Россия - Запад

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Ватикан.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Ватикан изнутри ("New Yorker", США)
Папа Франциск решительно намерен реформировать непокорную Курию

Александр Стилл (Alexander Stille)

11/09/2015

В августе Франциск провел в Ватикане папскую аудиенцию. Благодаря своей сдержанности, умеренности и инклюзивной риторике Франциск создал впечатление гораздо более открытой и терпимой Церкви, не изменив при этом церковную доктрину.

Если вы зайдете в Ватикан с заднего входа, вы быстро поймете, насколько маленьким и тесным миром на самом деле является центр Католической церкви. Этот комплекс площадью в 45 гектаров, построенный преимущественно в эпоху Возрождения, представляет собой духовную и административную штаб-квартиру глобального института с 1,2 миллиарда последователей. Первым зданием, которое вы увидите, будет гостевой дом Santa Marta, где Папа Франциск живет и работает в трехкомнатных апартаментах площадью в 65 квадратным метров, отказавшись от традиционных, шикарных папских апартаментов в Апостольским дворце.

Повернув за угол, вы увидите желтое здание, где разместились несколько кардиналов. На одном этаже живет кардинал Тарчизио Бертоне (Tarcisio Bertone), который был государственным секретарем Святого Престола при предшественнике Франциска, папе Бенедикте XVI. Кардинал Паоло Сарди (Paolo Sardi), которого считают одним из политических противников Бертоне внутри папской курии, живет этажом ниже. Пройдя немного по Ватиканским садам, вы попадете в монастырь Mater Ecclesiae, где сейчас живет Бенедикт XVI. Когда он покинул свой пост в 2013 году, он улетел на вертолете, чтобы начать отшельническую жизнь в смирении и молитве, и многие могли подумать, что он укрылся в каком-нибудь монастыре на территории его родной Германии. Но он остался в Ватикане. Прямо за стенами Ватикана, на площади Читта Леонина находится еще одно здание, где разместились кардиналы. Кардинал Герхард Мюллер (Gerhard Müller), преемник Бенедикта на посту Префекта Конгрегации доктрины веры, живет в тех же апартаментах, где жил Бенедикт в то время, когда он был просто кардиналом Йозефом Рацингером (Joseph Ratzinger), а над Мюллером расположился кардинал Лоренцо Бальдиссери (Lorenzo Baldisseri).

И между соседями существует множество разногласий: Мюллер является поборником доктринальной традиционности, а сторонник реформ Бальдиссери занимает пост председателя Синода по делам семьи — совета, созданного Папой Франциском в прошлом году, в рамках которого прогрессивно мыслящие деятели Церкви выступают в поддержку большей гибкости в таких вопросах, как отношение к разведенным парам и гомосексуалистам. Недавно между ними возник спор — который к настоящему моменту, очевидно, уже был улажен — по поводу уровня шума в здании: превосходный пианист Бальдиссери предпочитает музицировать сразу после обеда, когда Мюллер любит вздремнуть.

В этом тесном мире процветают близкая дружба, острое соперничество, столкновение амбиций и личная неприязнь. Поскольку деятели Церкви редко критикуют Папу на публике, личные разногласия зачастую принимают форму клеветы, коридорных сплетен и закулисных интриг. Именно в такой специфической обстановке Папа Франциск, бывший архиепископ Буэнос-Айреса Хорхе Марио Бергольо (Jorge Mario Bergoglio), пытается «встряхнуть» Церковь, как он любит выражаться. В отличие от большинства своих предшественников, он провел довольно мало времени в Риме до своего избрания на папский престол 13 марта 2013 года.
Кардинал Хорхе Марио Бергольо, будущий Папа Франциск, в 2005 году

Будучи первым папой-иезуитом в истории, Бергольо провел почти всю свою карьеру в Латинской Америке. В возрасте 36 лет он стал главой Ордена иезуитов в Аргентине. В период Грязной войны, которую в Аргентине развязала правая хунта, его обвинили в том, что он передал военным двух священников, хотя свидетельства остаются противоречивыми, а сам он утверждает, что он старался спасать священнослужителей и других жертв режима. (Несколько политических диссидентов заявили, что Бергольо помог им спрятаться в период репрессий.) После своего назначения на пост архиепископа Буэнос-Айреса в 1998 году Бергольо посвятил себя работе с бедными людьми, разъезжая на автобусе по Буэнос-Айресу и проводя время в трущобах города.

Когда в 2013 году кардинал Бергольо приехал в Рим на собрание, на котором должны были выбирать преемника Бенедикта, перед началом конклава он обратился к группе кардиналов. Он решительно раскритиковал «римо-центричную» склонность Церкви к «теологическому нарциссизму», добавив, что задача Церкви заключается в том, чтобы добраться до окраин мира и до самых последних членов общества. Накануне Рождества в прошлом году Франциск удивил кардиналов и монсеньоров, осудив множество «болезней» Курии: ее «патологическое стремление к власти», «соперничество и тщеславие», «сплетни, ропот и злословие», ее «обожествление глав религиозных общин», ее «карьеризм и оппортунизм». Хотя он привел в правительство Ватикана несколько своих людей, чтобы они помогли ему реализовать его видение Церкви, по большей части ему приходится работать с тем сообществом, которое он унаследовал от своего предшественника.

Я понял, насколько это сложно, когда мне довелось попасть на собрание высокопоставленных чиновников Ватикана в Риме ранее в этом году. Там я услышал, как один из кардиналов говорил об итальянском новостном журнале L’Espresso, который готовился к публикации провокационной разоблачительной статьи о расточительности кардинала Джорджа Пелла (George Pell), австралийца, которому Франциск поручил разобраться с финансами Ватикана. Эта статья была основана на просочившихся в СМИ документах, и выступавший кардинал был, по всей видимости, очень рад предстоящей публикации. «Когда пришел Франциск, бытовало убеждение, что все поступки и решения итальянцев были плохими и коррумпированными — теперь все стало несколько сложнее», — сказал он. По всей видимости, он полагал, что он просто обязан свести счеты с теми, кого он считал «псевдо-реформаторами».

После полудня швейцарские гвардейцы, несущие караул в Ватикане, выводят всех посетителей из Ватиканских садов, чтобы бывший понтифик Бенедикт XVI мог совершить свою ежедневную прогулку. Бенедикт пользуется специальным приспособлением для ходьбы, однако, вне всяких сомнений, ему удалось сохранить ясность ума. Теперь, когда его уже больше не обвиняют во всех проблемах католического мира, его понтификат постепенно подвергается некоторой переоценке.

Бенедикт не дает интервью прессе. Большая часть информации о его жизни проходит через его личного секретаря, монсеньора Георга Генсвайна (Georg Gänswein), немецкого теолога, который начал работать с Бенедиктом в 1996 году и стал его секретарем в 2003 году. Генсвайн тоже живет в здании Mater Ecclesiae. Его часто называют «Великолепным Джорджем» или «Джорджем Клуни Ватикана». Это привлекательный мужчина 59 лет с седеющими светлыми волосами, точеными чертами лица и пронзительными голубыми глазами. Он серьезно увлекался теннисом и лыжами. Одетый в элегантную черную сутану, он принял меня в одной из расписанных фресками комнат Апостольского дворца. Незадолго до своей отставки Бенедикт повысил Генсвайна до сана архиепископа и сделал его Префектом Папского дома — он сохранил этот пост и при Папе Франциске.

Некоторые из первых шагов Франциска — его решение не жить в Апостольском дворце и не носить некоторые предметы папского облачения — рассматривались в определенных кругах как скрытый упрек в адрес Бенедикта, который скрупулезно соблюдал все традиции. С некоторым раздражением монсеньор Генсвайн объяснил немецкой газете Die Zeit, что Папа Бенедикт жил в Апостольском дворце вовсе не из эгоизма, и что все его привычки характеризовались умеренностью и скромностью. Мне показалось, что Генсвайн недоволен той волной «франциско-мании», которая прокатилась по миру после его избрания. По его словам, Папа не может нравиться всем без исключения, поэтому страстное увлечение СМИ скоро пройдет. Он сказал мне, что Папа подобен пальцу, указывающему на Луну, а Луна — это Господь. «Иногда все переворачивается с ног на голову, и люди видят лишь палец — они перестают видеть Луну, — объяснил он. — Я не имею в виду, что Папа добивается именно этого — не стоит путать Папу с поп-звездой — или что Франциск пытается привлечь к себе всеобщее внимание, но средства массовой информации подчиняются своей собственной динамике».

Отношения Бенедикта со СМИ были гораздо менее гладкими. Сначала многие репортеры писали о его жизни в период Второй мировой войны и о его теологической ригидности и консерватизме. Ему так и не удалось избавиться от репутации поборника доктринальной традиционности, от репутации, благодаря которой он получил прозвища «ротвейлер Папы» и «Панцер-кардинал» (по названию одного из танков Вермахта). Между тем, некоторые из тех, кому довелось поработать с ним лично, описывали его как человека чрезвычайно учтивого и мягкого, скромного, сдержанного и доброго, человека высоких моральных качеств и исключительного ума.

Прежде ни один папа, ушедший в отставку по своему желанию, не оставался жить в Ватикане. Самым известным папой, отрекшимся от престола, стал Целестин V, монах и отшельник, отказавшийся от папского поста в 1294 году в надежде вернуться к своей прежней жизни. Но вместо этого Бонифаций VIII, который пришел на его место и которого Данте поместил в один из нижних кругов ада, отправил Целестина в тюрьму.

Бенедикт и Франциск, несомненно, ладят друг с другом гораздо лучше, чем Целестин и Бонифаций. Отец Федерико Ломбарди (Federico Lombardi), который был пресс-секретарем обоих пап, сказал мне: «Зная Бенедикта, я совершенно не удивлен тому, что он ведет себя с безупречным тактом, благоразумием и деликатностью». Он добавил: «Он нечасто появляется на публике, но ему всегда рады, и, как правило, эти появления происходят по приглашению Папы Франциска». Франциск приложил особые усилия к тому, чтобы оказать Бенедикту уважение: прежде чем он впервые появился на публике в качестве нового Папы Римского, он поговорил с Бенедиктом по телефону. Когда он давал обширное интервью иезуитскому журналу Civiltà Cattolica, он сначала попросил Бенедикта просмотреть готовящийся к печати текст и прокомментировать его. Ответные заметки Бенедикта заняли четыре страницы. Франциск сравнивает присутствие Бенедикта в Ватикане с присутствием в доме уважаемого и любимого деда, который всегда может дать мудрый совет.
Папа Бенедикт XVI и папа Франциск в Соборе Святого Петра в Ватикане

Многие из тех, кто близок к Бенедикту, говорят, что между ним и Франциском – гораздо больше общего, чем принято полагать. Эту точку зрения поддерживает кардинал Бертоне, который работал заместителем кардинала Рацингера в Конгрегации доктрины веры, а затем занимал должность государственного секретаря — в сущности премьер-министра Ватикана — на протяжении большей части восьмилетнего понтификата Бенедикта.

Я встречался с Бертоне несколько раз в его апартаментах во Дворце Сан-Карло, расположенного на другой стороне улицы от гостевого дома, где живет Франциск. Это высокий и солидный человек с большой вытянутой головой. Он одевается в простую черную сутану — то есть точно так же, как он одевался в начале своей карьеры, когда он был одним из священников салезианского ордена. Понять, что перед вами кардинал, можно лишь по характерной красной шапочке на его голове. Он носит очки со слегка затонированными линзами, которые делают его темные глаза похожими на глубокие черные дыры. Один из моих собеседников назвал Бертоне «непроницаемым». Обычно он держится настороженно, однако он становится весьма дружелюбным и приятным, когда немного расслабляется. Он попросил меня заранее прислать ему на электронную почту вопросы к нашему интервью, а когда я приехал, он вручил мне 33 листа с ответами, подкрепленными датами, цифрами и цитатами. Мне на мгновение показалось, что Бертоне сам себе не доверяет, и что такое его поведение символизирует те проблемы, которые существовали в общении Церкви со СМИ в период папства Бенедикта.

Бертоне часто обвиняли во множестве проблем, существовавших в период правления Бенедикта, и на меня он произвел впечатление гордого, но обиженного человека. В прессе его часто изображали бюрократом Ватикана, решительно намеренным помешать проведению любых реформ и скрыть коррупцию. В 2012 году в одной газете появилась статья с заголовком: «Банк Ватикана и Бертоне доказали, что сатана существует». Даже после того, как Франциск пришел на его место, Бертоне остался мишенью для критики. Газеты и телеканалы начали рассказывать о просторных и роскошных апартаментах, куда он переехал после отставки. Когда он праздновал свое 80-летие, в прессе появились статьи о богатом приеме и изысканных винах и закусках, которые там подавались. Его привычки часто и не в его пользу сравнивали со спартанскими привычками нового папы. В ответ на это Бертоне решил написать (вместе с одним итальянским журналистом) свой собственный рассказ о его жизни и работе в Ватикане, который он назвал «Камерарий» («Il Camerlengo») — это один из его титулов на прежней работе.

Апартаменты Бертоне больше подходят бывшему главе государства, чем священнику. Он рассказал мне, что он сделал там ремонт на свои личные средства, и что вместе с ним здесь живет его личный секретарь и три монахини. «Бертоне — влиятельный человек, но он очень честный», — сказал мне один из членов его окружения. Он, несомненно, очень набожный человек, чей календарь и сознание наполнены религиозными праздниками и церемониями. В августе он ездил в Гватемалу, чтобы принять участие в различных мероприятиях в честь основателя Салезианского ордена. Но для него крайне важно находиться вблизи рычагов власти. В тот период времени, когда состоялся наш с ним разговор, он готовился к неделе духовной практики. Когда я спросил его об этом, он с осторожностью ответил мне: «Col papa, col papa» («С папой, с папой»). И действительно, в одном итальянском журнале я видел фотографию Бертоне, сидящего на переднем сиденье автобуса вместе с Папой Франциском.

По словам Бертоне, Бенедикт никогда не был «косным консерватором» и сухим теологом, лишенным человечности. «Я помню множество случаев, когда он, будучи еще кардиналом, прогуливался по площади святого Петра и вступал в разговор с молодыми людьми из Германии, — рассказал он мне. — Ему очень нравилось обедать в нескольких ресторанчиках в Риме». Жители Борго, района за стенами Ватикана, где они оба жили в тот период времени, когда они работали в Конгрегации доктрины веры, очень любили Бенедикта. «Владельцы магазинов, парикмахеры, официантки всегда выходили и здоровались с ним», — сказал Бертоне. Бенедикт подкармливал соседских кошек, разговаривая с ними на своем языке — «какой-то разновидности баварского немецкого, которую они, по всей видимости, понимали».

Корреспондент Джон Тэвис (John Thavis), который уже долгое время пишет о Ватикане, рассказал очень любопытную историю о Бенедикте в своей новой книге «Дневники Ватикана» (Vatican Diaries): во время своей поездки в Иорданию Бенедикт приехал на то место на реке Иордан, где Христос попросил Иоанна Предтечу крестить его. Повсюду собрались журналисты с камерами в ожидании великолепной фотосессии. Может быть, папа захочет крестить кого-нибудь? Или, по крайней мере, пройдет по берегу реки и зачерпнет немного воды? Но Бенедикт так и не вышел из своей машины, и колонна автомобилей уехала.

Скандалы вокруг сексуальных домогательств со стороны священнослужителей, которые набирали силу в течение нескольких десятилетий при предшественниках Бенедикта, достигли своего апогея в период его понтификата, превратив его в папу, который утратил контроль над рычагами управления. 2010 год, запомнившийся как ужасный год, прошел под эгидой жутких откровений о сексуальном насилии над детьми и домогательствах. И хотя Бенедикт сделал гораздо больше, чем его предшественники, чтобы справиться с проблемой сексуальных домогательств со стороны представителей духовенства, ему пришлось взять на себя большую часть вины. Тогда же, в 2012 году, разразился скандал, получивший название «Ватиликс»: в итальянской прессе стали появляться личные документы — письма, адресованные папе и другим высокопоставленным чиновникам Ватикана — которые свидетельствовали о масштабной финансовой коррупции и ожесточенной внутренней борьбе. Человеком, передавшим эти документы СМИ, оказался личный помощник папы Паоло Габриэле (Paolo Gabriele), который заявил, что он хотел поднять тревогу и оповестить папу о назревающих вокруг него проблемах.

Будучи Префектом Конгрегации доктрины веры, Бенедикт пытался разобраться со скандалом вокруг сексуальных домогательств, покончив с системой разрозненных ответов со стороны конкретных епископов. В 2004 году он настоял на начале расследования в отношении отца Марсиаля Масиэля Деголладо (Marcial Maciel Degollado), харизматичного мексиканца, возглавлявшего религиозный орден «Легион Христа». Существуют неопровержимые доказательства того, что Масиэль подвергал сексуальному насилию множество молодых семинаристов в течение нескольких десятилетий и стал отцом нескольких детей от женщин, с которыми у него была связь. Согласно результатам расследования, проведенного Джейсоном Берри (Jason Berry), Масиэль умел мастерски доставать деньги и набирать семинаристов, он был фаворитом Иоанна Павла II и его государственного секретаря Анджело Содано (Angelo Sodano). По слухам, Содано помешал Рацингеру завершить расследование в отношении Масиэля, и, когда «Легион Христа» строил университетский кампус в Риме, один из племянников Содано, инженер, получил работу в этом проекте.

В самом начале своего понтификата Бенедикт удалил Масиэля из «Легиона» и распорядился, чтобы он вел «замкнутую жизнь, наполненную раскаянием и молитвой, с запретом на любую форму общественного служения». Хотя представители Ватикана неохотно критикуют Иоанна Павла II, упоминание имени которого часто сопровождается возгласами «Santo subito», шепотом они добавляют, что в последние годы его понтификата, когда из-за болезни Паркинсона он уже практически полностью утратил дееспособность, многое шло не так. Поэтому часть скандалов, оказавшихся в центре внимания общественности в период понтификата Бенедикта, были унаследованы им от его предшественника.

Бертоне и другие приближенные Бенедикта утверждают, что его стоит воспринимать как деятеля переходного периода, начавшего реформы, которые в настоящий момент Франциск продолжает: финансовая прозрачность, нетерпимость по отношению к сексуальным преступлениям священнослужителей, восстановление дипломатических отношений между Кубой и США, реформа Курии.

Отказавшись от практики перевода священников-преступников, Ватикан при Бенедикте и Бертоне начал лишать таких священников сана: в 2011 и 2012 годах, последних годах папства Бенедикта, сана лишились 384 священника. Однако пресс-офис Ватикана не опубликовал эту статистику: агентство Associated Press самостоятельно собрало данные из годовых отчетов Ватикана. В наших беседах Бертоне ни разу не упомянул о фактах лишения сана, что стало еще одним свидетельством отсутствия у него навыков взаимодействия с общественностью.
Здание Банка Ватикана

В 2010 году Бенедикт создал в Ватикане финансовый регулятивный орган, Управление финансовой информации, и вернул под свой контроль Банк Ватикана или, как его еще назвают, Институт религиозных дел. Из-за непрозрачности своих финансовых трансакций Банк Ватикана, который не входит в юрисдикцию Италии, долгое время был источником неловкости для Ватикана. В начале 2000-х годов Ватикан попал в первую десятку стран мира, считавшихся лучшими «оффшорными» финансовыми убежищами для ухода от налогов и отмывания денег.

В сентябре 2010 года итальянские власти не разрешили перевести около 23 миллионов евро через Банк Ватикана, после того как он отказался объяснить, кому принадлежат эти деньги и почему их переводят с одного счета на другой. Чтобы разрешить этот кризис, Бенедикт подписал закон, запрещающий отмывать деньги: наряду с другими мерами этот закон учреждал Управление финансовой информации, в чьи задачи входило выявление подозрительных трансакций и обмен информацией с иностранными контрольными органами в банковской системе. В начале 2011 года Бертоне предложил Ватикану присоединиться к системе «Манивэл», надзорному органу, созданному Советом Европы, который занимается стандартизацией норм банковской прозрачности в европейских странах.

Вскоре началась ожесточенная внутренняя борьба вокруг степени и скорости подчинения деятельности финансовых органов Ватикана международным стандартам. С точки зрения одних — в том числе Франческо де Паскуале (Francesco De Pasquale), которого назначили директором Управления финансовой информации — Ватикан пытался создать всего лишь видимость прозрачности. Как вспоминает де Паскуале, перед одной из встреч с представителями «Манивэл» монсеньор Этторе Балестреро (Ettore Balestrero) спросил его: «Нам действительно необходимо рассказать им правду?» (Сам Балестреро опроверг слова де Паскуале, сказав, что «я всегда сотрудничал в полной мере и с абсолютной прозрачностью своих действий с регуляторами Совета Европы».)

В Институте религиозных дел существовало более 30 тысяч счетов, и несколько тысяч из них были «спящими» или «нестандартными»: они принадлежали людям и организациям, не связанным с религией и, возможно, занимающимся уходом от налогов или отмыванием денег. Ни глава Института религиозных дел Этторе Готти Тедески (Ettore Gotti Tedeschi), ни номинальный глава Управления финансовой информации де Паскуале не знали, что было на тех счетах.

Во время другой встречи, как вспоминает де Паскуале, Готти Тедески спросил: «Почему мы не можем поделиться нашими записями? Нам же нечего скрывать, не так ли?» По словам де Паскуале, управляющие Института религиозных дел и представители Государственного секретариата ответили на это «ледяным молчанием». В марте 2012 года миланское отделение JP Morgan закрыло счет, который был закреплен за Банком Ватикана, из-за неспособности этого института соблюдать установленные нормы прозрачности. И часть документов, которыми обменивались эти организации, попали в руки СМИ.

Спустя несколько месяцев унизительных разоблачений появились «Ватиликс». В мае 2012 года журналист Джанлуиджи Нуцци (Gianluigi Nuzzi) опубликовал целый сборник документов под названием «Его Святейшество». На той же неделе Готти Тедески был снят с поста главы Банка Ватикана, а Паоло Габриеле был арестован. Хотя именно Габриэле передал прессе большую часть документов, почти никто в Ватикане не верит, что он действовал в одиночку.

«Ватиликс» отчасти стали результатом всеобщего недовольства тем, как Бертоне управлял Ватиканом. Сам Бертоне и Ватикан настаивают на том, что у них были законные основания не предоставлять регуляторам доступ к документам Института религиозных дел — и одной из причин было желание защитить суверенитет Ватикана. Институту религиозных дел потребовалось два года, чтобы достичь соответствия международным стандартам прозрачности, для чего он без лишнего шума закрыл примерно 4,6 тысячи счетов.

Разные кардиналы призывали Бенедикта уволить Бертоне с поста государственного секретаря, однако он отказался. Бертоне критиковали за его слишком сильную вовлеченность в дела Италии. Он ставил своих протеже на должности в больницах и итальянских банках, а один из его «доверенных лиц» получил ключевую должность на итальянском государственном телеканале. Он заставил Банк Ватикана инвестировать средства в одну итальянскую кинокомпанию, которая снимала фильмы и сериалы религиозной тематики. Он помогал защищать итальянские католические больницы, которым угрожало банкротство и над которыми нависли обвинения в мошенничестве. Он даже присутствовал на обеде в доме известного деятеля итальянского телевидения Бруно Веспа (Bruno Vespa) вместе с Сильвио Берлускони и другими влиятельными людьми, где они обсуждали будущее итальянского правительства. Когда я спросил Бертоне, не жалеет ли он о том, что присутствовал на том обеде, он ответил: «Разумеется, если бы я знал, какой вокруг этого поднимется шум, я бы не поехал». Ни один из этих шагов Бертоне не был ни незаконным, ни необычным для Ватикана, однако все они подтверждают, что Католическая церковь заботится скорее об Италии, чем об остальном мире.

Очевидно, Бенедикт принял решение покинуть свой пост весной 2012 года, когда скандал «Ватиликс» набирал обороты. Ему уже было 85 лет, и во время своей поездки в Мексику ночью он упал и ударился головой о бортик ванны. Когда он проснулся на следующее утро его голова и подушка были в крови. Он понял, что он больше не может совершать такие дальние поездки. Но он уже пообещал отправиться в Бразилию летом 2013 года, и, очевидно, именно эту дату он считал своего рода крайним сроком. Он начал обсуждать вопрос о своем уходе с Генсвайном и Бертоне.

«Я пытался отговорить его, убеждая его, что мы можем изменить его расписание, сократить или вовсе исключить поездки, но он был непреклонен», — рассказал мне Генсвайн. Хотя все мои собеседники отрицали, что скандал «Ватиликс» был катализатором ухода Бенедикта, он, несомненно, стал одним из факторов, повлиявших на решение папы.

В конечном итоге Бенедикта, скорее всего, запомнят, как папу, который решил добровольно уйти с престола. Именно это его решение сделало возможным приход Франциска, и сторонники Бенедикта утверждают, что оно помогло пересмотреть сущность папского престола в таком ключе, который способствовал принятию программы реформ Франциска. «Это был революционный шаг», — отметил Генсвайн.

На конклаве, на котором должны были выбирать преемника Бенедикта, царили сильные анти-итальянские настроения. 14 кардиналов из США и латиноамериканские кардиналы были решительно настроены коренным образом поменять направление. И кардиналы из США единодушно поддержали самого сильного кандидата из Южной Америки, Хорхе Марио Бергольо.

В 1302 году Папа Бонифаций VIII, преемник несчастного Целестина, издал папскую буллу, в которой говорилось, что «мы провозглашаем, мы устанавливаем, что для спасения необходимо, чтобы все люди подчинялись Папе Римскому». В 1870 году Пий IX решил продолжить эту традицию, издав декларацию о непогрешимости папы. Его примеру спустя столетие последовал и Папа Иоанн Павел II с его приверженностью церковной доктрине и требованием беспрекословного подчинения Папе Римскому. Однако в правлении Ватикана присутствует и альтернативная традиция. В первые века существования христианства Церковью управляли синоды или советы, на которых присутствовали все епископы, которые могли приехать. Папа Франциск сделал все возможное, чтобы его называли Епископом Рима — одним из многих его титулов — намереваясь вернуться к той традиции, в рамках которой Церковью управляли в более демократическом ключе, а папа римский был первым среди равных. Чтобы справиться с присущей Католической церкви обособленностью и изолированностью, Франциск создал совещательную комиссию из девяти кардиналов — по одному кардиналу от каждого континента, плюс его новый государственный секретарь, кардинал Пьетро Паролин (Pietro Parolin). Эта комиссия является своего рода глобальным кабинетом. У Франциска есть комитет по экономическому контролю, состоящий из 15 человек — восьми кардиналов и семи мирян — которые имеют равные права на голосовании. Он также назначил генерального аудитора, который имеет право проверить любое учреждение Ватикана и отчитывается непосредственно перед папой.
Аудиенция папы Франциска на площади Святого Петра

Если широкой общественности Франциск кажется чрезвычайно добродушным человеком, внутри стен Ватикана он обзавелся репутацией жесткого лидера. В своем интервью изданию Civiltà Cattolica он охарактеризовал себя как человека, «немного наивного», но при этом проницательного, умного и даже хитрого. Хотя он регулярно совершает поступки, указывающие на его скромность, самоотречение и доброту — он сам оплачивает счета из отеля, где он живет с момента избрания его Папой Римским, он моет ноги наркоманам, находящимся на реабилитации, он продвигает идею бедной Церкви для бедных — он с таким же упорством и настойчивостью пытается реорганизовать традиционные формы правления в Ватикане.

Чтобы иметь представление о том, как эта революция происходит на практике, я добился разрешения посетить недавно созданный Секретариат по экономическим вопросам, возглавляемый австралийским кардиналом Пеллом. В прошлом Префект Конгрегации доктрины веры — то есть арбитр доктринальной традиционности — был самым влиятельным префектом в Ватикане. Пелл и Секретариат по экономическим вопросам были поставлены на один уровень с этим префектом — а, возможно, даже на более высокий уровень. Пелл тоже вошел в состав глобального кабинета Франциска.

Чтобы добраться до кабинетов секретариата, нужно пройти мимо Двора Бельведера, построенного патроном Микеланджело, Юлием II. Время от времени Юлий II заполнял этот двор водой, используя его в качестве места для инсценировок морских битв и других развлечений. Где-то под камнями, которыми выложен этот двор, лежат останки слона, питомца папы Лео X. Поэтому мне показалось довольно странным и удивительным подниматься на лифте на третий этаж, чтобы встретиться с группой людей, похожих на магистров бизнеса и говорящих на английском языке. До настоящего времени именно итальянский был языком Ватикана — даже среди его иностранных кардиналов и епископов. Папа Франциск согласился сделать Секретариат по экономическим вопросам официально двуязычным учреждением — первым двуязычным учреждением в Ватикане — и английский язык, несомненно, пользуется там популярностью. Дэнни Кейси (Danny Casey), австралиец и менеджер по финансам, которого кардинал Пелл назначил ответственным за повседневные дела секретариата, сказал мне: «Английский — это международный язык бизнеса, поэтому мы можем нанимать людей со всего мира».

Пелл и Кейси, работавшие вместе в Сиднее, сотрудничали с ведущими международными консультантами, чтобы установить контроль над запутанными финансовыми схемами Ватикана: они занимались стандартизацией учетных практик, поиском ценных активов и переводом ряда небольших институтов и единиц собственности Ватикана под непосредственный контроль Святого престола — правового субъекта, который руководит Ватиканом и рядом институтов в Риме и за его пределами. Ранее в этом году новый секретариат объявил о том, что ему удалось выявить финансовые активы на сумму около 1,2 миллиарда долларов, которые прежде не значились на балансе Ватикана. Никто не утверждал, что эти активы были спрятаны с какими-либо корыстными целями. «Когда мы начинали свою работу, нам сказали, что у Святого престола есть 65 различных институтов, — рассказал Кейси. — Но мы выяснили, что на самом деле таких институтов 136».

Как можно обнаружить 71 институт общей ценностью в 1,2 миллиарда долларов? Как объяснил Кейси, управление собственностью Ватикана было чрезвычайно фрагментарным. По некоторым оценкам, Католической церкви принадлежит около 20% всей недвижимости в Италии и четверть недвижимости Рима. На Римских холмах находится огромное множество религиозных организаций, монастырей, семинарий, фондов, институтов и братств: спрятанные сокровища с красивыми садами, расписанными фресками дворцами, журчащими фонтанами и потрясающими видами — многие из них некогда принадлежали богатым семьям со сложными и многовековыми историями и были переданы Церкви несколько столетий назад.

В настоящее время все учреждения Ватикана должны подчиняться международным нормам ведения бухгалтерского учета и надзора, и администраторы этих институтов — во многих случаях это монахи и монахини — проходят специальный курс по бухгалтерскому учету. Каждый институт должен заполнять особую форму, где указываются цели и задачи на следующий год, а также та сумма денег, которая необходима на реализацию этих задач. Кейси и его команда прикладывают массу усилий, чтобы провести четкую границу между теми активами Ватикана, которые выполняют религиозную миссию — забота о пожилых или просвещение молодежи — и теми активами, которые «выходят за рамки этой миссии». Та собственность, которая выходит за рамки миссии, считается коммерческим активом, из которого Ватикан должен постараться извлечь максимальную денежную выгоду.

Конгрегация пропаганды — один из институтов Ватикана, который спонсирует религиозные миссии за границей — владеет недвижимостью на сумму в 10 миллиардов долларов. Эта недвижимость расположена в основном в Риме и включает в себя некоторые из самых красивых исторических дворцов. Примерно пять лет назад в СМИ появились сообщения о том, что Конгрегация пропаганды, возможно, сдает эту недвижимость в аренду итальянским политикам, журналистам и бизнесменам. Бертоне рассказал мне, что за свой флагманский магазин, расположенный на Via del Babuino в одном из самых престижных районов Рима, дизайнер Валентино платит гораздо меньше ее рыночной цены. (Представитель модного дома Valentino сообщил, что арендная плата этого магазина соответствует рыночной цене и что эта компания никогда не имела никаких привилегий.)

В своей статье, опубликованной в англоязычном издании Catholic Herald, кардинал Пелл вспоминал, как один его британский знакомый однажды спросил его, как Ватикану удалось продержаться так долго при таких неформальных практиках ведения бухгалтерского учета. «Я начал с того, что заметил, что именно этот вопрос первым приходит в голову жителям англоязычных стран, — сказал он. — Однако он будет находиться гораздо ниже в списке вопросов у представителей других культур, таких как итальянцы».

Но многим в Ватикане не понравилась такая позиция и идеи. Вскоре после публикации статьи Пелла L’Espresso напечатал разоблачительную статью о его расходах. Эта статья была основана на ряде документов и чеков, которые, очевидно, были переданы журналу одним из чиновников Ватикана, стремящихся сместить Пелла.

В статье говорилось, что Пелл и Кейси потратили более 500 тысяч евро на административные нужды в течение всего нескольких месяцев. Кейси получает зарплату в размере 15 тысяч евро в месяц — это колоссальная сумма для сотрудника институтов Ватикана. А Пелл вписал затраты на церковное облачение — несколько тысяч евро — в графу расходов. Пелл и Кейси часто летали бизнес-классом и угощали своих деловых консультантов шампанским. Все это кажется вполне естественным для мира бизнеса, но при этом никак не вписывается в рамки принципов скромности и простоты, исповедуемых Франциском.
Еженедельная аудиенция Папы Франциска на площади Святого Петра в Ватикане

Хотя Франциск решительно выступает против более жестких форм свободного капитализма, в управлении финансами Ватикана он опирается на крупные компании капиталистического мира — McKinsey, Deloitte Consulting, EY и другие. Он предоставил гораздо больше полномочий профессионалам из мирян и сократил круг административных обязанностей кардиналов, которые не имеют специальной подготовки. Новая команда попыталась внедрить так называемый принцип «четырех глаз», согласно которому все серьезные решения в области финансов должны рассматриваться и приниматься двумя чиновниками или профессионалами, чтобы избавиться от внутренней системы своеобразных вотчин, которая до недавнего времени была нормой для Ватикана — когда один кардинал отвечает за недвижимость стоимостью в несколько миллиардов долларов, другой отвечает за многомиллиардную больничную систему.

Существуют свидетельства того, что Франциск и его команда все же оказали некоторое влияние. В последние два года понтификата Бенедикта Управление финансовой информации сообщило только о семи случаях «подозрительной деятельности». В 2013 году, в первый год понтификата Франциска, таких докладов оказалось 202, а в 2014 году — 147. Итальянская полиция, ведущая расследование фактов коррупции в Милане прослушала разговор одного политика (позже признанного виновным во взяточничестве), который жаловался на новую атмосферу в Ватикане. «В Ватикане больше нет защиты, потому что новый Папа... не заботится об итальянском мире, а среди кардиналов не осталось никого, кто бы мог обеспечить протекцию».

Главная цель Секретариата по экономическим вопросам заключается в том, чтобы приносить больше доходов. «Мы должны заработать больше денег при помощи наших активов, чтобы принести больше добра», — объяснил Кейси. Банк Ватикана, один из главных источников доходов, имеет всего около 6 миллиардов долларов а активах и вкладах, а стоимость недвижимости, принадлежащей Католической церкви по всему миру, оценивается в 2 триллиона долларов — это примерный размер ВВП России, Индии или Бразилии.

Некоторые реформаторы призывают к созданию головной организационной структуры — Управления активами Ватикана — которая возьмет на себя управление финансовыми активами города-государства Ватикан и его различных институтов, а также его недвижимостью. Банк Ватикана также предложил создать инвестиционный фонд, который должен быть зарегистрирован в Люксембурге и который может стать привлекательным инструментом инвестирования для владельцев счетов в Институте религиозных дел.

По словам Пьеро Скьявацци (Piero Schiavazzi), журналиста, который много писал о Ватикане, «внутри Ватикана ведется борьба между более капиталистически ориентированными деятелями, такими как кардинал Пелл, и теми, кто стремится к иному. Первая группа выступает за то, чтобы работать в рамках капиталистической системы и зарабатывать как можно больше денег, чтобы, в конечном итоге, делать больше добра. Другая группа — вероятно, Франциск разделяет их точку зрения — считает, что Ватикан должен использовать свои деньги, чтобы изменить всю систему, чтобы напрямую инвестировать в бедные страны, меняя, таким образом, их структуры». В июле папа призвал к созданию нового экономического порядка, в центре которого должны быть бедные люди: «Давайте не будем бояться это сказать: мы хотим перемен, настоящих перемен, структурных перемен». Он также осудил систему, которая внушила идею ценности «заработка любой ценой, без оглядки на проблемы социальной незащищенности и уничтожения природы». Критика воинствующего капитализма содержится в его новой энциклике «Laudato Si’», в которой он настаивает на необходимости снизить темпы потепления климата: «Я решительно призываю к новому диалогу о том, как мы формируем будущее нашей планеты... Изменение климата — это глобальная проблема, влекущая за собой серьезные последствия — в природоохранной, социальной, экономической и политической сферах, а также в сфере распределения благ».

Коалиция, которая избрала Франциска при мощной поддержке консервативных американских кардиналов, вполне возможно, испытает некоторое недовольство осенью этого года. В сентябре папа Франциск отправится в США на Всемирный конгресс семей, предваряющий Синод по вопросам семьи, чья следующая сессия состоится в октябре. На прошлогодней встрече прогрессивные деятели из числа епископов и кардиналов, а также мирян попытались внести изменения, которые сделают Церковь более терпимой по отношению к парам, живущим вместе вне брака, разведенным католикам, которые повторно вступили в брак, и гомосексуалистам. В этом году папе предстоит решать эти крайне сложные с точки зрения христианской доктрины вопросы.

За первые два года своего понтификата благодаря своей сдержанности, умеренности и объединяющей риторике Франциск умело создал впечатление гораздо более открытой и терпимой Церкви, не изменив при этом церковную доктрину. На прошлой неделе он объявил о том, что католики, сделавшие аборт, могут получить прощение за свой грех, если они раскаются в нем в этом особом юбилейном году. Прежде аборт был таким грехом, который влек за собой немедленное отлучение от церкви. Однако Франциск основывается на уже существующем прецеденте: Ватикан уже разрешал епископам освобождать людей от наказания в особых случаях.

Иногда Франциск уклоняется от решения серьезных вопросов, попросту меняя тему и указывая на то, что главная миссия христианства заключается в любви, милосердии, благотворительности и заботе о бедняках. «Мы не можем концентрироваться только на вопросах, связанных с абортами, однополыми браками и использованием средств контрацепции», — сказал он в интервью Civiltà Cattolica. Даже решив провести синод по вопросам семьи, он благоразумно указал на существующие прецеденты: Иоанн Павел II провел синод по вопросам семьи в 1980 году, хотя тот синод носил несколько иной характер. «Большинство епископов в своих выступлениях потратили огромное количество времени на цитирование высказываний Папы Иоанна Павла II ему самому», — недавно отметил отец Томас Риз (Thomas Reese), иезуитский священник и аналитик, специализирующийся на Ватикане. Единственным исключением стал президент Конференции католических епископов США архиепископ Сан-Франциско Джон Квинн (John R. Quinn), который предложил начать диалог о возможных исключениях из запрета на использование средств контрацепции. «На него обрушилась мощная волна негативной реакции, — продолжил Риз. — Многие ощутили, что влияние Квинна в Церкви после этого синода резко уменьшилось».

Иоанн Павел II, обеспокоенный тем, что многие американские католики были не согласны с Церковью в вопросах сексуальной морали, постарался назначить таких епископов, которые следовали традиционной линии в вопросах нравственности и сексуальных отношений. Поэтому оказалось, что, хотя американские католики являются одними из самых либерально настроенных в мире, некоторые епископы, представляющие их, вероятнее всего, выступят против большинства реформ. Франциск очень постарался не принимать чью-либо сторону в подобных дебатах, однако он выдал свою точку зрения, указав на то, что принадлежность к Церкви — «это не награда для безупречных, а лекарство для больных».

До начала прошлогоднего синода по вопросам семьи Франциск разослал в приходы анкету, содержащую вопросы, касающиеся в том числе контрацепции и разводов. Пропасть между доктриной Церкви и верованиями и поведением верующих католиков стала опасно огромной. В последние несколько десятилетий в Америке Церковь стала терять свои позиции. Около 32 миллионов американцев, воспитанных в католической вере, покинули Церковь — и во многом из-за того, что ее иерархия осталась глуха к повседневным нуждам и тревогам обычных людей.

На Синоде, в ходе дискуссий по вопросам о разводе, сожительстве и гомосексуализме, прогрессивные деятели предложили концепцию «постепенности», в рамках которой грешники должны последовательно двигаться по направлению к истине. К примеру, пары, которые живут вне брака, нужно подталкивать к вступлению в брак, а не осуждать. «Все эти ситуации требуют конструктивного ответа, способного превратить проблему в возможность, ведущую к фактическому браку и семье в соответствии с учение Евангелия», —- говорится в предварительном отчете, где также указывается на то, что гомосексуалисты порой обладают «талантами и качествами», которые необходимо признавать и ценить. Как во время синода объяснил один из прогрессивных деятелей, немецкий кардинал Райнхард Маркс (Reinhard Marx), «возьмем, к примеру, двух гомосексуалистов, которые живут вместе в течение 35 лет и заботятся друг о друге даже на пороге смерти. Разве можно утверждать, что это не имеет никакой ценности?» Что касается разведенных католиков, которые повторно вступили в брак и хотят вернуться в лоно Церкви, сторонники концепции «постепенности» склонны утверждать, что эти люди согрешили, раскаялись и пытаются во втором браке выполнить все свои семейные обязательства.

На синоде кардинал Реймонд Берк (Raymond Burke), бывший архиепископ Сент-Луиса, занимавший пост главы верховного суда Ватикана, решительно осудил устремления реформаторов. Однажды Берк уже заявлял, что он откажет в Причастии кандидату в президенты от Демократической партии Джону Керри из-за убежденности Керри в том, что женщина имеет право на аборт. После синода он косвенно подверг критике Франциска, сказав, что Папа сеет «смятение» и что Церковь стала «кораблем без рулевого». После этого Папа перевел его на менее значительную должность.

Консервативные католические сайты предупреждают об опасностях «католицизма-lite». Когда организаторы синода опубликовали промежуточные итоги, в которых содержалось множество утверждений прогрессивного лагеря, состоялся небольшой бунт, поскольку сторонники традиций посчитали, что составители предварительного документа провели своего рода государственный переворот, не отразив в достаточной мере точки зрения всех епископов. В следующем варианте документа, одобренном епископами, некоторые из наиболее противоречивых пунктов подверглись изменениям или были вовсе удалены. Абзац о «талантах и качествах» гомосексуалистов исчез. Когда был опубликован окончательный вариант отчета о ходе синода, в нем было указано, сколько епископов голосовало за и против каждого пункта. Спорные пункты (об однополых браках и повторном вступлении в брак разведенных католиков) стали теми пунктами, по которым епископам не удалось достичь большинства в две трети голосов, необходимого для когсенсуса.

Независимо от исхода дебатов, в конечном итоге именно Папа решает, каким должно быть содержание финального документа синода. «Церковь — это община, а не демократия», — сказал монсеньор Винченцо Палья (Vincenzo Paglia) , глава Папского совета по делам семьи. Тем не менее, Церковь предпочитает заручаться поддержкой подавляющего большинства, чтобы избежать расколов. Франциск приложил массу усилий, чтобы менять консенсус внутри Церкви, а не навязать изменения сверху.

«Есть нечто иезуитское в том, как он говорит или делает что-то такое, что продвигает дискуссию гораздо дальше, чем он на самом деле намеревается пойти, — сказал Андреа Гальярдуччи (Andrea Gagliarducci), католический журналист и сторонник традиционализма, который часто пишет чрезвычайно критические статьи о Франциске. — И это толкает всех гораздо дальше, чем они намереваются пойти».

К примеру, в вопросе о верующих гомосексуалистах даже кардинал Бертоне согласен с тем, что Церковь должна сделать все возможное, чтобы создать для них более благоприятную атмосферу. По его словам, Папа Бенедикт, еще будучи кардиналом, ясно дал понять, что Церковь выступает против любых попыток унизить гомосексуалистов или подвергнуть их дискриминации. Бертоне ушел от ответа на вопрос о различиях в понимании гомосексуальности между кардиналом Рацингером, который видел в ней «внутреннее нравственное зло», и Франциском, который придерживался позиции «кто я такой, чтобы судить». Но даже с учетом этого смягчение позиций Бертоне в вопросе гомосексуализма свидетельствует о том, что Франциску удалось изменить ход дискуссий внутри Церкви. Удивительная черта католицизма заключается в том, что он продолжает меняться, настаивая на том, что он не менялся никогда. В 1845 году кардинал Ньюман (который позже выступил против декларации о непогрешимости папы на Первом ватиканском соборе) написал, что, хотя на Небесах не бывает изменений, «здесь внизу, чтобы жить нужно меняться, а чтобы оставаться безупречным, нужно меняться часто».

Я размышлял об этой постоянно меняющейся и не меняющейся никогда Церкви во время своей встречи с престарелым кардиналом в его роскошных апартаментах у стен Ватикана. Когда я позвонил в дверной звонок, меня встретил невзрачный старик, которому было уже за 80. При входе висел его портрет в полный рост и в натуральную величину. Пройдя несколько метров по коридору, я увидел еще один его портрет.

Он проводил меня в гостиную, где висело еще по крайней мере семь его портретов, на некоторых из которых он был изображен в полный рост и в натуральную величину. Стены в главном коридоре были увешаны фотографиями множества мировых лидеров, с которым кардинал встречался — на некоторых из них он стоял рядом с этими лидерами, другие были подписаны специально для него. Мне показалось, он не осознает, что жесткая критика, с которой Франциск выступил против кардиналов на Рождество в прошлом году — высказывания о нарциссической и тщеславной натуре Римской курии — возможно, имеет к нему непосредственное отношение. Он придерживается официальной позиции Ватикана: понтификат Франциска — это не революция, а дальнейшее развитие наследия его предшественников. По его словам, все разногласия сводятся в основном к личным предпочтениям и акцентам, и уходят своими корнями в тот факт, что Франциск прибыл из Латинской Америки. «Все папы разные, — сказал он. — Каждый новый папа является отражением своего времени и правильным папой для конкретного периода. Поэтому Церковь адаптируется. В этом и заключается секрет ее выживания на протяжении 2 тысячелетий — с помощью Святого Духа».

Оригинал публикации: Holy Orders
Опубликовано: 11/09/2015 11:32

Читать далее: http://inosmi.ru/world/20150911/2302213 … z3lR52DJ2B
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook

+1

2

Ортега — кардинал секретных переговоров ("Pagina 12", Аргентина)
Мартин Грановский (Martín Granovsky)

22/09/2015

Нашему изданию посчастливилось получить доступ к конфиденциальной информации, касающейся участия кубинского кардинала Хайме Лукаса Ортега-и-Аламино (Jaime Lucas Ortega y Alamino) в переговорах по нормализации отношений между Кубой и США. Какие аргументы использовал папа Франциск в разговоре с Обамой, чтобы сподвигнуть его на этот шаг? Почему кубинская церковь так заботится о Рауле Кастро?

Святейший отец предложил Обаме пойти на нормализацию отношений с Кубой, так как в этом случае увеличивался шанс на победу демократической партии на предстоящих в 2016 году президентских выборах. Издание располагает свидетельствами ряда латиноамериканских дипломатов, которые подтверждают, что папа Франциск проявлял большую заинтересованность в нормализации отношений Кубы с США. Ранее Кубу посещали в 1998 году Иоанн Павел II и Бенедикт XVI в 2012 году, однако нынешний визит папы Римского впервые проходит в условиях снижения напряженности в отношениях между Гаваной и Вашингтоном.

Кубинский кардинал тесно сотрудничал с Франциском во ходе секретных переговоров между представителями Кубы и США. Хайме Лукас Ортега-и-Аламино родился 18 октября 1936 на Кубе, в этом же году, 17 декабря в Аргентине появился на свет и будущий святейший отец.

Кардинал и архиепископ Гаваны Ортега сыграл центральную роль в организации приезда Папы на Кубу, а также в сближение Рауля Кастро и Барака Обамы. Как заявили изданию высокопоставленные латиноамериканские дипломаты, накануне приезда папы в Гавану кубинский кардинал заявил: " У Обамы и Рауля много врагов, поэтому мы должны позаботиться о них обоих«.
Не каждый сановник католической церкви осмелится на публике сделать столь смелое заявление.

Как нам рассказали на условиях анонимности люди близкие к окружению кубинского кардинала люди, Ортега всегда подчеркивал, что между папой Франциском и Обамой установились доверительные отношения во время их первой встречи в Риме в 2014 году. Именно после этой встречи папа стал настаивать на необходимости прямого разговора между Раулем Кастро и Обамой.

Ортега считает, что крутой поворот в отношениях двух стран произошел после телефонного разговора Кастро и Обамой. Все это проходило в обстановке строжайшей секретности. Об этом ничего не знали ни в госдепе США, ни в МИД Кубы. О секретных переговорах стало известно на Саммите Америк в Панаме, когда впервые к участию в саммите была приглашена Куба.

Считает ли кардинал Ортега процесс нормализации отношений с США необратимым?

Наверное, стоит напомнить еще раз его высказывание: «У Обамы и Рауля много врагов, поэтому мы должны позаботиться о них обоих. Лидеры двух стран прекрасно знают, что перед тем как уйти с политической арены им предстоит еще много чего сделать».

Когда Ортега говорит о проблемах Рауля Кастро, то главная из них заключается в излишней «идеологизации» кубинского общества, доставшееся ей в наследство от СССР, и жесткой системы управления. Кубинский кардинал неоднократно заявлял о чрезмерном влиянии Коммунистической партии Кубы на общество, о тотальном контроле за СМИ.

Ортега привел один пример. Журналист Амауру Перес (Amaury Pérez) впервые за последние 60 лет взял у него интервью для кубинского телевидения. Вместо запланированных 30 минут оно продолжалось более часа. Руководство телеканала потребовала сократить его до отведенного времени. Потребовалось вмешательство Рауля Кастро, чтобы показать интервью полностью.

Задача церкви на Кубе заключается в том, чтобы привлечь на свою сторону как можно больше прихожан, в первую очередь, молодежь, а также иметь собственные средства для гуманитарной помощи. Из-за экономической блокады США возможность получения пожертвований в долларах из-за рубежа ограничена.

Так, например, пожертвования от католического движения Рыцари Колумба, Мальтийского ордера, ирландских религиозных групп пришлось нелегально доставлять на Кубу в чемодане одного их священников. В Гаване у него не было никаких проблем.

Ни Обама, ни Кастро не будут переизбираться на новый срок. Неизвестно, кто придет на смену Обаме. Пока фаворитом предвыборной кампании остается Хиллари Клинтон. Но мы точно знаем, что следующим кубинским лидером будет не Кастро. Наверное, ради того, чтобы остаться в истории, они пошли на нормализацию отношений между странами.

После окончания тайных переговоров лидеров двух стран инициатива перешла в руки госсекретаря Джона Керри, который воспринял эту идею с энтузиазмом. Следует отметить, что большую роль в урегулировании отношений с Кубой сыграли также два высокопоставленных американца, имеющие латиноамериканские корни. Это сотрудник Совета национальной безопасности США. гондурасец Рикардо Сунига (Ricardo Zuñiga) и сотрудник администрации Белого дома, чилиец Артуро Валенсуэла (Arturo Valenzuela).

Ортега и католическая церковь во многом способствовали освобождению политзаключенных на Кубе, что облегчило задачу Обамы в Вашингтоне. Ортега показал себя достойным переговорщиком. Он не зацикливается на проблемах, а пытается устранить препятствия.

Экономическая блокада США никому не идет на пользу.

Для Соединенных Штатов самой большой проблемой является ситуация с соблюдением прав человека на Кубе. Для Кубы главная проблема — американская военная база в Гуантанамо, которая находится на ее территории с XX века. Но ни права человека, ни американская военная база не могут затормозить наметившиеся положительные тенденции в отношениях Кубы и США.

Церковь полагает, что ни эквадорский президент Рафаэль Корреа, ни Сообщество стран Латинской Америки и Карибского бассейна (CELAC) не должны вмешиваться в один их самых сложных вопросов — возвращение Гуантанамо кубинскому правительству. Рауль Кастро полагает, что возвращение Кубе Гуантанамо — это длительный процесс, и сейчас не время заострять внимание на этой проблеме, так как это только может помешать нормализации двусторонних отношений.

Американцы и кубинцы настолько ревностно относятся к будущей судьбе Гуантанамо, что предпочитают не затрагивать этот вопрос на переговорах, дабы не помещать налаживанию доверительных отношений. Следует напомнить, что раз в месяц кубинские и американские военные встречаются для обсуждения назревших проблем. Благодаря такому подходу удалось продвинуться в вопросах использования воздушного и морского пространства Кубы воздушными и морскими судами США. Кроме того, на регулярной основе проводятся совместные учения вооруженных сил Кубы и США по ликвидации последствий стихийных бедствий.

Возможно, что даже антикоммунистически и антисоветски настроенный Папа Иоанн Павел II, чтобы не ссориться с Латинской Америкой, предпочел приехать на Кубу. Визит польского папы на Кубу состоялся в 1998 году, где он отслужил мессу на площади Революции.

Ортега рассказывал, что во время посещения Кубы Иоанн Павел II спросил кубинских священников: " Что знают кубинцы о демократии?" Ему рассказали историю Кубы, в частности, о том, что после долгой войны за независимость от Испании, унесшей тысячи жизни, в 1898 году на остров пришли американцы и взяли все под свой контроль. Именно с этого момента диктаторские кубинские правительства полностью становятся зависимыми от Вашингтона.

Услышав все это, папа римский сказал: " Как показывает история, вы должны двигаться в сторону демократии очень медленно«.

Ни католическая церковь, ни Коммунистическая партия Кубы не хотят повторить судьбу СССР, который развалился на фоне беспорядка и хаоса. Поэтому церковь и кубинское руководство постоянно общаются лично или по телефону.

Однажды Рауль Кастро спросил епископов, какие проблемы надо решить в первую очередь. Ортега назвал три главных задачи: освобождение политзаключенных, проведение экономических реформ, улучшение отношений с США.

Как видим, планы церкви и Рауля Кастро совпадают. Сейчас кубинцы получили возможность свободно выезжать за рубеж, самовыражаться. Церковное восприятие нынешней ситуации в стране заключается в том, что кубинцы хотят экономических реформ, чтобы иметь возможность улучшить свою жизнь. У Рауля Кастро — такие же устремления, он предоставляет возможность людям заниматься предпринимательством, создавать кооперативы.

Ортега выглядел ошеломленным после того. как пять членов движения «Дамы в белом» захватили церковь в Пинар-дель-Рио, требуя освобождения политзаключенных. Группа поддержки тут же связались с радио- и телевизионными станциями в Майами. Реакция Ортеги была жесткой. Он заявил: «Всего несколько женщин, но в них есть все».

Оригинал публикации: Ortega, el cardenal de las negociaciones secretas
Опубликовано: 22/09/2015 08:15

http://inosmi.ru/world/20150922/230400140.html

+1

3

Секс и Ватикан ("Slate.fr", Франция)
Анри Тенк (Henri Tincq)

18/10/2015

Католические либералы и консерваторы ведут жаркие споры по вопросам разводов, повторных браков и однополых пар. Принимать решение будет папа Франциск, однако вряд ли стоит ждать от него перемен, потому что традиционная «христианская семья» уходит корнями в древнейшие основы Евангелия и истории.

В Ватикане недавно открылся и будет проходить до 25 октября синод (то есть съезд более 300 кардиналов и епископов со всего мира, а также некатолических экспертов и наблюдателей) по вопросам будущего семьи. Тема не из простых. Она касается всего учения церкви (зачастую его неправильно понимают и критикуют) по сексуальной жизни и браку. Поэтому она интересует всех тех (философов, политиков, верующих и неверующих), кто задумывается о воздействующих на «традиционную» семью преобразованиях, испытывает радость или беспокойство при виде явлений вроде роста числа разводов и однополых браков.   

В октябре прошлого года первая встреча такого рода уже отразила существующий в церкви глубокий раскол между сторонниками линии на смягчение традиционного мнения церкви о сексе и супружеской жизни и защитниками жесткой вековой доктрины защиты традиционной семьи (она представляется крепостью, которую осаждают разрушительные тенденции современной жизни). Сейчас же споры возобновляются, а папе Франциску придется рассудить два лагеря.

Как все могли убедиться, с момента избрания 2,5 года назад папа-иезуит в отличие от своих предшественников крайне мало говорил о давних церковных «запретах» в области сексуальной и супружеской жизни (недопустимость разводов, искусственной контрацепции, абортов, эвтаназии и т.д.). В то же время в его словах и действиях всегда отводилась немалая роль христианскому милосердию, в связи с чем он с пониманием говорил о гомосексуалистах («Кто я такой, чтобы судить?») и вынужденных сделать аборт женщинах. По его мнению, главнейшая задача церкви — принять всех людей, особенно тех, по кому ударила жизнь. Ее цель не только в том, чтобы вернуть всех разочаровавшихся в ней из-за ее консерватизма и негибкости, но и обратиться к «периферии» общества и нравственности. Несколько дней назад папа с успехом вновь повторил это в американском Конгрессе и с трибуны ООН. 

Ни у кого и в мыслях нет, что этот человек, несмотря на огромную популярность своих либеральных позиций по всему миру, откажется от основ церковной доктрины по сексуальной жизни, браку, семье и защите жизни. Революции тут ждать не стоит. Тем не менее, в синоде и консервативных католических кругах бытуют опасения, что папа Франциск в силу своей близости к аргентинским беднякам и принадлежности к иезуитам пойдет на смягчение столь древних и священных принципов как неприятие любых связей с гомосексуалистами и недоступность церковных обрядов для тех, кто женился в церкви, но затем развелся и заключил второй брак. Дело в том, что разведенные не просто нарушают принцип нерушимости брака, но и, заключив его снова, нарушают священное таинство, которое раз и навсегда даруется Богом.

1. Смягчение позиции по разведенным

Смягчение линии церкви по отношению к разведенным (а их число в католической среде растет пропорционально увеличению показателей разводов в целом) является одним из основных вопросов нынешнего синода. Наиболее прогрессивные течения (в первую очередь из Германии) предлагают допускать их к причастию, принимая решения по каждому конкретному случаю. Поговаривают, что папа Франциск склоняется к такому варианту. Тем не менее, с этим категорически не согласны консерваторы, которые опасаются, что подобное смягчение запретов по «пасторским» соображениям (снисхождение, понимание) может в перспективе стать ударом по нерушимости брака и сделать развод еще более обычным делом, в том числе и в христианских кругах. 

В этом-то и заключается главный острый момент октябрьского синода по семье. Речь идет о риске обвала всего церковного учения о браке и семье, о чем без конца твердят папе многие кардиналы. В этом их поддерживают консервативно настроенные епископы из США, Польши и в первую очередь Африки, где церковь с давних времен пытается утвердить понятия брака и христианской верности (для многих обществ там традиционна полигамия).

Одним из самых непримиримых противников любых перемен стал гвинейский кардинал и член Римской курии Роберт Сара. Несколько дней назад он вновь обрушился с резкой критикой «релятивистской идеологии, которая сейчас распространяется по всем нашим обществам. Это происходит посредством политической и законодательной властей, которые принимают разрушающие семью и брак законы и спекулируют на человеческой жизни. Посредством финансовой власти, где выделение необходимых для развития средств обусловливается принятием направленных против семьи и жизни решений. Наконец, посредством власти СМИ». По его словам, если церковь изменит позицию по браку, «это не только подорвет дело ее служения семье, но и будет означать противоречие с Евангелием!»

2. Взгляд Евангелия на расторжение брака

Суть всех споров в том, может ли и должна ли церковь менять позицию в условиях перемен нравов и семьи, революции статуса женщины. Она долгое время стремилась контролировать эти изменения (по крайней мере, в христианской Европе), однако сегодня у нее нет на них практически никакого влияния. При этом реальное положение дел все больше отдаляется от ее учения. Таким образом, постоянный пересмотр понятия традиционного брака стал для нее центральным вопросом для будущего общества и всего человечества. 

Как к этому относиться? Общественный конформизм и интеллектуальная лень могли бы нарисовать картину упрямой консервативной организации, которая не может смириться с потерей рыночной доли и прошлого влияния в вопросах семьи и нравов. Тем не менее, можно со всем основанием отметить, что жесткость нынешней позиции церкви по семье представляет собой героическую и отчаянную реакцию на вездесущий «пессимизм». Можно предположить, что ее защита нерушимости семьи является формой сопротивления упадку семейных ценностей, увеличению числа разводов и крушению семейной среды, которое зачастую больно ударяет по детям. Разве такая рьяная защита католическим духовенством антропологии любви, брака и семьи не может рассматриваться как условие выживания? 

Это важнейший вопрос. Учение католической церкви опирается на Евангелие, которое было составлено в I и совершенно однозначно говорит о природе любовных и супружеских связей. Из него следует, что в историчности слов Иисуса с осуждением развода нет ни малейших сомнений. Свидетельств тому множество. «Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Евангелие от Марка, 10:9). В ответ на скепсис учеников, Иисус подчеркнул: «Кто разведется с женою своею и женится на другой, тот прелюбодействует от нее» (Евангелие от Марка, 10:10).

В тот момент в иудейской (и всей восточной) традиции допускался развод с женой, в связи с чем такие слова Иисуса стали радикальным новшеством. Первый христианский миссионер апостол Павел неоднократно подчеркивал это в первом послании к коринфянам: «А вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем, —  если же разведется, то должна оставаться безбрачною, или примириться с мужем своим, — и мужу не оставлять жены своей».

Таким образом, церковная доктрина о разводе и повторном браке опирается на слова ее основателя и священное писание, что, на первый взгляд, делает ее совершенно незыблемой, а борьбу сторонников смягчения — заранее обреченной. Тем не менее, недавно в свет вышли две книги, в которых можно почерпнуть весьма полезные сведения по этим вопросам. Первая — это «Иисус и развод» всемирно известного американского экзегета Джона Пола Мейера. В ней он проводит научный анализ различных формулировок запрета развода в Евангелии и приходит к выводу, что интерпретировать все можно по-разному, так как Иисус открыто не поднимал вопрос повторного брака из-за жарких споров, которые тогда породило его «удивительное» учение о разводе (окончательно утвердиться ему удалось лишь в конце I века).

Другой историк и экзегет, француз Андре Поль недавно выпустил нашумевшую книгу с названием «Христианской семьи не существует». Он напоминает, что  осуждение развода во времена Христа было глубоко новаторским шагом, и что запрет на повторный брак был «самым надежным средством защитить супругу». Однако он поднимает следующий вопрос: «Зачем нужно сохранять такую защиту женского достоинства в обществе, где права женщин уже стали повсеместно признанным достижением?» Андре Поль привлекает внимание к «цензуре» церкви по поводу упоминавшегося в Евангелии от Матфея разрешения на развод и повторных брак в случае супружеской неверности, проституции или другого серьезного нарушения брака. Ожесточенные споры шли вплоть до Тридентского собора (стал отправной точной Контрреформации) в XVI веке, где была подтверждена доктрина нерушимости брака. Остается она в силе и по сей день.         

3. Секс ради удовольствия грешен

Иначе говоря, неприспособленность церковной риторики к переменам в современных парах уходит корнями в далекое прошлое. Следует помнить, что христианство отошло от родоначальной иудейской культуры, для которой плотские радости и плодовитость были признаками божественного благословления. Оно идеализировало целибат (в отличие от раввинов тех времен Иисус не женился), девственность (Мария так и осталась девственницей после рождения Иисуса) и воздержание. Первые греческие и латинские христианские философы (их называют отцами церкви) представляли девственность и воздержание как средства, которые стоят выше брака для удовлетворения жизненных требований по Иисусу Христу.

Христианский супружеский пессимизм уходит корнями в учение греческого философа Платона (он считал тело тюрьмой) и неприятие стоиками всех тревожащих тело и душу страстей. Уже упомянутый Андре Поль отмечает огромное влияние на зарождавшуюся церковь со стороны еврейского философа Филона и одного из самых знаменитых отцов церкви Клемента Александрийского, которые были категорически против плотской любви и любых сексуальных связей помимо зачатия. Клемент говорил, что стремление доставить удовольствие партнерше равнозначно измене, отношению к ней как к проститутке. Он осуждал любые супружеские связи вне детородного периода женщины и считал оргазм «неисправимым злом», «маленькой эпилепсией», как в прошлом уже говорил философ Демокрит. 

Таким образом, искать сексуальную связь ради плотских утех — это грех. Зачатие детей служило оправданием для секса, однако в христианстве надолго укрепилась мысль о том, что чем сильнее контроль над плотскими страстями, тем сильнее духовная любовь. Подобная демонизация сексуальной жизни находит отражение и в христианской теологии. Со Средних веков всемогущая церковь установила средства контроля за нравами и социальными нормами. В ее заслуги, безусловно, стоит отнести добровольное согласие. Она превратила христианский брак в удел двух людей, что было несомненным прогрессом во времена договорных свадеб. Тем не менее она постепенно влезла в супружескую постель, навязала кодификацию сексуальных и брачных связей, стала жестоко карать измену, инцест и разводы, устроила охоту на сожительства и прочие тайные союзы, заставила священников дать обет безбрачия.

Самое удивительное в том, что такая риторика сохранилась на протяжении веков. Еще в ХХ веке папа Пий XI в энциклике Casti Connubii («О целомудренности брака») 1930 года называл брачный союз «лекарством от похоти». Чуть позднее, в 1992 году в катехизисе Католической церкви, который был составлен Йозефом Ратцингером (будущий Бенедикт XVI) и одобрен Иоанном-Павлом II, подчеркивалось, что деторождение является главной целью брака. Да, с течением лет в позиции церкви произошли изменения, и теперь она допускает плотскую связь даже в период, когда о зачатии детей говорить не приходится. Но, как говорит Джон Пол Мейер, разве можно утверждать, что ее учение о браке и сексе подходит для «постхристианского и постмодернистского менталитета XXI века»? Именно таким вопросом задается собравшаяся на синод в Ватикане церковь папы Франциска. Ответ едва ли получится найти быстро и легко…

Оригинал публикации: Faut-il s’attendre à du changement au synode du Vatican sur la famille?
Опубликовано: 11/10/2015

http://inosmi.ru/world/20151018/230886664.html

+1

4

Konstantinys2 написал(а):

множество «болезней» Курии: ее «патологическое стремление к власти», «соперничество и тщеславие», «сплетни, ропот и злословие», ее «обожествление глав религиозных общин», ее «карьеризм и оппортунизм».

Это нормально среди честолюбивого народа.)))

Отличные материалы))) :cool:

0

5

Папа Франциск начал войну с Ватиканом: его победа угрожает расколом Католической церкви ("The Spectator", Великобритания)
Дамиан Томпсон (Damian Thompson)

20/10/2015

17 октября Папа Франциск выступил с обращением к участникам Синода епископов по делам семьи, в котором он подтвердил свои планы по децентрализации Церкви — в том числе решение предоставить конференциям епископов больше свободы в выработке решений в случае с разведенными людьми и гомосексуалистами.

Это стало ночным кошмаром консервативных католических кардиналов, в том числе — что неудивительно — кардиналов Ватикана. Они полагали, что у них есть большинство голосов, которого будет достаточно, чтобы предотвратить снятие запрета на причастие для разведенных и повторно вступивших в брак людей, а также смягчение отношения Церкви к однополым парам.

Однако в своем вчерашнем обращении к Синоду, который на этой неделе завершает свою работу, Франциск сообщил его участникам, что децентрализация будет проводиться сверху.

Намеренно называя себя «епископом Рима», чтобы подчеркнуть свою солидарность с епископами со всего мира (в противовес Римской курии, то есть Ватикану), Франциск воспользовался властью Верховного понтифика, чтобы взять верх над простыми кардиналами. «Кульминацией синодального пути является обращение епископа Рима, призванного высказать свое авторитетное мнение как Пастора и Учителя всех христиан», — сказал он. Это формулировка более авторитарного лидера по сравнению с Папой Бенедиктом XVI. Это значит: здесь решения принимаю я. Это вы должны слушать меня, а не наоборот.

Одно его заявление особенно напугало консерваторов. Франциск сказал, что «чувство веры мешает четкому разграничению между Церковью, которая учит, и Церковью, которая учится, потому что у паствы есть свое собственное „чутье“, с помощью которого она распознает новые пути, которые открывает Господь для Церкви». Что это значит? Чтобы узнать это, нам придется подождать, пока Папа даст свой окончательный ответ Синоду в следующем году.

Это настолько значительная перемена, что она заслуживает чрезвычайно тщательного анализа, который нужно будет провести после окончания Синода. Я хотел сказать, после того как уляжется пыль, однако, с моей точки зрения, в ближайшем будущем пыль не уляжется — по крайней мере, до окончания следующего конклава, которого большинство консервативных католиков уже ждут с нетерпением.

Существует несколько причин, по которым, с моей точки зрения, Франциск не сможет реализовать свои планы по децентрализации Церкви.

1. На этом Синоде свою силу решила продемонстрировать африканская церковь. А она чрезвычайно консервативна. Гвинейский кардинал Роберт Сара (Robert Sarah) заявил, что гомосексуальное лобби стало такой же угрозой для христианства, как и ИГИЛ. Сара является Префектом Конгрегации Божественной литургии, то есть высокопоставленным куриальным кардиналом. Однако своим выступлением он хотел дать всем понять, что он говорит от лица почти 200 миллионов католиков Африки. Действительно ли он представляет их всех, остается неясным, но я сомневаюсь, что кто-либо из них захочет открыто возразить кардиналу в его осуждении гомосексуализма.

Стоит подчеркнуть, что Сара и другие африканские кардиналы не говорят: «Мы ни за что не смиримся с разрешением на причастие для разведенных и повторно вступивших в брак людей — но если нас оставят в покое, западные епархии могут поступать, как им угодно». Они заявляют, что существующие запреты должны распространяться на всю Католическую церковь. Предложение кардинала Каспера разрешить местным епископам (то есть на практике местным священникам, которые в некоторых случаях тоже бывают разведенными) самим решать, могут ли такие прихожане принимать причастие, Сара считает еретическим.

2.Более либерально настроенные участники Синода, понимающие, что Папа Франциск использует свои папские козыри в их интересах, приняли одну из версий плана Каспера — и, возможно, скоро позволят священникам внедрять его на практике. Архиепископ Чикагский Блэз Купич (Blaise Cupich), которого Франциск сделал архиепископом и который скоро станет кардиналом, в пятницу дал пресс-конференцию, в ходе которой о причастии для разведенных и повторно вступивших в брак людях сказал следующее: «[Люди должны] принимать решение с чистой совестью. Совесть неприкосновенна, и мы должны уважать это, когда принимаем решения, и я сам всегда это делаю».

Если под этим он подразумевал, что католики имеют право сами решать «с чистой совестью», можно ли им причащаться, это поссорит его с кардиналом Нью-Йорка Тимоти Доланом (Timothy Dolan), одним из кардиналов, поставивших подпись вместе с высокопоставленными кардиналами Ватикана под письмом, в котором они предупреждают Папу о том, что такой исход Синода приведет к расколу Церкви. Из всех путей к расколу публичные распри по вопросу о святом причастии являются самым быстрым.

3. Многие консервативные католики перестали доверять Папе Франциску, и в ходе процесса подготовки к Синоду, начавшегося в октябре прошлого года, число таких католиков существенно выросло — я считаю, что он совершил серьезную ошибку. Священники и миряне, которым изначально Папа Франциск нравился как человек и которые были уверены в его консерватизме, несмотря на его комментарии в духе «кто я такой, чтобы судить», теперь считают, что он угрожает единству Церкви. Некоторые либералы согласны с тем, что разногласия неизбежны, но при этом они уверены, что в конечном итоге все наладится: африканцы обязательно разделят с ними их гуманное стремление помочь тем католикам, которых суматоха современной жизни заставила отойти от учения церкви в вопросе сексуального поведения. Другими словами, они надеются на чудо. Тем временем, они становятся новыми ультрамонтанистами.

4. Пока остается неясным, что именно Папа имеет в виду, когда он говорит о «синодальности», но она однозначно не включает в себя расширение полномочий Курии. Проигнорировав письма Конгрегации доктрины веры, Конгрегации Божественной литургии и Секретариата по делам экономики, Франциск оттолкнул от себя Ватикан. Возможно, он не уехал в Авиньон, но его отказ жить в папских апартаментах с каждым днем становится все более существенным знаком. Он вступил в борьбу с Ватиканом, а это всегда приносило папам только несчастье.

Кардиналы Мюллер, Сара и Пелл (а также другие кардиналы, которые были слишком взволнованы, чтобы подписывать письмо) считают Курию гарантом учения Церкви и сокровищем веры. Чтобы сберечь это сокровище, Папа Иоанн-Павел II провел централизацию Церкви. Консерваторы считают субботнюю речь Папы Франциска манифестом человека, который хочет развернуть этот процесс вспять — и на более глубоком уровне вытеснить наследие Иоанна-Павла II, которое во многом противоречит программе Франциска.

Таким образом, с их точки зрения, Франциск покушается на величайшего папу современной истории, который был причислен к лику святых и официально признан чудом, произошедшим внутри Церкви. Возможно, он даже пытается изменить саму природу папской власти — да еще и при жизни своего предшественника, который теперь, наверное, задумывается над тем, действительно ли Бог хотел его ухода.

Есть еще многое, что можно было бы сказать о влиянии «революции» Франциска на рост разногласий в рядах мирян и священнослужителей, которые продолжают усиливаться за пределами Церкви и во всем мире. Но об этом в другой раз. Здесь я хотел бы подчеркнуть, что, если Папа хочет привнести масштабные изменения в пасторскую практику и даже в доктрину, существуют гораздо более ловкие способы достичь этого, чем путем проведения катастрофически противоречивого Синода и намеков на то, что он в любом случае намеревается все сделать по-своему.

Оригинал публикации: Pope Francis is now effectively at war with the Vatican. If he wins, the Catholic Church could fall apart
Опубликовано: 18/10/2015 11:39
http://inosmi.ru/world/20151020/230920935.html

+1

6

Кому нужна голова папы Франциска? ("Slate.fr", Франция)
Новый скандал, который разгорелся в Ватикане после утечки компрометирующих документов, ставит под угрозу его политику реформ
Анри Тенк (Henri Tincq)

08/11/2015

На фоне трагедий и конфликтов в современном мире первым порывом было бы просто пожать плечами. Очередной скандал в Ватикане? Так ведь в истории их немало. Со времен пап Борджиа там хватало отравлений, назначений племянников и детей папы, анафем и прочего. Слишком уж людская история организации, которая мнит себя нравственной и духовной, однако наполнена самодовольством и невежеством, корыстью и распутством, что, согласитесь, весьма далеко от смиренного учения Евангелия. Это история пап и антипап, благочестивцев и тиранов, мистиков и бойцов, пророков и мудрецов, мучеников и деспотов.     

Как бы то ни было, с ХХ века церковь стремится дистанцироваться от этого бурного прошлого, дурно пахнущей смеси мирского с духовным. В 1929 году она подписала Латеранские соглашения с Муссолини, по которым отказалась от суверенитета над Римом и Италией, согласившись стать самым маленьким государством в мире (44 гектара). На завершившемся ровно полвека назад втором Ватиканском соборе она признала другие религии, модернизировала методы работы, провела реформы своего статуса и структур. В 2000 году при Иоанне-Павле II она покаялась за злоупотребление властью, множество темных страниц своей истории и в частности гонения евреев и еретиков при инквизиции.

Сейчас никто уже не станет отрицать, что она изменилась, встала на сторону прав человека, мира, свободы и справедливости. Только вот хотя ветер истории меняет направление, люди остаются прежними. Бенедикт XVI с его тихим и мягким характером, выдающийся духовный деятель и теолог, но слабый руководитель, обломал зубы о курию, где, как и в любом человеческом административном органе, царят консерватизм, клановая борьба, бюрократия и привилегии. Его пребывание на посту понтифика (он сам отказался от него в 2013 году, что стало историческим и пророческим жестом) было отмечено скандалами и раздутыми происшествиями. Кража документов, арест мажордома, разоблачения в коррупции и отмывании денег…   

За этим последовал глубокий кризис руководства, который ускорил избрание папы «с другого конца света», далекого от миазмов курии и способного прижечь рану каленым железом, принять смелые решения, провести реформы. Именно на основе этой программы аргентинец Хорхе Марио Бергольо стал папой Франциском в феврале 2013 года. Однако сегодня мы видим новую информационную бурю, которая обрушилась на Ватикан и римскую курю: ее представляют полем всевозможных мафиозных интриг, дворцовых революций и отмывания денег. Жадная до сенсаций пресса, которая обычно игнорирует каждодневные инициативы в пользу социальной и международной справедливости, сейчас плодит слухи, крадет документы и прочее. Иначе говоря, она распространяет «черную легенду» о Ватикане, единственном в своем роде институте, который не является ни тиранической теократией, ни абсолютной монархией, ни представительной демократией, и никогда не подает в суд.   

Конец благодати

Нужно признать, что после двух с половиной лет «благодати» (поразительная популярность по всему миру, реформы церковных финансов, Банка Ватикана и ведомств папской курии, рассмотрение обвинений в педофилии) сегодня папа Франциск подходит к поворотному моменту. Тучи сгущаются. 

В октябре по Риму начали ходить слухи о том, что у него возник рак мозга. А накануне посвященного семье синода польский священник и член курии Кшиштоф Харамса во всеуслышание признал себя гомосексуалистом и рассказал о жизни в однополой паре. Далее, этот же самый синод пролил свет на глубокий раскол по вопросам семейной жизни и сексуальной связи и продемонстрировал случаи весьма некатолического поведения, вроде утечки в прессу конфиденциального письма консервативно настроенных кардиналов, которые в весьма ярких выражениях рекомендуют папе отказаться от смягчения позиции церкви по гомосексуалистам и разведенным.

На фоне такого потока плохих новостей Франциск удивил всех сделанным 14 октября заявлением: «Прошу прощения от имени церкви за недавние скандалы в Ватикане и Риме». Ожидал ли он худшего, то есть повторения того же кошмара, что довелось испытать Бенедикту XVI? Несколько дней спустя, 30 октября, ватиканская жандармерия задержала испанского епископа Лусио Анхеля Вальехо Бальду и мирянку Франческу Чаоуки из Комиссии по мониторингу и стратегии экономико-административной структуры. Первого оставили под стражей, а вторую отпустили. Франческа — известная в Риме своими полемическими «твитами» интриганка и подруга журналиста Джанлуиджи Нуцци, который приложил руку к первым утечкам при Бенедикте XVI. После ареста она говорит о своей невиновности и отрицает, что предала папу.

Священника и сотрудницу Ватикана обвиняют в передаче конфиденциальных документов авторам двух нашумевших книг с разоблачениями о святом престоле. Первая — это «Его Святейшество» Джанлуиджи Нуции, который выпустил ее в 2012 году, а сейчас явно стремится повторить успех с Франциском. Вторая — «Скупость» Эмилияно Фиттипальди, журналиста газеты L’Espresso. Две этих книги доказали на основе утечек из курии то, что и так давно уже было известно: это масштабы сопротивления устроенной Франциском чистке, сохраняющаяся непрозрачность в руководстве ватиканскими ведомствами, неоцененность имеющейся у святого престола недвижимости и расхищение средств. 

Пресс-секретарь папы не стал опровергать эти заявления, но осудил «публикации, которые никоим образом не помогают установить истину, а лишь плодят путаницу, а также частичные и тенденциозные интерпретации». На это обвинение Эмильяно Фиттипальди ответил, что его расследование показало «расхождение между поддержкой бедных со стороны папы и настоящей работой ватиканской машины». Джанлуиджи Нуцци в свою очередь подчеркнул, что курия «воспринимает самого папу как чужака», и что тому «проще примирить США с Кубой, чем провести реформы в самом маленьком государстве мира». 

Сопротивление и слишком медленные реформы

Разумеется, Ватикан — вовсе не тот гадюшник, каким его нередко представляют. Однако было бы ошибкой и списывать новый скандал на один лишь заговор СМИ. Правда в том, что политика реформ не идет.

Часть ответственности за это лежит на папе Франциске. В своих выступлениях перед ошеломленной и слегка возмущенной аудиторией он обвинял собственную курию во всех грехах: бездействии, пристрастии к мирским благам, карьеризме. Кроме того, он не раз повторял, что не держится за папский мандат, что ослабляет его положение: консерваторы отмалчиваются, отнекиваются и всячески тормозят инициативы в ожидании возможного окончания правления подарившего такие надежды понтифика.

Как бы то ни было, реформы в Ватикане начались. В первую очередь это относится к финансово-экономическим преобразованиям, которые необходимы в первую очередь и плодят сегодня недовольство, слухи и откровения. Влиятельный Экономический совет (был создан папой и управляется железной рукой австралийского кардинала Джорджа Пелла) вынуждает все ведомства курии кардинально пересмотреть принципы работы, составить предварительный бюджет и четко следовать ему, отчитываться о своей деятельности, тендерах и найме сотрудников. В финансовой реформе папа обратился к международным аудиторским компаниям (то есть настоящим профессионалам-мирянам), привел отчетность и менеджмент в соответствие нормам международных организаций. Банк Ватикана, которым сейчас руководит француз Жан-Батист де Франсю, провел реорганизацию, оставив всего 15 тысяч надежных клиентов (против 19 тысяч три года назад).   

Тем не менее, такое насаждение англосаксонских бизнес-подходов в коридорах почтенной римской курии вызвало настоящий шок. Экономический совет дублировал Префектуру по экономическим вопросам, которая в конечном итоге была распущена. Отсутствие четкого разграничения между старыми и новыми структурами плодит путаницу и борьбу за власть. Объявленных ранее слияний ведомств курии до сих пор не видно на практике. В июне был сформирован новый Секретариат по связям с общественностью, который в течение четырех лет должен вобрать в себя все ватиканские СМИ без каких-либо увольнений сотрудников. Но те опасаются за свое будущее и всячески тормозят процесс. Точно также новую комиссию по защите детства во главе с американским кардиналом Шоном О’Мэлли (она должна оказать поддержку в разрешении вопросов сексуального надругательства над детьми) до сих пор не удается полностью сформировать.

У этой медлительности есть объяснение. Папа ставит на первое место перемены не в структурах, а в умах. Он проводит консультации, слушает выступления на конференциях эпископов, формирует комиссии. Он стремится не задеть ничьи чувства, не ставить один клан выше другого, вернуть всех в игру. Папа-иезуит любит длительный процесс принятия решений, однако все понимают, что его пребывание на этом посту не затянется надолго (в декабре ему будет 79 лет).   

В любом случае, ничто не может оправдать пассивность и отход назад. Бенедикт XVI пытался проводить реформы, но чересчур осторожно. Иоанн-Павел II закрывал глаза. После жизни в коммунистической Польше он был убежден, что слухи о его соратниках распускались «спецслужбами», чтобы дестабилизировать церковь. Отсюда и его поразительное поведение в деле Масиэля: он упорно поддерживал основателя «Легионеров Христа», хотя даже внутренние расследования показали, что тот был педофилом, извращенцем и сексуальным маньяком, у которого были женщины и дети. 

У Франциска сегодня нет другого выбора, кроме как двигаться вперед. Его политика реформ необратима. Во время выступления на закрытии синода, он посетовал насчет «политики страуса», которая нанесла слишком серьезный ущерб. Так, например, после скандала с задержанием Франчески Чаоуки возникает вопрос, как она вообще смогла попасть на такой пост в ватиканской комиссии, если не благодаря каким-то дружеским связям. В этой связи необходимо провести жесткий и беспристрастный процесс, окончательно отойти от непрофессионализма в назначениях и клановых рефлексов. Об этом очень правильно писал директор католического издания La Vie Жан-Пьер Дени:

«Нужно выстирать грязное покрывало, даже если оно священно. Особенно, если в него завернут хлеб для бедных. Но если это не удается сделать в кругу семьи, не стоит возмущаться, когда все выставляется на всеобщее обозрение».

Оригинал публикации: Qui veut la peau du pape François?
Опубликовано: 05/11/2015
http://inosmi.ru/world/20151108/231239234.html

+1

7

Папский нунций: суверенитет Ватикана не был нарушен даже при фашизме
11:00  07.06.2014 (обновлено: 10:15 09.06.2014)

Об истории возникновения самого маленького в мире государства, о современном состоянии российско-ватиканских отношений и православно-католического диалога в 85-ю годовщину ратификации Латеранских соглашений рассказал в интервью РИА Новости апостольский нунций (посол) Святого престола в Российской Федерации архиепископ Иван Юркович.

Латеранские соглашения, в результате которых на карте мира появилось самое маленькое государство — Град Ватикан, были подписаны 11 февраля 1929 года в Латеранском апостольском дворце кардиналом Пьетро Гаспарри, действовавшим от имени папы Римского Пия XI, и премьер-министром Италии Бенито Муссолини, действовавшим от имени короля Виктора Эммануила III. 7 июня состоялся обмен ратификационными грамотами и Латеранские соглашения вступили в силу. С тех пор суверенное государство, главой которого является папа Римский, ежегодно посещают миллионы туристов, которые пытаются постичь его специфику и осмотреть его достопримечательности.

Об особенностях отношений Ватикана с другими странами и, в частности с Россией, о роли межхристианского диалога в современном мире в интервью журналисту РИА Новости Виктору Хрулю рассказал апостольский нунций (посол) в Российской Федерации архиепископ Иван Юркович.

—  Ваше Высокопреосвященство, зачем Католической церкви понадобилось государство? Как оно создавалось?

— И сама по себе Католическая церковь, и папство — это очень древние институты, одни из самых древних в истории человечества. И как в любой человеческой истории, в жизни церкви бывает и то, что остается "в осадке" от прошлого, и то, что привносят события современности. Однако в целом в человеческих институтах связь с прошлым пусть и важна, но не занимает такого места, как в истории церкви. Такой связью с прошлым является прежде всего связь церкви с ее основателем Христом и Его Евангелием. Вместе с этой сущностной связью, имеющей определяющий духовный характер, в церкви сохраняются и иные связи с прошлым, а также некоторые человеческие аспекты, преодолевшие исторические перипетии.

Одним из таких исторических элементов, сопровождающих жизнедеятельность церкви, является государство Град Ватикан. Вкратце можно сказать так: папство всегда чувствовало потребность в защите своей независимости от политического влияния светских государств. В прошлом представлялось, что наилучшим способом для этого стало бы создание суверенного государства, такого, например, как Папское государство или государство Град Ватикан. Речь не шла о создании некоего центра власти, но о создании условий для свободного исполнения миссии понтифика, то есть главы Католической церкви, распространенной по всему миру.
Пришлось бы долго рассказывать об историческом пути становления светского суверенитета пап, приведшему к образованию той современной формы, которую принято называть Ватиканом. Некоторые полагают, что необходимость в нем не столь велика в условиях современного мира при наличии и иных "суверенных" организаций, таких как ООН, однако историческая преемственность делает существование Ватикана созвучным современности.

— В чем особенности государства Ватикан по сравнению с другими странами?

— Практически во всем. С одной стороны, совершенно очевидно, что Ватикан не является таким же государством, как прочие независимые государства. Его специфика как раз и проявляется в его функции обеспечения свободы деятельности центральной власти Церкви.

Особенно важным это было в периоды кризисов, например во время вооруженных конфликтов. Хорошо известно, что суверенитет Ватикана не был нарушен даже при фашизме и во время немецкой оккупации Рима. В каком-то смысле территориальный суверенитет защитил церковь, даже в этих тяжелых условиях.

С другой стороны, не следует приравнивать Ватикан к другим карликовым государствам, таким как Андорра, Лихтенштейн, Сан-Марино и другие, хотя бы потому, что Ватикан и Святой престол самым тесным образом вовлечены в исторический путь человечества, а их участие в международной жизни связано прежде всего с великими этическими, социальными и культурными вопросами человечества, а не просто с защитой и продвижением собственных прав и интересов как суверенного государства.

— В чем разница между терминами государство "Град Ватикан" и "Святой престол"?

— Для нас является очень важным это различие, признаваемое и международным правом. Папа — глава двух независимых институтов, один из которых — это государство Град Ватикан, а другой — Святой престол, центральный орган пастырского управления Католической церкви.

Конечно же, наиболее важное значение имеет деятельность самого Святейшего отца, Святого престола, церкви. Роль же маленького государства Ватикан — если сделать его организацию предельно ясной для человеческого понимания — чисто функциональная; как говорилось выше, она состоит в обеспечении удовлетворительных условий для деятельности Святого престола. Несмотря на критику, которую приходится постоянно выслушивать по данному вопросу, представляется, что современный способ взаимодействия двух субъектов хорошо справляется с этой ролью.

—  Как вы оцениваете современное состояние российско-ватиканских отношений?

— Начало положительной динамики в отношениях между Святым престолом и Российской Федерацией было положено в конце 80-х ‑ начале 90-х годов, а особый толчок к развитию они получили с 2009 года, после установления полномасштабных дипломатических связей.

С одной стороны, это произошло вследствие признания Святым престолом той новой роли, которую Россия играет в современном мире, с другой стороны, в результате того, что Российская Федерация стала воспринимать Святой престол как важную фигуру в международном сотрудничестве.

Католическая церковь, как и иные религиозные организации, преследует прежде всего духовные цели, при этом они зачастую исполняют роль сдерживания в международных отношениях, защищают ценности, призванные вдохновлять отношения между народами, могут внести заметный вклад в разрядку напряженности и международных кризисов. Речь идет о роли, изначально возложенной на любого понтифика, о чем свидетельствует само название Pontifex, что означает "строитель мостов", это роль человека, наводящего мосты в духовном смысле, содействуя диалогу и взаимопониманию.

—  Как влияют отношения между государствами на диалог между Католической и Русской православной церквами? В чем проявляется воздействие православно-католического диалога (особенно в его проблемной зоне) на дипломатические отношения двух государств?

— Диалог между Католической церковью и Русской православной церковью неизменно носит приоритетный характер. Что, безусловно, не умаляет прочие направления диалога, который ведет Святой престол, но при этом взаимоотношения с русским православием всегда имеют особое значение. Папа Франциск, наряду с другими папами современности, прекрасно осознает, какой великий потенциал заложен в этом диалоге — как для межхристианского общения, так и для всего человечества.

РИА Новости http://ria.ru/religion/20140607/1011031 … z3vORC43Xi

0

8

Slate.fr, Франция

Как Ватикан борется с антисемитизмом

26.01.2016
Анри Тенк (Henri Tincq)

Во времена, когда фанатичное восприятие религии становится причиной большинства войн и терроризма (от Ближнего Востока до Франции и Буркина-Фасо), нельзя не приветствовать решение Папы Франциска посетить 17 января Большую синагогу Рима. Такой поступок хоть немного возвращает надежду на мир во всем мире.

Прошедший 17 января первый визит Папы Франциска в римскую синагогу (там его встречал главный раввин Рима Риккардо Ди Сеньи) пришелся на очень тревожное время. И хотя бы на какой-то момент разрушил мрачный образ религий, которые вновь стали считать источником кровавой идеологии. Он много значит для еврейского сообщества, которое приходит в смятение при виде подъема агрессивного антисемитизма и даже задумывается (во Франции) о том, чтобы перестать носить кипы. Наконец, он закрепляет одну из самых значимых послевоенных перемен: примирение двух религиозных сил, иудаизма и христианства, которых разделяли два тысячелетия невежества, нетерпимости и гонений.

Аргентинский Папа прибыл из Буэнос-Айреса, где живет одна из самых больших в мире еврейских общин. Поэтому он полностью принял новое направление христианской риторики об иудаизме. По его словам, иудеи для нас — «старшие братья». Иисус был евреем. Как и его апостолы. Христианство уходит корнями в иудаизм. На фоне процветающего на ксенофобии и антисемитизме европейского популизма Папа Франциск осуждает «любые оскорбления, дискриминацию и гонения евреев». Он идет даже еще дальше предшественников, подчеркивая, что христианам пора отказаться от стремления обратить иудеев в свою веру.

Как не удивляться относительной новизне такой перемены взгляда на евреев? И как не испугаться его хрупкости? Набирающий силу в Европе антисемитизм совершенно точно не сводится к одной лишь юдофобии христианского происхождения. Но та ему явно не чужда. Христианская юдофобия веками передавалась из поколения в поколение, и была одной из главных составляющих антисемитизма.

Достаточно взглянуть на священное писание и историю, чтобы понять, как сильно юдофобский настрой в христианстве формировал умы вплоть до современной эпохи. «Кровь Его на нас и на детях наших!» Никто не отрицает, что эти ужасные слова наблюдавших за распятием Христа иудеев послужили предлогом для ненависти к евреям. В послании апостола Павла Фессалоникийцам говорится о евреях «убивших Господа Иисуса, как раньше они убивали пророков, а теперь изгнавших нас. Их дела неприятны Богу и превращают их во врагов всего человечества» (1Фес. 2:16).

Уничижительный образ

Искаженный, уничижительный и исполненный ненависти образ народа Израилева зародился в Средиземноморье перетек в проповеди и писания первых христианских философов, «отцов церкви», например, Иеронима (347-419) и Иоанна Златоуста (350-407), чьи полемические обороты выглядят сегодня совершенно неуместно. Именно они «идеологизировали» положение евреев: их расселение (после уничтожения Иерусалимского Храма императором Титом в 70 году) и скитания по всему миру стали наказанием за отказ признать Иисуса Христа ниспосланным Богом мессией. Определения иудеев как богоубийц и неверных надолго стали частью христианского вокабуляра.

Презрительное отношение к евреям существовало веками с острыми фазами во времена крестовых походов и инквизиции. Иудеев выдворили из Франции Филиппа Красивого в 1306 году, Испании католических монархов в 1492 году. В Средние века появились гетто, отличительные знаки на одежде во Франции, остроконечные шапки в Германии… Евреев обвиняли в осквернении облаток, ритуальных убийствах, отравлении колодцев. Раз они «убили Иисуса», то могут резать детей и распространять чуму!

Раньше во Франции во время «священной недели» дома евреев можно было забрасывать камнями в напоминание о смерти Иисуса. В Риме при назначении нового Папы великий раввин должен был пасть пред ним ниц и передать ему копию Торы. Папа же произносил такую фразу: «Я принимаю книгу. Но не принимаю несущий ее народ». Раввин получал меткий пинок, а затем шел между рядов собравшихся, которые осыпали его оскорблениями. До 1960-х годов молитва за «вероломных евреев» была частью пятничной католической литургии во всех церквях. Ее упразднили по распоряжению Папы Иоанна XXIII в 1959 году.

От презрения к уважению

Только спустя двадцать веков (и море гонений и страданий) христианские церкви все же признали ошибку. После Второй мировой войны и Холокоста они пересмотрели свои позиции, переосмыслили иудейские основы христианской веры. На смену презрению к евреям пришло уважение. Ровно полвека назад на Втором Ватиканском соборе католическая церковь осудила все юдофобские стереотипы, окончательно порвала с антисемитизмом, сняла с еврейского народа старые обвинения в убийстве Христа и постановила, что его не следует лишать права на первый союз с Богом.

За 30 лет до визита Франциска, 13 апреля 1986 года, Папа Иоанн-Павел II впервые переступил порог Большой римской синагоги. Глава католической церкви в первый раз посетил иудейскую святыню. В итальянской столице Собор Святого Петра отделяет от синагоги всего километр. Все наблюдатели тогда отметили, что эта 1 000 метров стала «самой долгой» поездкой польского Папы: пусть в 2 000 лет по дороге унижений и гонений.

Во время визита в Иерусалим в 2000 году тот же Иоанн-Павел II посетил Яд ва-Шем и памятные для евреев места. У стены плача он перед объективами камер со всего мира трогательно попросил прощения у «еврейского народа, народа Авраама, Исаака и Моисея».

Но не выходит ли, что изначальная христианская юдофобия открыла путь для языческого и расового антисемитизма нацистов, который привел к огромной трагедии известной как Холокост? По этому вопросу сегодня идут споры. Ватикан не согласен с таким утверждением, однако не пытается отрицать пассивности большинства католиков в годы уничтожения евреев из-за многовекового насаждения юдофобской риторики. Остается под вопросом и роль Папы Пия XII (1939-1958) во время войны: его обвиняют в «молчании», в том, что он не спас больше евреев, хотя Ватикану и его дипломатам по всей Европе было еще с начала 1942 года известно об «окончательном решении» нацистов.

В любом случае, это сближение иудеев и христиан, последним примером которому стал визит Папы Франциска в синагогу, безусловно, является важным, пусть и недостаточным барьером против подъема антисемитизма во Франции и по всей Европе.

Оригинал публикации: Le combat du Vatican pour rompre avec l’antisémitisme
Опубликовано 21/01/2016 21:06

0

9

Polonia Christiana

Ватикан и геополитика. Наступление в год милосердия
13.02.2016
Агнешка Стельмах (Agnieszka Stelmach)

Историческую встречу патриарха московского Кирилла с папой Франциском невозможно рассматривать исключительно в религиозном контексте, на нее необходимо взглянуть также в геополитической плоскости. Ведь в ходе январской встречи с представителями дипломатического корпуса понтифик в очередной раз заявил, что апостольская столица намерена вести дипломатическое наступление, участвуя в разрешении мировых конфликтов.

Одиннадцатого января 2016 года папа говорил: «Ватикан никогда не перестанет заниматься дипломатической деятельностью, так как он стремится, чтобы голос мира был слышен в самых отдаленных уголках Земли». Франциск заверил, что Государственный секретариат Святого престола пребывает «в полной готовности к сотрудничеству с послами в продвижении непрерывного диалога между апостольской столицей и отдельными странами во благо всего международного сообщества». Он также добавил, что нынешний юбилейный год, должен стать «хорошим поводом» для завершения многочисленных конфликтов, в том числе войны в Сирии и на Украине.

Еще перед встречей Франциска с Кириллом из официальных сообщений Ватикана можно было узнать, что духовные лидеры собирались говорить о борьбе с терроризмом, а также о политическом решении конфликтов в Сирии и на Украине. Конечно, нельзя забыть и о символической составляющей встречи представителей двух религий и стремлении Ватикана к «примирению» с православием, что в контексте юбилея Реформации и фатимских торжеств 2017 года приобретает особое значение.

Цели ватиканской дипломатии

Франциск не раз подчеркивал, что у святого года милосердия есть цели в сфере международной политики. Католическая церковь хочет, чтобы Юбилейный год стал периодом «разрядки конфликтов, прекращения разрушительных войн и совместного решения глобальных проблем». Папа верит, что «мирное сосуществование последователей разных религий, там, где существует религиозная свобода и реальная возможность сотрудничества на почве формирования общего блага во взаимном уважении культурной идентичности каждого гражданина», возможно.

В булле, провозглашающей год милосердия, Франциск подчеркнул, что этот период должен «стать благоприятным» не только для католиков, но также для нехристиан, например, евреев и мусульман, чтобы они объединились в молитве за божье милосердие. И, наконец, он должен принести примирение между заклятыми врагами. Поэтому ватиканский дипломатический корпус принимает активное участие в политических переговорах, призванных принести мирное решение конфликтов.

Франциск не собирается защищать одну избранную цивилизацию: он подчеркивает, что «действия апостольской столицы на международной арене нацелены на благо всей человеческой семьи». Он заверяет, что не намерен вступать в «привилегированные союзы» или «исключительные партнерства» с ведущими геополитическими силами.

Государственный секретарь святого престола кардинал Пьетро Паролин (Pietro Parolin) однажды сказал: «Задача дипломатии Ватикана — возводить мосты для поддержки диалога и использовать переговоры для решения конфликтов, формирования братства, борьбы с нищетой и строительства мира». Паролин добавил, что ни у папы, ни тем более у тех, кто представляет его за границей, нет других «интересов» или «стратегий».

Решить мировые проблемы

Кажется, что у Франциска есть ответы на все болезненные вопросы и предложения для решения всех насущных проблем. Взять, например, иммиграцию. Святой отец говорит ясно, что «миграция — это часть истории спасения» и она навсегда вписана в мировые исторические анналы. Напомнив о библейских событиях, он призвал не бояться приезжих, а приготовить им радушный прием.

Папа говорил дипломатам в своем январском выступлении, что если бы не торговля оружием, эксплуатация природных ресурсов в других странах, ошибочная инвестиционная политика, коррупция и т. д., современных миграционных проблем можно было избежать. Франциск предлагает «гуманитарное решение». «Принятие беженцев, — говорит он, — может стать хорошей возможностью для нового понимания и открытия сознания как для тех, кто принял на себя обязательства уважать ценности, традиции и законы принявшего его общества, так и для самого этого общества, которое призвано оценить тот вклад, который каждый мигрант может внести в него». В этом контексте следует также объяснять поворот Ватикана к экуменизму, призванному, о чем прямо сказал Святой отец, «завязать искренний и благожелательный диалог, который, учитывая идентичность и уникальность каждого, способствует гармоничному сосуществованию всех членов общества».

Папа убежден, что «Европа, опираясь на свое значительное культурное и религиозное наследие, имеет в своем распоряжении средства, чтобы отстоять верховенство человеческой личности и найти правильный баланс между ее двумя главными моральными обязанностями — защищать права своих граждан и обеспечить помощь и прием мигрантов». Франциск объясняет, что европейцы «не могут позволить себе утратить ценности и принципы гуманизма, уважение к достоинству личности, взаимную помощь и солидарность, хотя в некоторые моменты истории они могут стать тяжелым беременем». Согласно ватиканской концепции внешней политики, одна из ключевых обязанностей апостольской столицы — обеспечение безопасности и существования христиан там, где они подвергаются преследованиям. Однако Ватикан избегает конфронтации, веря, что «диалог», «примирение» и отказ от провоцирования противоположной стороны принесет больше пользы, чем агрессивная политика, называние преступлений преступлениями или критика в адрес жестоких режимов. Дипломатический корпус Ватикана придерживается позиции, что разговаривать можно и нужно со всеми, избегая любого рода «столкновений».

Поэтому из уст папы и ватиканских дипломатов слова о преследовании христиан звучат редко, только когда нет другого выхода, и вещи необходимо назвать своими именами. Также Франциск старается никоим образом не поддерживать тезисы некоторых мыслителей и публицистов о разворачивающейся войне или «столкновении цивилизаций».

Не так давно в интервью газете Asia Times Франциск говорил, что миру не следует опасаться растущей мощи Китая, и выразил восхищение китайской цивилизацией. Одновременно он избегал ответа на вопрос по поводу щекотливой темы скандальной политики одного ребенка, говоря, что милосердие сотрет все ошибки прошлого, а в будущее следует смотреть с надеждой. Когда на Украине вспыхнула война, у греко-католиков возникли претензии к Ватикану и в особенности к наследнику святого Петра за то, что они не осудили российскую агрессию. В свою очередь, в ходе прошлогодней встречи в ООН ватиканская дипломатия подключилась к обсуждению резолюции по вопросу появления у штаб-квартиры организации в Нью-Йорке, в частности, палестинского флага. Представители апостольской столицы старались вычеркнуть Ватикан из этой резолюции, чтобы не накалять отношений с Израилем, хотя папа ведет сотрудничество с палестинцами и старается способствовать делу их мирного сосуществования с еврейским народом.

В ходе своего предыдущего визита на Кубу святой отец избегал резких критических высказываний в адрес режима братьев Кастро. Более того, он лично принимал участие в американо-кубинском примирении и освобождении американского шпиона, который хотел создать для еврейской общины в Гаване сеть спутниковой связи. Нельзя не упомянуть также о тщательно выстраиваемых контактах с Ираном и всей ближневосточной политике, на которой я остановлюсь далее.

Ближневосточная политика Ватикана

Серьезной задачей для ватиканской дипломатии стало сохранение христианского меньшинства, в частности, в Сирии. Когда все внимание европейцев сосредоточилось на проблеме беженцев, многие западные духовные деятели, в том числе Совет конференций епископов Европы (CCEE), а также епископаты некоторых стран занялись (в русле общих принципов ватиканской политики) «лоббированием» того, чтобы Европа приняла больше беглецов.

Тем временем армянский католический архиепископ Алеппо Бутрос Мараяти (Butros Marayati) молил о гуманитарной помощи и поиске решения, который позволит христианам остаться на территории Сирии. Архиепископ положительно высказался даже о российской операции, потому что она дает христианам надежду на выживание. Остающиеся в охваченной войной Сирии последователи Христа убеждены, что их существование на Ближнем Востоке зависит от сохранения власти Башаром Асадом, о чем говорил, в частности, греко-католический архиепископ Жан-Клеман Жанбар (Jean-Clément Jeanbart).

Ватикан считает Россию и Иран ключевыми игроками не только в деле завершения войны в Сирии, но и сохранения присутствия христиан на Ближнем Востоке. Поэтому апостольская столица завязала тесные отношения с Ираном и способствовала принятию соглашения по иранской ядерной программе, а также несмотря на войну на Украине сохранила хорошие отношения с Россией, плодом чего стали визиты лидеров обеих стран в Ватикан.

Рим уже 30 лет поддерживает хорошие отношения с Тегераном, а в последние годы они настолько углубились, что американские эксперты стали говорить в контексте ватиканской политики о «шиитской партии». Франциск непосредственно вмешался в сирийский конфликт, когда в 2013 году появились сообщения о том, что сирийская армия применила в борьбе с мятежниками химическое оружие, а из окружения президента США стали звучать требования начать в Сирии военную операцию.

В сентябре 2013 года Франциск призвал весь мир помолиться за мир в Сирии, как когда-то Иоанн Павел II перед американскими бомбардировками взывал к молитве за мир в Ираке. Одновременно примерно 70 ватиканских послов пошли в дипломатическое наступление, объясняя, что вторжение американцев лишь углубит конфликт, а также продвигая идею мирных переговоров и политического решения проблемы. Франциск написал письмо участникам саммита стран «Большой двадцатки» в России, убеждая их, что вторжение — «это плохая идея». Отказ США от налетов в 2013 году обрадовал не только Ватикан, но и Москву, которая углубила свое сотрудничество с Апостольской столицей. Президент России Владимир Путин говорит, что россияне находятся в Сирии, в частности, для того, чтобы защитить христиан на Ближнем Востоке.

Радости не скрывают также иранцы. В начале 2014 года посол Ирана в Ватикане назвал Франциска «доблестным человеком, преисполненным высоких моральных качеств и скромности», которому удалось остановить американские бомбардировки. Ватиканская дипломатия видит в Иране ключевого игрока, который может привести к разрешению сирийского конфликта. На это обратил внимание представитель Ватикана при штаб-квартире ООН в Женеве епископ Саркис Давидян (Sarkis Davidian). Он подчеркнул, что «Иран выступает неотъемлемым участником переговоров, которые могут привести к миру или по крайней мере к немедленному прекращению насилия на Ближнем Востоке, особенно в Сирии».

Давидян, родившийся в Алеппо, служит католикам в иранском Исфахане. Священник подчеркивает, что его задача — это «сотрудничество во имя мира». Иерарх принимает активное участие в переговорах Ватикана с Ираном и другими ключевыми региональными игроками. Иран и Апостольская столица установили дипломатические отношения в 1954 году, однако после исламской революции отношения между ними испортились. Ученый Сасан Тавассоли (Sasan Tavassoli) говорит, что после 1979 года некоторые видные имамы выступали за межрелигиозный диалог с христианами. В 1990-е годы после первой межконфессиональной встречи в Афинах шиитские духовные деятели пытались пойти на сближение с греко-католиками (Армянская апостольская церковь — это самая крупная христианская церковь в Иране, насчитывающая около 300 000 членов). С 1995 года ватиканские священники раз в два года встречаются с шиитскими лидерами, чтобы «вести диалог между религиями, культурами и цивилизациями».

В 2011 году американские епископы смогли привести к освобождению двух американских туристов, находившихся с 2009 года в плену в Иране по обвинению в шпионаже. Англиканский епископ Джон Брайсон Чейн (John Bryson Chane) и кардинал Теодор Маккэррик (Theodore McCarrick) вместе работали в Государственном департаменте США над освобождением американцев, хотя, как позже признали американские дипломаты, шансы на успех акции были практически нулевыми.

Общий подход Ватикана и Ирана к сирийскому вопросу привел к политическому союзу и ядерному соглашению. В апреле 2014 года Конференция католических епископов США провела встречу с Высшим советом Кумской духовной семинарии, чтобы выработать совместную протестную позицию против ядерного оружия. В заявлении говорилось, что шиитский ислам «осуждает и запрещает производство, хранение и применение ядерного оружия массового поражения», и добавлялось, что «католики также стремятся к миру, свободному от оружия массового поражения, и призывают все народы избавиться от него».

Заключить соглашение помогли консультации американских епископов, которые находились в постоянном контакте с Ватиканом, и фетва двух иранских лидеров, осуждающая ядерное и химическое оружие. Позже американские епископы и различные католические организации продвигали одобрение соглашения в конгрессе. Недавно Ватикан выступил за привлечение Ирана ко второму раунду мирных переговоров по Сирии. Именно этот вопрос Франциск обсуждал с иранским президентом Хасаном Рухани, посетившим Ватикан несколько недель назад. Точно так же сирийский вопрос обсуждали в Ватикане с Владимиром Путиным.

Апостольская столица поддерживает прекращение огня в разных регионах Сирии, как это произошло в городе Хомс, а потом в Забадани у границы с Ливаном, где представителем Асада на переговорах выступал Иран. Ватикан хочет придать мирным переговорам на тему будущего Сирии динамику, что выгодно и сирийцам, и россиянам и американцам. Рим считает важным подключить к этому процессу Тегеран, чтобы гарантировать безопасность христиан и других религиозных групп.

Встречу московского Патриарха с Папой помимо международных вопросов планировалось также посвятить теме сближения двух религиозных обществ. Прошлогодний визит Франциска в Турцию помог не только договориться о создании гуманитарных коридоров в Алеппо, где пребывает значительная часть остающихся в Сирии христиан, но и стал выражением уважения и поддержки для экуменического патриарха Варфоломея I в рамках продолжающегося уже пять десятилетий диалога между католиками и приверженцами православия, которые остаются разделенными с момента раскола 1054 года. Папа хотел укрепить позицию опального патриарха, с которым не хочет считаться ни турецкое правительство, ни российская церковь.

Франциск продолжает ставить перед собой смелые внешнеполитические задачи. Весь ватиканский дипломатический персонал занимается интенсивной работой. Визиты, которые уже совершил Святой отец, и которые он планирует, показывают, что глава Католической церкви появляется не в случайных, а в важных и символических для принятой стратегии местах: это места, отмеченные конфликтами, где, как под увеличительным стеклом видны самые острые проблемы современного мира.

Остается, однако, вопрос, насколько ватиканская стратегия «примирения и экуменизма», которая (по крайней мере, по задумке апостольской столицы) должна привести к установлению всеобщего мира и гармоничного или, как говорится в программе ООН, «устойчивого» развития, реальна, мудра и дальновидна. И не противоречит ли она моральному учению католической церкви.

Оригинал публикации: Watykan i geopolityka. Ofensywa w Roku Miłosierdzia
Опубликовано 12/02/2016 10:05
http://inosmi.ru/social/20160213/235393389.html

0

10

Atlantico, Франция

Действительно ли прием мигрантов — благо?

Папа Римский Франциск и патриарх Константинопольский Варфоломей отправились на остров Лесбос, чтобы выразить свою солидарность с находящимися там мигрантами. На фоне миграционной волны оба духовных лидера выступают за открытость европейских границ. Исполненная милосердия, но, без сомнения, близорукая позиция.

20.04.2016
Бертран Вержели (Bertrand Vergely)

Atlantico: Папа Римский Франциск и патриарх Константинопольский Варфоломей отправляются на греческий остров Лесбос, чтобы выразить свою солидарность с находящимися там мигрантами. С самого начала нынешней беспрецедентной волны миграции папа неоднократно выступал за прием беженцев и жестко высказывался в отношении создающих для них ограничения европейских стран. Патриарх, в свою очередь, потребовал в недавнем интервью распахнуть перед ними двери, не делая различий между беженцами и экономическими мигрантами.
Каким должен быть подход к урегулированию миграционного кризиса, по мнению папы Франциска и патриарха Варфоломея?

Как, по-вашему, он мог бы отразиться на Европе и на всей ситуации?

Бертран Вержели: Папа Франциск требует, чтобы Европа открыла границы для мигрантов. Как мне кажется, это ставит сразу три вопроса. Во-первых, действительно ли все направляющиеся сейчас в Европу люди — это мигранты, то есть те, кто намереваются провести там некоторое время, а затем вернуться домой, как перелетные птицы? Во-вторых, давайте представим, что мы принимаем, допустим, 3 миллиона человек. Если завтра такое явление продолжится, Европе нужно будет принять 10, 20, 30, 50 миллионов мигрантов со всего Ближнего Востока и из Африки? В-третьих, готов ли сам папа открыть мигрантам Ватикан и все церкви? Приглашать мигрантов — это прекрасно. Но разве это настоящее приглашение, если их будут принимать другие, а не ты сам?

Давайте дальше. Представим, что Европа открывает границы для мигрантов. Но кто будет платить? И какими деньгами? Возможно ли это, если сейчас во Франции насчитывается 5,5 миллионов безработных? А тысячи бездомных, которые вообще ничего не получают, так и останутся ни с чем, тогда как мы будем предоставлять помощь новоприбывшим? Кроме того, если завтра эти люди решат следовать исключительно исламским законам и своим обычаям, которые, например, допускают обрезание девочек, как тогда сохранить национальное единство? На какие основы будет опираться совместная жизнь народов, если некоторые считают для себя главным светское общество, а другие категорически его не приемлют? Подумал ли папа в порыве милосердия и вселенской любви о возможных последствиях столь щедрого приглашения? Он критикует Европу, но почему от него не слышно ни слова о контрабандистах, которые, бывает, даже топят суда с мигрантами, получив от них тысячи евро за проезд? Папа проявляет небывалую щедрость. Но является ли она частью продуманной политики или же просто пиара? То же самое касается и патриарха Варфоломея: у него есть какая-то политика или же все опять — ловкий пиар?

Складывается впечатление, что общества и правительства Европы (в первую очередь Западной) очутились в тисках между нравственным императивом гуманитарной помощи, милосердного приема оказавшихся на греческом побережье несчастных, и реалиями гигантского миграционного потока с тяжелейшими последствиями.

Как решить эту дилемму? Милосердие и сострадание, о которых говорит папа, а также вытекающий из прав человека долг гуманитарной помощи обязывают нас принять мигрантов?

— Европа оказалась в тисках? Не сказал бы. Да, нужно проявить сострадание. Но разве кто-то воспринимает это всерьез? Верят ли в него те, кто о нем говорят? Может, они просто делают вид? Ни для кого не секрет, что Европа не в состоянии принять обездоленных со всего мира. Поэтому говорить о необходимости принять мигрантов очень легко. Раз вам прекрасно известно, что этого не произойдет, можно не волноваться, говорить об этом с чистой совестью. Стратегия постоянного требования невозможного позволит принять несколько десятков тысяч мигрантов. Так можно будет спасти лицо. А это не так уж мало в нашем пронизанном СМИ мире, где жалость имеет твердую цену.

Папа также высказал свою точку зрения по миграционным вопросам, отметив несколько месяцев назад, что «тот, кто стремится возводить стены, а не мосты, не христианин». Это было отсылкой к проекту Дональда Трампа по строительству стены между США и Мексикой для противодействия миграции. Кроме того, он отдал должное нациям и лидерам, которые «распахивают двери и сердца».
Не создает ли это путаницу между нравственным долгом человека (наводить мосты с другими людьми, «распахивать сердце») и нравственными обязательствами государств и их руководства в плане обеспечения благосостояния их народов?

— Папе как «суверенному понтифику» прекрасно известно, что прежде всего мост нужно наводить между небом и землей, Богом и человеком. В этой связи он должен понимать, что одних лишь мостов между людьми недостаточно. Если между Богом и человеком нет моста, мосты между людьми не имеют смысла. Так почему же он не говорит ни слова об этих духовных мостах? Пролом в стене — это не мост. Это гуманитарная, экономическая и социальная катастрофа. Достаточно взглянуть на то, что творится в наших пригородах. Власти годами допускали проникновение нелегалов на нашу территорию. В результате в перенаселенных пригородах одна группа людей идет против другой на фоне полнейшего социального и гуманитарного упадка. Брешь в стене — не открытость, а открытость — не брешь. Здесь нельзя ничего пускать на самотек.

— Папа Франциск зачастую приводит в пример историю собственной жизни сына итальянских иммигрантов в Аргентине как аргумент в пользу своей позиции по мигрантам. Но разве можно сравнивать миграцию в Аргентину с тем, что сейчас происходит в Европе? Быть может, первый неевропейский папа просто не понимает некоторые глубинные особенности Европы и ее нынешнего положения?

— Итальянцы поехали в Аргентину не миллионами. Кроме того, у них была с аргентинцами общая христианская вера. В Европе проблема стоит иначе. Туда направляются миллионы мигрантов, и там происходит настоящее столкновение цивилизаций в связи с существованием исламистских группировок, которые стремятся уничтожить Запад. Конфликта между мигрантами и европейцами можно избежать. Мигрантам нужно лишь принять Европу. Им нужно всего лишь принять нас. Мы же сейчас слышим лишь требования принять их, но не требования к ним принять нас. А это оказывает плохую услугу как европейцам, так и самим мигрантам.

Оригинал публикации: Le pape François et le patriarche de Constantinople à Lesbos : l’accueil inconditionnel des migrants est-il nécessairement l’attitude la plus charitable ?
Опубликовано 16/04/2016 16:22
http://inosmi.ru/social/20160420/236230010.html

0