подход работает при условии, что само общество «нормально» и рационально. Но как только общество начинает раскалываться, когда оно недовольно, когда оно голодное, когда начинается война одного племени с другим племенем, на рациональность отдельных людей рассчитывать больше невозможно. Наличие оружия создаёт возможность для того, что может начаться все что угодно. Порядок в США всегда держался на двух столпах: во-первых, на том, что американское общество никогда не было «голодным». Если возникали проблемы, то можно было переехать, найти работу, кусок земли, чтобы прокормиться. И гражданин знал, что следующее поколение детей будет жить лучше, чем он, главное, хорошо работать.

«Супермен» — это о том, что всегда есть честный шанс реализовать свою мечту. Американцам очень повезло с экономикой, с географическим положением. Это был один столп, который предотвращал эксцессы — общество было, и, в целом, остается сытым. Второй столп порядка — это то, что отцы-основатели США выстроили юридическую и политическую систему с чистого листа на самых лучших принципах, у них не было тех европейских, классовых, религиозных, и других кризисов. Они выстраивали страну как бизнес-проект, глубоко религиозное общество, где доминировавшая протестантская религия требовала от человека самоотдачи, но одновременно предполагало честный политический и судебный процесс, в который все верили.

Первый столп пока остался, но шатается — общество ещё не такое голодное, чтобы взорваться, но уже недовольно. А второй столп — понятие справедливости американской системы — активно разрушается. В справедливость юридической системы еще есть вера, хотя процесс утверждения судьи Верховного суда Кавано показал, как быстро ее можно разрушить. А в справедливость политической системы уже ни у кого веры нет. И если вдруг грянет тяжёлый экономический кризис, как в 30х годах, то сытость уйдёт и тогда не останется никаких скреп вообще, общей идеологии. Вся американская идеология держится на том, что «Мы самые лучшие, мы эксклюзивная нация и мы нация Бога, Бог о нас заботится». Вот как только начнется глубокий кризис и американцы усомнятся в том, что они избранная нация, всё может покатиться…

— Кажется, для новой гражданской войны есть очень многие слагаемые…

— Понимаете, слагаемых может быть всегда много. Но есть много и тормозов. Во-первых, тот факт, что американская система очень рациональна, есть много возможностей выпустить пар, нет политиков и чиновников, которых нельзя переизбрать. Это общество никогда не было однородным, для них все это не новость. Американское общество умеет на национальном уровне очень просто решать проблемы, 11 сентября или кризис 2008 года, например? Собрать заседание в конгрессе, вызвать любого человека — неважно президент, сенатор, министр - пусть ответит перед народом. Его послушают, примут решение, изменят закон и пойдут дальше. В других странах такие проблемы кладут под сукно — этого не трогаем, это человек из элиты, мы о нём не можем говорить. Проблема углубляется, углубляется, углубляется, а потом взрывается революцией. В США привыкли к этому, что можно рационально решить проблему и пойти по новому пути, чего в большинстве других стран нет. Не надо выходить на улицу с автоматом, чтобы найти решение.

— Говоря о расколе в американском обществе, нельзя не упомянуть движение #MeToo. Зачастую это не более чем политический инструмент, но идеология движения уже влияет на то, как в обществе будут строиться в отношениях между мужчиной и женщиной, на институт семьи.

— Давайте определимся: MeToo — это о сексуальных домогательствах с использованием доминирующего социального положения. Таким домогательствам нет оправдания, и для этого есть закон. Однако, сравнивая американское движение MeToo и его клоны в других разных странах, нужно отметить, что в США оно вылилось в сведение счетов — личных и политических. Американская культура сама по себе очень мачистская, мужская. А общество очень молодое, ему всего 200 лет и очень разнородное. В исламской, российской, даже западноевропейской культуре отношения между мужчиной и женщиной в обществе исторически складывались на глубокой культурной базе в течение долгого времени. Например, в исламской культуре есть очень сильное разделение между мужчиной и женщиной по ролям. Некоторые общества нашли какую-то среднюю позицию, когда и мужчина и женщина чувствуют себя адекватно и на рабочем месте и дома.

Но в американской культуре, особенно в бизнес-культуре, женщина, оставаясь женщиной, хотела бы чтобы к ней относились не как к женщине. Часто это вызывает неадекватную, болезненную реакцию с обеих сторон.

—  Вы обозначили национальную идею американцев как «Мы лучшие». Кажется, для национальной идеи этого недостаточно, учитывая существующий раскол. Нужна какая-то более глубокая объединяющая национальная идея, она может появиться?

— Она, конечно, будет, если общество не взорвётся раньше. Америка не выживает как конкурентоспособная страна, если не решит, по крайней мере, три ключевых проблемы:

1. Проблема неравенства, в первую очередь, имущественного неравенства, потому что если оно продолжит нарастать с той же динамикой, то произойдет социальный взрыв.

2. Америка не может больше себе позволить ту систему здравоохранения, которая у неё есть. Она в два раза дороже, чем вторая самая дорогая система здравоохранения и абсолютно неэффективна. Она производит великолепные технологии лечения, но для меньшинства, и за очень большие деньги. Это значит, что общество платит каждый год гигантский налог, влияющий на конкурентоспособность.

3. Наконец, надо решить вопрос образования для следующего поколения. Чтобы преодолеть существующий раскол между образованными и необразованными, и обеспечить конкурентоспособность в новых областях. Сегодня большинство не может позволить себе хорошее образование.

Для решения этих национальных проблем необходимо усиление роли государства, то есть нужна «левая» повестка дня, так как идеология правых заключается в том, роль государства должна быть минимальной. Поскольку мы входим в следующий технологический и экономический цикл, государству придется, для усиления глобальной конкурентоспособности, преобразовать общество, так как бизнес сам этого сделать не способен. И это задача для обновленной Демократической партии или другой какой-то партии, которая может родиться, если демократы не выполнят эту миссию. То есть, нужен новый Рузвельт.

— А та часть американского общества, которая группируется вокруг Трампа, примет такой подход?

— Примет. Потому что страдает от отсутствия конкурентоспособности и работы, дорогих здравоохранения и образования. Произойдёт сращивание интересов левых и правых, сложится новый национальный консенсус. Но это будет уже при другом поколении политиков, которые на мир смотрят по-другому, не как политики холодной войны, а как те, кто вырос с существующими сегодня социальными проблемами. Кстати, Трамп и его команда, своим поведением, своей политикой ускоряют процесс консолидации слева. Другой вопрос, что демократическая партия в данный момент просто неспособна использовать этот момент, они просто загнили внутри. И пока не произойдет их внутрипартийной перестройки, они не смогут эту возможность реализовать.

— Последний вопрос: США традиционно называют сверхдержавой. Возможно, сам этот термин устарел, миропорядок изменился. Как вы считаете, США — это сверхдержава? Учитывая вот весь комплекс проблем, которые мы перечислили?

— Пока да. Но США быстро теряет свои позиции, и, в конце концов, станет просто нормальной, сильной страной, может, одной из двух-трёх ведущих мировых держав, но сверхдержавой больше не будет. «Сверх» — это значит несравнимая с другими по своей мощи и качеству жизни, единственная в своем роде. Такой Америка уже не будет.

http://svpressa.ru/blogs/article/217777/

Отредактировано Konstantinys2 (Сб, 1 Дек 2018 22:33:39)

0


Вы здесь » Россия - Запад » СОВРЕМЕННАЯ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ЗАПАДА » Америка, Америка. Мы все живём в Америке...........