Россия - Запад

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Россия - Запад » СОВРЕМЕННАЯ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ЗАПАДА » Гюльчитай, открой личико... или истинное лицо Америки.


Гюльчитай, открой личико... или истинное лицо Америки.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Cергей Овчинников
Сегодня 20.08.2015
Бен Бернанке: Экономика США не может расти без войны

Когда в России пишут о том, что США – это милитаризированное государство, мало, кто готов воспринять эти слова иначе, чем "московскую пропаганду": ведь светоч демократии, по убеждению многих, не может быть агрессивен – вон как сладко спиться в домике в Майами, куда не долетает грохот взрывов от ежегодных бомбежек US Air Force то одной, то другой страны мира.

Но вот, когда ровно о том же говорит человек, знающий ситуацию в американской экономике и политике, что называется, изнутри, тут уж самым рьяным адептам "американского образа жизни" и крыть нечем.
Так вот, слово о прямой выгоде США затевать войны ради развития и укрепления своей экономики, сказал бывший руководитель Федеральной резервной системы США (ФРС) Бен Бернанке, выступая на днях в Брукинском центре (Brookings Institution), который известен, как ведущий консервативный центр США по изучению политики и экономики.

Бывший шеф ФРС наговорил такое, что вопрос о перспективах роста американской экономики стал ясен, как слеза: только военные расходы на военные же действия могут сегодня помочь несчастным янки вытащить свой экономический дилижанс из жижи кризиса.
Далее – несколько принципиальных моментов из его выступления в переводе коллег из " Вести. Экономика ":

"Я не являюсь экспертом по военной сфере, я экономист. И поэтому я хотел бы показать важность военных расходов именно с экономической точки зрения.

Мы знаем цифры по военным расходам США, их общий объем и так далее. Однако, как бы это парадоксально не звучало, я бы хотел сделать анти-экономический заход в этот вопрос. Дело в том, что оценки военных расходов в долларовом исчислении необязательно являются самыми точными.

Меня очень беспокоит эта журналистская тенденциозность в заявлениях о том, что США тратят денег больше, чем все наши потенциальные конкуренты, вместе взятые. И поэтому мы, якобы, чувствуем себя в безопасности в военном плане. Это – ошибка.

На мой взгляд, более точным было бы измерять военные расходы на основе сравнения показателей паритета покупательной способности. В этом плане военные расходы США составляют не 45% от общемировых военных расходов, а около 30%.

Теперь что касается связи военных расходов с экономическим ростом.

Здесь есть несколько различных механизмов связи. Если смотреть с так называемой кейнсианской модели спроса, мы можем оценить, насколько военные расходы увеличивают общий спрос в экономике, в особенности в ситуации с высокой безработицей, рецессией.

Согласно стандартным экономическим положениям увеличение расходов повышает активность в экономике за счет увеличения спроса на товары и услуги. Конечно, военные задачи все же лучше держать особняком от краткосрочных целей и задач в экономике, однако иногда они довольно важны.

Одним из наиболее очевидных примеров является Вторая мировая война, когда колоссальные военные заказы буквально вытащили экономику США из депрессии и оказали огромный эффект на увеличение производства, который продолжался и после окончания войны.

Сегодня военные расходы не составляют такой большой доли в ВВП, как прежде, во Вторую мировую войну или в 1960-е годы, однако эффекты от изменения в их объемах, тем не менее, довольно ощутимы, и за последние несколько лет они были негативными.

Начиная с 2010 г. сокращения военных расходов оказали негативное влияние на темпы роста ВВП США.

В конечном счете размеры военных расходов США должны формироваться с учетом ряда факторов, в частности внешнеполитическими задачами, которые стоят перед нами, угрозами, которые стоят перед нами, и возможностями, которые нам необходимо разработать.

Одним из наиболее серьезных положительных эффектов от военных расходов была и остается связь между военными разработками и более широкими технологическими тенденциями. Именно это – один из основных источников роста экономики США в долгосрочной перспективе.

Мы остаемся технологическим лидерами в мире, в этом заключается один из основных элементов нашей силы как государства".
Итак, слово – не воробей.
Бернанке сказал: "Одним из наиболее серьезных положительных эффектов от военных расходов была и остается связь между военными разработками и более широкими технологическими тенденциями. Именно это – один из основных источников роста экономики США в долгосрочной перспективе".

Ещй раз компактно: "Одним из наиболее серьезных положительных эффектов от военных расходов... ...это – один из основных источников роста экономики США в долгосрочной перспективе".

Его игры с цифрами соотношения ВВП (валовой внутренний продукт) к ППС (паритет покупательной способности) и указания в этой связи на то, что, мол, по ППС объем военных расходов США всего-навсего 30 процентов от мировых, а не 45%, если рассчитывать по ВВП – это запудривание мозгов умными речами. А пипл должен хавать и хавать профессорские откровения.

Бернанке, возможно, ненароком раскрыл на весь мир ту простую и знакомую нам информацию, от которой "друзья Америки" шарахаются, как черти от ладана: война спасает экономику США(!).

И эта максима, как утверждает сам Бернанке, работает уже десятилетиями: "Одним из наиболее очевидных примеров является Вторая мировая война, когда колоссальные военные заказы буквально вытащили экономику США из депрессии и оказали огромный эффект на увеличение производства, который продолжался и после окончания войны".

Сегодня в США опять случилась "депрессия", и они там вновь обсуждают вариант военного выхода на траекторию подъема своей экономики...

И всё-таки Бен – молодец!

На фоне чреды военных конфликтов по всей Евразии и далеко за её пределами это заявление: "Я хотел бы показать важность военных расходов именно с экономической точки зрения" - можно считать вполне полезным.

Сказал он вот так во весь голос, и реальность получила новую энергию для борьбы с иллюзиями.

http://cont.ws/post/112783

Отредактировано Konstantinys2 (Чт, 20 Авг 2015 23:07:52)

0

2

Самый страшный кошмар Америки: Россия и Китай сближаются ("The National Interest", США)
Мэтью Барроуз (Mathew J. Burrows), Роберт Мэннинг (Robert A. Manning)

24/08/2015
В 1971 году Никсон и Киссинджер совершили блистательный ход, воспользовавшись китайскими страхами по поводу СССР и сделав исторический шаг навстречу Китаю. Эта шахматная комбинация создала стратегический треугольник, в котором США заняли выгодное положение, перевернув идеологию с ног на голову и разделив два коммунистических режима. Сейчас же, в условиях удивительного невнимания со стороны  Соединенных Штатов, напряженность в отношениях с Россией привела к тому, что Америка оказалась обойденной, и это может иметь весьма рискованные последствия для мирового порядка. Российско-китайские отношения сегодня лучше, чем когда-либо за последние полвека, и благодаря такому положению вещей они обрели шанс обустраивать мировой порядок по своему усмотрению.

Стратегическая логика Киссинджера заключалась в том, чтобы дать США преимущества, улучшив отношения Вашингтона с Москвой и Пекином по сравнению с теми, которые существовали у них между собой. Но похоже, что сегодня в победители выходит Китай, поскольку раскол между Америкой и Россией усиливается. Есть тенденция фокусировать внимание на исторических разногласиях, межрасовых страхах и геополитическом соперничестве; однако новая тенденция в российско-китайских отношениях способна оказаться более прочным браком по расчету, чем это признают представители вашингтонской внешнеполитической элиты.

Санкции против путинской России, введенные по инициативе США, вынудили эту страну обратить свои взоры на Восток, и в первую очередь на Китай – пусть даже это ослабляет Москву и превращает ее в младшего партнера. Ее долгосрочное энергетическое будущее находится в Азии, а газовые и нефтяные соглашения с КНР на сумму почти в половину триллиона долларов помогут поддержать просевшую российскую экономику. Китай вместо соперника приобретает ценного партнера в деле стабилизации и модернизации Евразии, на которую он смотрит отнюдь не как на застойное болото, а как на свое экономическое будущее. Новая китайская привязка к Евразии, осуществляемая в рамках концепции «Один пояс - один путь», способна превратить в ценное стратегическое преимущество его серьезный недостаток – общую границу с 14 странами. Вместе они стремятся реализовать теорию евразийского «Хартленда» Маккиндера, не встречая при этом никакого сопротивления – за возможным исключением Индии.

Успех партнерства в Евразии, который укрепит экономические перспективы данного региона, создав необходимую инфраструктуру и загнав в угол экстремизм, угрожающий самовластным правителям из Москвы, Пекина и Центральной Азии, продемонстрирует действенность незападной модели авторитарного государственного капитализма. Это заметит не только Евразия, но также Африка и Латинская Америка, где Китай уже осуществляет свое проникновение, щедро вкладывая деньги в проекты развития.

В определенной степени такое партнерство уже существует. Китай обычно следует за Россией в Организации Объединенных Наций; вместе они заблокировали санкции против Асада в Сирии, сделав так, чтобы западная операция по свержению Каддафи в Ливии стала последней в своем роде кампанией под лозунгом «обязанности защищать». Осуждаемое Freedom House отступление демократии (ее ослабление происходит девять лет подряд), будет ускоряться. Пекин и Москва без церемоний демонстрируют свое предпочтительное отношение к связям с диктаторами.

Российские усилия в рамках Евразийского союза получат дальнейшее подкрепление. Шанхайская организация сотрудничества набирает в свои ряды все новых членов (недавно в нее вступили Пакистан и Индия), так как регион чувствует, в какую сторону начинает дуть ветер с уходом США и НАТО из Афганистана, где они оставляют полную неразбериху. Считается, что Соединенные Штаты и их западные партнеры по уши завязли в своих делах на Ближнем Востоке, и одновременно  пытаются заверить страны Центральной / Восточной Европы, что обязательства в сфере безопасности в рамках статьи V устава НАТО действуют по-прежнему.

Пока Москва и Пекин стараются избегать стратегического соперничества в Центральной Азии. Похоже, что там возникает некое подразумеваемое разделение труда между Россией и Китаем: Москва возглавляет решение вопросов безопасности, а Пекин наводняет регион помощью и инвестициями. Этим усилиям будут содействовать новый Банк развития БРИКС и Азиатский банк инфраструктуры и инвестиций. И напротив, «сланцевая революция» в США, а также новые игроки типа Ирака и Ирана снижают привлекательность Центральной Азии. Нефти у Запада - более чем достаточно. Рынок у него местный. Эпоха крупных трубопроводов подошла к концу.

Борьба с терроризмом была еще одним источником привлекательности данного региона. Поставляя в Афганистан войска и предметы снабжения, Соединенные Штаты и их союзники нуждались в странах Центральной Азии. Теперь же их роль снижается. Вести борьбу с терроризмом можно дешевле при помощи беспилотников – а в Пакистане и Афганистане мы даже не нуждаемся в разрешении на их применение. Наш уход дает Китаю возможность для начала евразийского гамбита.

Глобальные последствия

Кроме совпадения евразийских целей, у двух стран имеется множество других общих интересов, объединяемых противодействием американскому господству, американским ценностям демократии и прозрачности, а также общее стремление к многополярному мировому порядку. Обе они проводят националистическую политику, используя свою историческую и культурную самобытность. Обе стремятся к авторитарной капиталистической модели, противопоставляя ее «Вашингтонскому консенсусу». Обе выступают против открытого интернета и хотят его фрагментации.

В связи с этим возникают серьезные вопросы о будущем глобального правления и о динамике мирового порядка. В худшем случае может возникнуть новая двухполярность, причем на одном полюсе окажутся Китай, Россия и кучка авторитарных режимов Центральной Азии, а на другом Соединенные Штаты, Евросоюз и их азиатские союзники и партнеры. Это вряд ли будет способствовать миру и процветанию. При таком сценарии многие страны, прежде называвшие себя «неприсоединившимися», скажем, Индия и Бразилия, окажутся меж двух огней.

Противоречия между Россией и Китаем

Но есть и другие тенденции. В то время как Россия стремится выйти из глобальной экономики, в которую она вошла после распада Советского Союза  в 1991 году, Китай сделал ставку в развитии как раз на глобальную экономику, а внутри страны наметил программу рыночных реформ, нацеленных на преобразования в своей экспортно-ориентированной и основанной на инвестициях экономике, пытаясь сделать ее инновационной и направленной на внутреннее потребление. Здесь свою роль несомненно играют экономические расчеты Китая. Объем китайской торговли с США и ЕС в 2014 году составлял 1,1 триллиона долларов, а с Россией 100 миллиардов долларов. Некоторые из подписанных в последние годы колоссальных нефтяных и газовых сделок могут оказаться под угрозой – либо их реализация замедлится. Замедление темпов роста экономики Китая и его спроса на энергоресурсы, а также снижение нефтяных цен и изменения на мировом газовом рынке могут внести изменения в энергетические расчеты Пекина.

Если российское нефтегосударство находится в состоянии медленного, но неотступного упадка, то Китай - это усиливающееся государство - все чаще называет себя великой державой. И похоже, что он твердо намерен создать современную версию средневекового вассального правления в Азии, в центре которой намерен встать сам в качестве  сюзерена.

Китаю также некомфортно от российского вмешательства в дела бывших советских республик, где Москва поощряет всяческие сепаратистские движения типа того, что возникло на востоке Украины. Пекин просто одержим вопросами суверенитета. Он без особого энтузиазма относится к действиям России в восточных украинских регионах.

В Америке есть свои нативисты типа Трампа, которые опасаются латиноамериканского влияния, а Россия, в свою очередь, боится азиатского засилья на своем Дальнем Востоке. Более того, многие территориальные притязания Китая в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях базируются на фактах истории. До 17-го века, когда Москва оккупировала русский Дальний Восток, на большую его часть претендовала китайская династия Мин.

Россия может надеяться только на усиление морских территориальных споров в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях, где против Китая будут выступать Соединенные Штаты и их союзники, из-за чего Пекин попадет в российские объятия. Пекин будет внимательно наблюдать, насколько уважительно Соединенные Штаты относятся к его морским интересам.

Означают ли эти тенденции то, что российско-китайское дружелюбие не столь прочно и основательно, как утверждают некоторые? Усилятся ли исторические страхи и соперничество? Есть ли у США возможность  для воссоздания чего-то подобного киссинджеровскому стратегическому треугольнику?

Мяч на стороне США

В значительной степени направление движения мира (к новой тревожной двухполярности или к более всестороннему, с учетом интересов всех, но все-таки глобализующему мировому порядку) будет зависеть от той роли, которую Соединенные Штаты играют в сложной системе международных отношений, где власть и влияние размыты и распылены, и никакая отдельная страна не может в одностороннем порядке определять судьбы мира.

От США потребуется больше ловкости, маневренности и прагматичного реализма. Америке придется отказаться от своих однополярных наклонностей и начать действовать в качестве  первого среди равных. Могут ли в таких условиях США позволить себе конфронтационное отношение к России и Китаю? Чтобы найти новое равновесие в отношениях с Россией, потребуются весьма неудобные компромиссы. Однако все до единой предвыборные кампании в ходе президентской гонки наверняка будут соревноваться в своей антироссийской и антикитайской риторике, упуская возможность  поговорить о том, как надо действовать США в условиях меняющегося мирового порядка. Может, нам и хочется вернуться в 1971 год, но Кремниевая долина пока не создала жюль-верновскую машину времени. Склонность средств массовой информации и многочисленных кампаний заниматься пустяками ослепляет нас, мешая разглядеть крупные стратегические сдвиги. Однако новая «Большая игра» уже началась, и мы в ней серьезно проигрываем.

Мэтью Барроуз - директор Инициативы стратегического прогнозирования при Атлантическом совете. Его последняя книга называется The Future Declassified: Megatrends that Will Undo the World Unless We Take Action (Расшифровка будущего. Мегатенденции, которые разрушат мир, если мы не примем меры). В августе 2013 года он завершил свою 28-летнюю карьеру в ЦРУ и Госдепартаменте, где последние десять лет работал в Национальном совете по разведке. Роберт Мэннинг – старший научный сотрудник Атлантического совета.
Оригинал публикации: America's Worst Nightmare: Russia and China Are Getting Closer
Опубликовано: 24/08/2015 13:30

Читать далее: http://inosmi.ru/world/20150824/2298320 … z3jjykhfBM
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook

0

3

Почему США считают, что они должны сдерживать Россию ("Stratfor", США)
Юджин Чаусовский (Eugene Chausovsky)
24/08/2015

В начале холодной войны, в 1946 году, американский дипломат Джордж Кеннан (George F. Kennan) отправил из посольства США в Москве документ, позже названный «длинной телеграммой», в котором он предложил использовать политику сдерживания в отношениях с СССР. Суть этой политики была изложена в анонимной статье, опубликованной в 1947 году в журнале Foreign Affairs. Сдерживание являлось основной стратегией США в отношениях с Советским Союзом вплоть до его распада в 1991 году. В основе политики сдерживания лежала предпосылка о необходимости блокировать и противодействовать Советскому Союзу и его коммунистическим союзникам «тогда и там, где возникает риск приобретения ими влияния».

С тех пор, как Кеннан изложил принципы политики сдерживания почти 70 лет назад, многое изменилось. Советского Союза больше нет, глобальное соперничество между капиталистической и коммунистической сверхдержавами завершилось, а Россия отказалась от коммунистической идеологии. Однако изменилось далеко не все. США и Россия снова находятся в состоянии острой дипломатической конфронтации в вопросе границ европейских государств и других вопросах глобальной политики. Эти страны снова возглавляют соперничающие военные блоки, которые в настоящий момент наращивают активность, проводя военные учения и усиливая свои армии. Многие аналитики регулярно задаются вопросом: новая холодная война уже началась?

США никогда по-настоящему не прекращали вести политику сдерживания. Вашингтон ненадолго отложил ее в сторону в 1990-е и в начале 2000-х годов, когда Россия была слишком слабой, и когда не было никакой необходимости ее активно сдерживать. Однако геополитический императив, который лежал в основе политики сдерживания — необходимость предотвратить подъем региональных гегемонов, потенциально способных бросить вызов США — никогда не исчезал, о чем свидетельствует расширение НАТО и Евросоюза. Теперь, когда за последнее десятилетие Россия вновь обрела статус региональной державы, Вашингтон, по всей видимости, все же решил смахнуть пыль, накопившуюся на «длинной телеграмме». При ближайшем рассмотрении текущего кризиса на Украине и того влияния, которое он оказал на соседние с Россией страны, становится ясно, что основные аспекты политики сдерживания Кеннана до сих пор не утратили своей актуальности.

Стратегия сдерживания в Европе

Рассматривая ту стратегию сдерживания, которой США сегодня придерживаются по отношению к России, стоит начать с Украины. Революция в феврале 2014 года, в результате которой тогдашний президент Украины Виктор Янукович лишился своего поста, а на его место пришло прозападное правительство, началась с беспокойства о том, что Россия приобретала слишком большое влияние в этой стране. Это беспокойство возникло не только в отдельных сегментах украинского общества, но и у западных государств, в том числе у США.

В ноябре 2013 года решение Януковича в последний момент отказаться от подписания договора об ассоциации с Евросоюзом и еще больше сблизиться с Россией спровоцировало массовые демонстрации в Киеве, которые три месяца спустя переросли в яростный бунт против правительства Януковича. Хотя в протестах Евромайдана принимали участие в основном рядовые члены украинского общества, поддержка и влияние США стали довольно заметной силой, повлиявшей на вектор развития событий. Американские чиновники, в том числе помощник госсекретаря Виктория Нуланд (Victoria Nuland), даже приехали в Киев, чтобы поддержать протестующих и их лидеров, а американские неправительственные организации оказывали активную помощь демонстрантам — точно так же, как они делали во время оранжевой революции 10 годами ранее.

Россия не скрывала своего недовольства поведением США и Европы в период Евромайдана, называя эту революцию незаконным государственным переворотом, за которым стоит Запад. На этот переворот она ответила аннексией Крыма и поддержкой сепаратистского восстания на востоке Украины, подчеркнув, что это восстание ничем не отличается от массовых протестов в Киеве. Эти действия России заставили США перейти к более жестким методам сдерживания и ввести ряд санкций против нее. Позже, когда Москва ясно дала понять, что она не собирается отступать ни в Крыму, ни на востоке Украины, США одобрили новый раунд санкций против России и увеличили объемы экономической помощи украинскому правительству и военной помощи его службам безопасности. Таким образом, то, что начиналось как политическое сдерживание России на Украине, принявшее форму поддержки смены пророссийского правительства на прозападное, теперь стало включать в себя экономические и военные компоненты сдерживания.

Разумеется, следуя принципам сдерживания (то есть действуя «тогда и там», где то или иное государство может приобрести чрезмерное влияние), США применяли эту стратегию и за пределами Украины. В Центральной и Восточной Европе США настояли на необходимости увеличения численности войск НАТО и частоты проведения ими военных учений в Польше, Румынии и странах Балтии, чтобы удержать Россию от дальнейших военных действий в европейских пограничных зонах. Более того, Пентагон даже увеличил численность своих «полупостоянных» войск в Эстонии, Латвии и Литве. Эти государства испытывают особенную тревогу в связи с агрессией России из-за своего размера, близости к России и многочисленного русскоязычного сообщества, проживающего на их территориях.

В двух соседних с Украиной государствах, в Молдове и Белоруссии, США ведут более завуалированную политику сдерживания. В Молдове Вашингтон поддерживает стремление ее правительства к интеграции с Западом. Кишинев, как и Киев, пытается укрепить политические и экономические связи с Евросоюзом. Однако в политической системе Молдовы значительным влиянием обладают как прозападные, так и пророссийские партии, и это всерьез затрудняет работу с Кишиневом. Тем не менее, США увеличили объемы сотрудничества с Молдовой посредством совместных военных учений, а также уровень поддержки хрупкого проевропейского правительства в попытке помешать России занять господствующие позиции в этой стране.

В Белоруссии на пути к реализации политики сдерживания США сталкиваются с несколько большим числом трудностей, поскольку в экономическом и военном отношении Минск гораздо теснее связан с Россией, будучи членом Евразийского экономического союза и Организации договора о коллективной безопасности. Однако США все же пытаются наладить с Белоруссией экономические отношения. Помимо этого, Вашингтон поддерживает прозападные оппозиционные группы в этой стране, оказывая, таким образом, давление на президента Александра Лукашенко. Лукашенко, несомненно, боится, что его может постигнуть та уже участь, что и Януковича, поэтому Минск взял на себя роль посредника в переговорах по украинскому кризису. Лукашенко хочет показать, что его правительство может быть скорее полезным мостиком между Россией и Западом, чем исключительно верным союзником Москвы.

Стратегия сдерживания в других бывших советских республиках

США ведут свою политику сдерживания не только на западных границах России в Европе, но и на юге и востоке, на Кавказе и в Средней Азии. Грузия является ключевым компонентом американской стратегии в этом регионе, поскольку по сравнению с Украиной и Молдовой она гораздо активнее добивалась интеграции с Западом. Грузия сделала вступление в Евросоюз и НАТО приоритетом своей внешней политики, и, хотя до полного членства в этих блоках ей еще далеко, Тбилиси подписал соглашение об ассоциации с Евросоюзом, а к началу сентября в Грузии откроется центр военной подготовки НАТО. США старались помогать Грузии со времен русско-грузинской войны 2008 года, которая — благодаря быстрой победе России и отсутствию реакции со стороны НАТО — во многих отношениях стала определяющим моментом в процессе возрождения России.

Еще одним элементом американской стратегии сдерживания России стал Азербайджан, что во многом объясняется его огромными запасами энергоресурсов и стратегическим местоположением, поскольку через него проходит «Южный коридор». Американские энергетические компании стали ключевым звеном в запуске проектов по строительству трубопроводов Баку-Тбилиси-Джейхан и Баку-Тбилиси-Эрзурум, по которым азербайджанская нефть будет поставляться на запад, а Европа в настоящее время снова ведет переговоры с Азербайджаном, рассматривая его как альтернативного поставщика энергоресурсов для таких проектов, как Транскаспийский газопровод. Налаживание отношений с Арменией, на территории которой располагается российская военная база и которая недавно вступила в Евразийский экономический союз, представляет собой достаточно серьезную проблему для США. Однако Вашингтону удалось поспособствовать некоторому прогрессу в переговорах между Арменией и Азербайджаном по вопросу о Нагорном Карабахе. Азербайджан в последнее время стал более активно оспаривать то, как Армения и Россия ведут себя в вопросе решения этого конфликта, а Вашингтон стал принимать более активное дипломатическое участие в процессе переговоров.

В Средней Азии реализация стратегии сдерживания заключает в себе больше сложностей, потому что в этом регионе нет откровенно прозападных государств, а на территории некоторых стран в настоящий момент находятся российские военные. Однако США регулярно проводят совместные учения, направленные на борьбу с распространением наркотиков и терроризмом, в таких странах, как Киргизия и Таджикистан, сохраняя таким образом свое присутствие в этом регионе. США также пытаются убедить традиционно изоляционистский Туркменистан принять участие в реализации Транскаспийского проекта, который существенно поможет Европе снизить ее зависимость от российских энергоресурсов. Казахстан и Узбекистан также рассматриваются в качестве потенциальных участников в подобных энергетических проектах.

Будущее стратегии сдерживания

Хотя американская стратегия сдерживания в значительной степени варьируется в зависимости от страны и субрегиона бывшего Советского Союза, основной принцип остается неизменным: США стремятся ограничить политическое, экономическое и военное влияние России в соседних с ней странах. Как показало временное затишье после окончания холодной войны, интенсивность политики сдерживания также зависит от того, насколько активно и агрессивно Россия ведет себя в тот или иной момент. В настоящее время США очень активно реализуют свою стратегию сдерживания.

Необходимо рассмотреть текущую конфронтацию между Россией и Западом вокруг Украины и других бывших республик Советского Союза. В настоящий момент мы не наблюдаем никаких признаков деэскалации этой конфронтации. На самом деле ряд признаков даже указывает на то, что Россия рассматривает возможность в ближайшем будущем обострить конфликт на Украине или, возможно, в других районах. Если Россия пойдет на эскалацию, США смогут выбирать из множества экономических и военных вариантов, которые включает в себя стратегия сдерживания.

Одним из таких вариантов является увеличение объемов помощи самому уязвимому театру российско-американского противостояния, а именно Украине. США публично заявляли о том, что они рассматривают возможность предоставления смертельного оружия украинским службам безопасности, однако пока они этого не сделали. Эта угроза сама по себе является частью политики сдерживания и одним из основных факторов, удерживающих Россию от открытого военного вторжения на Украину. Однако эскалация со стороны России может превратить эту угрозу в реальность.

Другим вариантом является увеличение масштабов и интенсивности военных учений в таких странах, как государства Балтии или Грузия. Более активная экономическая и политическая поддержка таких энергетических проектов «Южного коридора», как Транскаспийский газопровод, также может служить потенциальной угрозой для экономических и политических позиций России. США уже использовали санкции для того, чтобы сдержать Россию в ее ближнем зарубежье, и у них в запасе есть еще масса возможностей нанести серьезный вред уже ослабленной российской экономике.

Разумеется, США больше не стремятся остановить распространение коммунизма или помешать расширению влияния России в мировом масштабе. Однако тот геополитический императив, который лег в основу американской политики сдерживания — необходимость ограничить возможности России по распространению ее влияния за пределами ее границ — до сих пор актуален и останется таковым еще очень много лет.

Оригинал публикации: Why the U.S. Feels It Must Contain Russia
Опубликовано: 23/08/2015 14:36

Читать далее: http://inosmi.ru/world/20150824/2298335 … z3jk5gJsEz
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook

0

4

Россию несправедливо демонизируют ("Japan Times", Япония)
Грегори Кларк (Gregory Clark)

27/10/2015

В годы холодной войны Москву демонизировали совершенно заслуженно. В стране осуществлялись суровые репрессии. Военные вышли из-под контроля; количество людей, убитых ими в Афганистане, могло соперничать с числом американских жертв во Вьетнаме.

Советские спецслужбы тоже творили беспредел. Я провел два года в Москве, пытаясь выучить язык и узнать народ. Все закончилось тем, что люди из КГБ с суровыми лицами стали постоянно меня преследовать, а также устраивать гонения на тех, кто пытался мне помочь. И это было в период хрущевской оттепели в начале 1960-х.

Но были и другие времена, когда Москва заслуживала понимания. Даже в Афганистане она попыталась создать нечто более прогрессивное, чем та неразбериха, которую мы наблюдаем сегодня. Внутри страны было искреннее желание сохранять культуру и языки всех народов СССР, а не только русского. «Империя зла», существовавшая в воображении американского президента Рональда Рейгана, была не такой злой, как он пытался ее представить. По крайней мере, она смогла породить такого лидера, как Михаил Горбачев. В то же время лучшее, что смог произвести на свет наш якобы более совершенный Запад, — ну да, пресловутый Рейган.

Сегодня понятно, что демонизация зашла слишком далеко. Начатые после 1991 года усилия по сближению с Западом были незаурядными, и это признают все, кому известно, что в России было раньше. Владимир Путин со своим кагэбешным прошлым — не Горбачев. Но приглашение в Группу семи промышленно развитых государств очень многое значило для россиян. Наконец-то Россию признали как ориентированную на Запад страну, какой она всегда хотела быть.

Сегодня все это оказалось выброшенным на свалку из-за бессмысленных попыток демонизировать Москву по причине гражданской войны на Украине и захвата Крыма. Путин с самого начала четко заявил о том, что России не нужна территория, что она просто поддерживает стремление русскоязычного населения на востоке Украины к автономии — стремление, порожденное неэффективностью, а затем и развалом центрального правительства в Киеве, а также глупыми попытками запретить использование русского языка. Путин отверг заявления критиков, которые говорили, что Москва стремится аннексировать русские в историческом плане территории. Его действия можно также оправдать принятой недавно западной концепцией под названием «Обязанность защищать» — обязанность защищать народы, подавляемые превосходящими силами центральной власти.

Но по какой-то странной причине эти шаги представили в качестве российской агрессии и лишения Украины суверенитета. Утверждения о российской агрессии продолжаются, хотя все стороны в феврале приняли Минское соглашение, по которому Украина и Россия дали согласие на прекращение огня и на «местное самоуправление, в частности, в районах Донецка и Луганска». Украинский суверенитет и некоторые права по управлению нашли там одобрение. Более того, «самоуправляемый» район сепаратистов - намного меньше того, что они требовали сначала. Закон об утверждении этого соглашения уже внесен на рассмотрение украинского парламента вопреки яростным протестам отвратительных пронацистских и антисемитских группировок, которые изо всех сил стремятся к продолжению боевых действий на востоке Украины, и чьи жестокие действия уже вынудили один миллион русскоязычного населения бежать в Россию. Иначе как мстительными этническими чистками это не назовешь.

Но все, что получила Москва за свои значительные уступки в Минске и за прием беженцев — сохранение санкций и усиление военного давления со стороны НАТО. И это несмотря на участие в минских переговорах двух ведущих членов НАТО, таких, как Германия и Франция, которые одобрили реализуемые в настоящее время соглашения. НАТО когда-то посчитала уместным бомбить Белград, чтобы вынудить его отказаться от своей власти над Косово. А Москву сегодня осуждают за гораздо более скромные действия.

Хотя ситуация на Украине нормализуется, санкции против Москвы сохраняются, а НАТО по-прежнему изрыгает пламя гнева. Возможно, это объясняется захватом Крыма. Если так, я предлагаю причастным к этому людям посетить Крымский полуостров.

Исторически он всегда был русским (помните Крымскую войну?). И он остается русским. Я совершил туда две поездки, одну из них - совсем недавно, и за все время не слышал в Крыму ни слова на украинском. Москва подарила Крым Украине в 1954 году, потому что так было удобнее Советскому Союзу. Она сделала это, несмотря на проблемы, связанные с сохранением советского флота в Севастополе. Когда в 1991 году Советский Союз распался, Крым следовало автоматически вернуть России. Его захват в 2014 году во время потрясений в Киеве был неизбежен. И население полуострова в подавляющем большинстве приветствовало данные действия.

Что касается другого оправдания для усиления натовского давления, якобы в качестве ответа на агрессивное давление России, направленное против трех прибалтийских стран: кто-нибудь в НАТО знает о серьезной языковой и прочей дискриминации русскоязычных меньшинств, оставшихся там после распада Советского Союза в 1991 году? Предоставляемую Москвой информацию о фактах дискриминации там полностью игнорируют. Если российское недовольство по данному поводу называть агрессией, то нам нужно новое определение этого понятия.

Нелогичность антироссийских действий Запада отчасти можно объяснить глубоко укоренившимися страхами времен холодной войны и экспансионизмом НАТО. Второй фактор — неосведомленность. Тем людям, которые обвиняют Москву в попытках подавления крымско-татарского языка на полуострове, достаточно включить телевизор в Крыму, чтобы увидеть, как там ежедневно идут программы по обучению этому языку. Сколько человек в НАТО реально понимают происходящее в Прибалтике и в Крыму?

Но Москва тоже отчасти виновата. То, что она яростно отрицала любую причастность пророссийских сепаратистов к уничтожению самолета Малазийских авиалиний МН17, помогло сформировать общественное мнение Запада в антироссийском ключе. В августе я беседовал в российском Министерстве иностранных дел с высокопоставленным и очень эрудированным специалистом, и эта женщина с подлинной искренностью пыталась убедить меня в правильности обвинений в адрес Украины. Да, отверстия в фюзеляже, похожие на пулевые, в определенной степени подтверждают то, что говорила она и многие другие ответственные лица. Но теперь Москва признает, что самолет был сбит ракетой. Ей не следовало тратить наше время на детально проработанные теории и радиолокационные сканы, указывающие на то, что ответственность за произошедшее несут украинские истребители.

Грегори Кларк — бывший австралийский дипломат, президент Университета искусств Тамма. Недавно он совершил ознакомительную поездку в Москву по приглашению российских властей.

Оригинал публикации: Russia unfairly demonized
Опубликовано: 26/10/2015 11:30

Читать далее: http://inosmi.ru/world/20151027/2310429 … z3po5lG9gp
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook

0

5

Так создаются революции
21.01.2016
Matteo Carnieletto

В декабре прошлого года президент России Владимир Путин подписал важный документ под названием «Стратегия национальной безопасности». Одна из глав этого документа посвящена «цветным революциям». Как известно, российские политики дают им диаметрально противоположную оценку, нежели на Западе и открыто говорят о них, как об «одной из главных угроз национальной безопасности России». Ответственными за организацию этих восстаний называют «радикальные группировки, которые используют экстремистские, националистические и религиозные идеологии, иностранные и международные НПО, а также гражданских лиц».

И надо сказать, русские не ошибаются. Альфредо Макки (Alfredo Macchi) хорошо объясняет это в своей книге под названием «Революции S. p. a.: кто стоит за арабской весной». В ней рассказывается о том, как создаются революции, а главное — о том, какую роль сыграли некоторые западные организации в разжигании беспорядков на Ближнем Востоке.

Начнем с названий: вы когда-нибудь задумывались над тем, почему в Тунисе была «жасминовая революция», в Киргизии — «тюльпановая», а в Грузии — «революция роз»? Оставим на время Ближний Восток и отправимся в Белград — туда, где учат организовывать революции или, если говорить, используя терминологию Центра прикладных ненасильственных действий и стратегий (CANVAS), — предоставлять «необходимые инструменты для ее проведения».

Как пишет в своей книге Альфредо Макки, центр Canvas был основан Срджем Поповичем (Sdrja Popovic) и стал «душой сербской революции 2000 года». Из него вышли многие активисты, участвовавшие в событиях «арабской весны», такие как, например, Мохамед Адель (Mohamed Adel) — один из лидеров египетской революции 2011 года.

Но кто же такой Попович? Будучи студентом, в 1998 году, он создает «Отпор!» — одно основных движений, выступивших в будущем против Слободана Милошевича. Как пишет Макки, «студенческая организация выбирает в качестве своего символа сжатый кулак на черном фоне, а ее главным оружием становится ирония. “Отпор!” выделяется своей инновационной кампанией, проводимой в средствах массовой информации против лидера-националиста Милошевича, а также ненасильственными, но провокационными акциями, которые позволили маленькой организации сыграть решающую роль в падении диктатора». Библией Поповича стала книга американца Джина Шарпа (Gene Sharp) под названием «От диктатуры к демократии». С этого момента следует история, которая всем нам известна: начинаются бомбардировки НАТО, Милошевич предстает перед Гаагским трибуналом, а затем его находят мертвым. В это время «Отпор!» совершает качественный скачок и становится партией. Как пишет Макки, Попович «решает передать свой багаж идей и опыта в распоряжение другим странам, страдающим от диктаторов». Так зарождается центр Canvas, который сыграет особую роль в революциях в Грузии, на Украине, в Ливане и во всей северной Африке во время «арабской весны».

Однако история центра Canvas — это не только организованные восстания. Это и финансирование из-за океана, и данные, предоставляемые отставным полковником американской армии Робертом Л. Хелви (Robert L. Helvey), для друзей просто «Бобом», как принято говорить в США. Хелви является членом Международного республиканского института и «специалистом в области подпольной деятельности и подготовки военных атташе посольств США». Его имя (и его присутствие) повсюду. Он написал книгу под названием «О стратегии ненасильственного конфликта: размышления об основах». На практике — это учебник по свержению диктаторов, будь они настоящие или выдуманные. Однако за организацией «Отпор!» стоит не только отставной полковник. Кроме него есть также ассоциации, связанные с Конгрессом США, как например, Национальный фонд демократии (NED), который только в 2000 году перечислил «Отпору» 237 тысяч долларов.

Галактика «продестабилизационных» сил, естественно, включает в себя не только организации «Отпор» и Canvas. Кроме них существуют также (даже в особенности) Фридом Хаус (FH), который после 11 сентября переключил свое внимание на Ближний Восток и который «80% своих фондов получает от Палаты представителей США и Сената через Национальный фонд демократии и Госдепартамент».

Как пишет Макки, Национальный фонд демократии предоставил наибольшую финансовую поддержку организации «арабской весны». В 2010 году, то есть за год до начала крупных восстаний на Ближнем Востоке, велось финансирование ассоциаций в Тунисе, Ливии, Египте и Иране. Достаточно перейти на сайт NED, чтобы своими глазами увидеть потоки долларов, которые направляются сирийцам «с целью повышения их осведомленности о серьезных угрозах, которые их ожидают». Вот как зародились революции «арабской весны» и хаос, который последовал вслед за ними. В том числе ИГИЛ.

Оригинал публикации: cosi-si-fabbricano-le-primavere-arabe
Опубликовано 19/01/2016 11:46
http://inosmi.ru/politic/20160121/235125906.html

0

6

American Thinker, США

Чему Толстой мог бы научить Мадонну

В своей книге «Исповедь» (1884) Лев Толстой написал о своем переходе в середине жизненного пути от атеизма к принятию основных догматов русской православной веры.

13.02.2017
Питер Скуркисс (Peter Skurkiss)



Толстой пришел к Богу в возрасте 50 лет, когда он начал серьезно размышлять о смысле своей жизни и перспективах своей собственной смерти. Это распространенная тема в истории человечества. Его продолжавшиеся многие годы попытки получить ответы на эти вопросы представляют собой интересное чтение, поскольку он был образованным человеком конца XIX века, однако наиболее важным аспектом его размышлений сегодня можно считать умонастроения представителей модного, сконцентрированного на самом себе и претенциозного высшего артистического класса, существовавшего в царской России. Не требуется особого воображения, чтобы увидеть сходство с тем, что происходит сегодня.

По словам Толстого, в его молодости, помимо животных инстинктов, им руководила вера в самосовершенствование. Подобное законное стремление улучшить себя быстро превратилось у него в идею быть лучше не в своих собственных глазах и даже не в глазах Бога, а в глазах других людей. «И очень скоро это стремление быть лучше перед людьми подменилось желанием быть сильнее других людей, то есть славнее, важнее, богаче других», — пишет Толстой.

В своем кругу представителей искусства из высшего класса Толстой обнаружил, что все его поддерживали и хвалили за его грубые амбиции, стремление к власти, алчность, похоть, гордость, гнев и чувство мести. Оглядываясь назад, Толстой писал:

«Без ужаса, омерзения и сердечной боли не могу вспоминать об этих годах. Я убивал людей на войне, вызывал на дуэли, чтобы убить, проигрывал в карты, проедал труды мужиков, казнил их, блудил, обманывал. Ложь, воровство, любодеяния всех родов, пьянство, насилие, убийство… Не было преступления, которое я бы не совершал, и за все это меня хвалили, считали и считают мои сверстники сравнительно нравственным человеком».

В возрасте 26 лет Толстой приехал в Санкт-Петербург, и обнаружил следующие взгляды у своих современников:

«…жизнь вообще идет, развиваясь, и… в этом развитии главное участие принимаем мы, люди мысли, а из людей мысли главное влияние имеем мы — художники, поэты. Наше призвание — учить людей. Для того же, чтобы не представился естественный вопрос самому себе: что я знаю и чему мне учить, — в теории было выяснено, что этого и не нужно знать, а что художник и поэт бессознательно учит».

Такой взгляд льстил Толстому. Вера в значение поэзии и развитие жизни была религиозной верой. Здесь Толстой оказался хорошо оплачиваемым священником этой веры дарвинистского типа благодаря своим произведениям (Напомним, что книга «Происхождение видов» Дарвина была опубликована в 1859 году, и она пользовалась популярностью в образованном классе в то время, когда Толстой формировался как личность).

Глядя в прошлое, Толстой с огорчением пишет:

«Я наивно воображал, что я — поэт, художник и могу учить всех, сам не зная, чему я учу. Я так и делал».

К счастью, Толстой был способен мыслить, и поэтому он стал сомневаться в ценности своей веры.

«Кроме того, усомнившись в истинности самой веры писательской, я стал внимательно наблюдать жрецов ее и убедился, что почти все жрецы этой веры, писатели, были люди безнравственные и, в большинстве, люди плохие, ничтожные по характерам — много ниже тех людей, которых я встречал в моей прежней разгульной и военной жизни — но самоуверенные и довольные собой, как только могут быть довольны собой люди совсем святые… Люди мне опротивели, и сам себе я опротивел, и я понял, что вера эта — обман».

И еще:

«Из сближения с этими людьми я вынес новый порок — до болезненности развитую гордость и сумасшедшую уверенность в том, что я призван учить людей, сам не зная чему».

Говоря о своем классе художников и артистов, Толстой объясняет, как люди этого круга начали верить в свою собственную значимость:

«Настоящим, задушевным рассуждением нашим было то, что мы хотим как можно больше получать денег и похвал. Для достижения этой цели мы ничего другого не умели делать, как только писать книжки и газеты. Мы это и делали. Но для того, чтобы нам делать столь бесполезное дело (выделено мной) иметь уверенность, что мы — очень важные люди» необходимо было обоснование. И вот оно: поскольку нам хорошо платят, и нас хвалят другие артисты, мы делаем вывод о том, что мы — не только важные люди, но еще и имеем правильные взгляды.

Не заставляет ли это вспомнить нас о плохо образованных знаменитостях и звездах поп-музыки, о так называемых артистах, которые сегодня высказывают свое мнение по серьезным вопросам, затрагивающим жизни миллионов простых людей, и делают они это с такой убежденностью, которая заставила бы покраснеть Моисея. Среди представителей подобных дегенеративных отбросов мы видим таких знаменитостей, как Мадонна, Спрингстин, Мерил Стрип, Алек Болдуин, «Леди» Гага, Шон Пенн, Рози О'Доннелл и ненормальную Эшли Джадд, если назвать лишь некоторых из них.

Они неистовствуют по поводу Трампа, но возникает подозрение, что истинная их ненависть обращена на миллионы «удручающих» (deplorable) людей, которые проголосовали за президента Трампа, а также на их ценности, характерные для среднего класса, в том числе религию и патриотизм.

Если бы люди стали подражать поведению этих артистов, то Америка деградировала бы до такого состояния, по сравнению с которым Веймарская Германия выглядела бы монастырем монахов-цистерцианцев. А если бы мы следовали их политическим советам до их логического конца, то потеряли бы республику и вернулись бы назад к рабству. Но и в таком случае наши знаменитости оказались бы наверху — они бы учили нас, крестьян, тому, чего они сами не знают.

Несомненно, мало кто из читателей — может быть, даже никто из читателей — журнала American Thinker находятся под воздействием артистического класса. К сожалению, то же самое нельзя сказать о многих наших согражданах. Некоторые люди при виде яркого блеска лишаются здравого смысла.

У Льва Толстого была внутренняя сила и честность, чтобы осудить свою раннюю жизнь, наполненную необузданной гордостью и поверхностным отношением к жизни. В результате упорной интеллектуальной борьбы он, наконец, нашел ответы на те вопросы, которые беспокоили его в жизни простых людей.

Любопытно было бы узнать, какое количество представителей нынешнего артистического класса способны сделать то же самое? На мой взгляд, немногие, если таковые вообще найдутся.

http://inosmi.ru/politic/20170213/238718026.html
Оригинал публикации: What Tolstoy could teach Madonna
Опубликовано 13/02/2017 14:49

0


Вы здесь » Россия - Запад » СОВРЕМЕННАЯ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ЗАПАДА » Гюльчитай, открой личико... или истинное лицо Америки.