Россия - Запад

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Россия - Запад » #ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА РОССИИ СОВЕТСКОГО ВРЕМЕНИ » Светлана Алексиевич:лауреат Нобелевской премии по литературе 2015 г.


Светлана Алексиевич:лауреат Нобелевской премии по литературе 2015 г.

Сообщений 1 страница 20 из 36

1

Светлана Алексиевич стала лауреатом Нобелевской премии по литературе
Пишущая на русском языке белорусская писательница Светлана Алексиевич стала лауреатом Нобелевской премии по литературе 2015 года.

Светлана Алексиевич стала лауреатом Нобелевской премии по литературе 2015 года. Об этом сообщила в четверг, 8 октября, в Стокгольме Шведская академия. Глава академии Сара Даниус в интервью агентству dpa назвала произведения Алексиевич " литературной хроникой чувств индивидуума советского и постсоветского времени".
Около 200 писателей были номинированы в этом году на Нобелевскую премию по литературе, 36 из них - в первый раз. Фаворитами считались, кроме Светланы Алексиевич, американцы Джойс Кэрол Оутс и Филип Рот, японец Харуки Мураками, кенийский прозаик Нгуги Ва Тхионго и норвежский романист и драматург Йон Фоссе.
Нобелевская премия по литературе вручается с 1901 года. Ее призовой фонд составляет 8 миллионов крон (около 850 тысяч евро). Награждение лауреатов проходит по традиции 10 декабря, в день смерти Альфреда Нобеля.

http://www.dw.com/ru/светлана-алексиевич-стала-лауреатом-нобелевской-премии-по-литературе/a-18767993

Отредактировано Konstantinys2 (Вс, 11 Окт 2015 01:14:09)

0

2

Светлана Алексиевич — лауреат Нобелевской премии по литературе ("Салiдарнасць", Белоруссия)
Впервые представитель независимой Белоруссии стал лауреатом престижной награды.
Юлия Иванко

08/10/2015

Впервые представитель независимой Белоруссии стал лауреатом престижной награды. Имя очередного обладателя престижной награды объявила 8 октября в Стокгольме секретарь Нобелевского комитета по литературе Шведской академии Сара Даниус. «За ее полифонические произведения о страданиях и трудностях нашего времени», — гласит формулировка Нобелевского комитета.

67-летняя Светлана Алексиевич уже несколько лет подряд возглавляла рейтинги крупнейших букмекерских контор Европы как наиболее вероятная обладательница премии. За ней следовали японский писатель и переводчик Харуки Мураками и кенийский автор Нгуги Ва Тхионго.

По представлению Шведского ПЕН-центра она номинировалась на Нобелевскую премию по литературе с 2002 года за цикл произведений «Голоса Утопии» (цикл завершился в 2013 году книгой «Время секонд-хенд», всего в него вошло шесть книг, среди которых «У войны не женское лицо», «Цинковые мальчики», «Зачарованные смертью», «Последние свидетели» и «Чернобыльская молитва»).

За всю историю вручения премии из 112 победителей Алексиевич стала четырнадцатой женщиной, получившей премию в области литературы. В этом году призовые составили 8 миллионов шведских крон (953 тысячи долларов).

Реакция в сети: «Талант мирового уровня!!!»

Андрей Курейчик, белорусский режиссер и сценарист:

«Урааааа! Горжусь, что я беларус! Светлана, поздравляю! И поздравляю всех нас, что у нас появился такой моральный авторитет!».

Арина Лисецкая, блогер:

«Светлана Алексиевич получила Нобеля. Наша! Беларуска! Женщина! Литература! Даааа!!!».

Антон Красовский, российский журналист:

«Все, что у нас есть сказать про Нобелевскую премию».

Дмитрий Растаев, блогер, поэт:

До чего хорошая неделя!
Темноте пока предела нет,
но в конце проклятого тоннеля
полыхнул хоть маленький, да свет.

Николай Статкевич, оппозиционный политик, экс-политзаключенный:

«Нобель — наш! Я в восторге! Поздравляю госпожу Светлану и всех белорусов! Рад за всех нас, за всех, кто любит Белоруссию, независимо от языка, на котором он выражает эту любовь. Счастлив, что большой талант, почитателем которого являюсь и я, наконец-то был оценен должным образом».

Татьяна Короткевич, кандидат в президенты Белоруссии:

«Еще до объявления решения жюри пыталась дозвониться до Светланы Александровны, чтобы передать многочисленные слова поддержки, которые услышала сегодня в ее адрес от простых людей в Рогачеве, Жлобине и в Буда-Кошелеве. Мы все верили и ждали этого с надеждой. Поздравляю Вас и всю Белоруссию с Нобелем. Спасибо Вам!».

Оригинал публикации: Салiдарнасць
Опубликовано: 08/10/2015 15:31

Читать далее: http://inosmi.ru/world/20151008/2307073 … z3oCqfcC00
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook

Отредактировано Konstantinys2 (Вс, 11 Окт 2015 01:21:47)

0

3

Триумф Светланы Алексиевич
Валерий Шувалов

            8 октября 2015 г. ---Сегодня в полдень в Стокгольме было официально объявлено, что Нобелевская премия по литературе за 2015 год присуждается 67-летней белорусской писательнице Светлане Алексиевич за "полифоническое звучание её прозы, которая является памятником страданию и мужеству в современную эпоху". Церемония награждения с зачтением Нобелевской речи состоится в шведской столице через два месяца, 10 декабря, в день кончины Альфреда Нобеля, являющегося учредителем данной премии в 1901 году. Вместе с премией ей будет вручён чек на сумму 8 млн шведских крон, или 972 тыс. американских долларов.
            Светлана Алексиевич является всемирно признанным классиком современной русскоязычной литературы. Она автор таких книг, как "У войны не женское лицо", "Цинковые мальчики", "Чернобыльская молитва", "Время секонд хэнд" и др. Её стиль - это удивительное сочетание журналистики и литературы. Это первая Нобелевская премия для Белоруссии за всю современную историю.
            Премия в области литературы считается самой непредсказуемой из всех Нобелевских премий. В этом году среди фаворитов на её получение назывались, среди прочих, модный японский писатель Харуки Мураками и современный американский классик Филип Рот. Сообщается, что когда постоянный секретарь шведской академии Сара Даниус позвонила Светлане Алексиевич, чтобы проинформировать её о решении Нобелевского комитета, та, едва поверив ушам своим, воскликнула: "Фантастика!" Со своей стороны, ведущий прямого эфира радиостанции "Эхо Москвы", одним из первых сообщивший об этом присуждении, не смог сдержать своих эмоций и воскликнул во весь голос: "Обалдеть!"
            Поздно вечером по лентам телеграфных агентств пришло короткое сообщение о том, что Светлану Алексиевич, несмотря на её критическое отношение к происходящему в Белоруссии, поздравил сам президент Лукашенко. В своей телеграмме он сказал, что "искренне рад" успеху писательницы и пожелал ей "здоровья, счастья и новых творческих достижений на благо родной Беларуси". В течение всей второй половины дня на её адрес сплошным потоком продолжали поступать поздравительные телеграммы; появились также первые комментарии от собратьев по перу.
            По словам известного российского писателя Дмитрия Быкова, Нобелевский комитет наградил Светлану Алексиевич за правду и её активную гражданскую позицию. "Это, конечно, вызывает гордость и одобрение", - добавил он.
            Смысл отклика со стороны не менее известного писателя Виктора Ерофеева сводился к следующему: Это событие ожидалось давно, но каждый раз "пуля" пролетала мимо. Наконец эта "пуля славы" попала и в неё. И это совершенно достойный выбор. Светлана - человек широкой души и женщина с большими эстетическими вкусами. Мы с ней время от времени встречаемся, и она действительно абсолютно русскоязычная. Она очень болеет и за нашу страну (догадайтесь, почему!) Она разоблачает всё враньё вокруг истории, много пишет о ГУЛаге. Давайте мы все поздравим её и порадуемся по этому поводу! Ей дали премию не за выпады против Кремля, а за то, что она разделяет общечеловеческие ценности, которые не в чести сейчас в нашем угрюмом государстве. Давайте выпьем сегодня за замечательного человека и прекрасную женщину Светлану Алексиевич!
            А вот что сказал известный белорусский журналист, основатель портала "Белорусский партизан" Павел Шеремет: Конечно же, Лукашенко попытается разыграть очередной спектакль, тем более, что в воскресенье у него президентские выборы. Но Светлана Алексиевич не тот человек, который, несмотря на своё хорошее воспитание и спокойный характер, так легко согласится подыграть белорусским властям или позволит использовать себя в каких-то пропагандистских целях. Триумфа у Лукашенко не получится, потому что все знают, что Светлана Алексиевич вынуждена была уехать из Белоруссии. Все знают, что злобная, консервативная часть белорусского общества всегда нападала на неё, а белорусская власть в принципе далека от литературы (так же, впрочем, как и российская во главе с Путиным! - В. Ш.). Так что вряд ли это будет праздник на улице Лукашенко. Но это безусловно праздник для прогрессивной части белорусского общества и белорусских творческих людей.
            Павел Шеремет сказал далее, что триумф Светланы Алексиевич - это победа не только Белоруссии, но и Украины и России. Известно, что она родилась в украинском Ивано-Франковске и никогда не скрывала, что её основной читатель из России, а сама она - часть русской культуры. 

http://www.proza.ru/2015/10/08/1919

0

4

Светлана Алексиевич -
всемирно известный белорусский прозаик, пишущий на русском языке. Автор прозы о войне, о Чернобыле. Создатель уникального документально-художественного метода, основанного на творчески сконцентрированных беседах с реальными людьми

Светлана Алексиевич родилась 31 мая 1948 года в г. Ивано-Франковске (Украина) в семье военнослужащего. Отец - белорус, мать - украинка. После демобилизации отца из армии семья переехала на его родину - в Беларусь. Жили в деревне. Отец и мать работали сельскими учителями (прадед отца тоже был сельским учителем).
После окончания школы работала корреспондентом районной газеты в г. Наровле (Гомельской области), еще в школе писала стихи и газетные заметки, надо было два года трудового стажа (как тогда требовалось), чтобы поступить в университет на факультет журналистики. В 1967 году стала студенткой факультета журналистики Белорусского государственного университета в г. Минске. Во время учебы несколько раз была лауреатом республиканских и всесоюзных конкурсов научных студенческих работ.

После университета была направлена на работу в г. Береза Брестской области - в районную газету. Работая в газете, одновременно преподавала в сельской школе - еще колебалась: продолжить ли семейную учительскую традицию, заняться научной работой или стать журналистом? Но через год взяли на работу в Минск, в редакцию республиканской "Сельской газеты". А еще через несколько лет - корреспондент, а затем заведующая отделом очерка и публицистики литературно-художественного журнала "Неман" (орган Союза писателей Беларуси).
Пробовала себя, свой голос в разных жанрах - рассказы, публицистика, репортажи. Решающее влияние на выбор оказал известный белорусский писатель Алесь Адамович и его известные книги "Я - из огненной деревни" и "Блокадная книга". Написаны они не им одним, а в соавторстве с другими писателями, но идея и разработка этого нового для белорусской и современной русской литературы жанра принадлежала ему. Адамович называл этот жанр по-разному, все время искал точную формулировку: "соборный роман", "роман-оратория", "роман-свидетельство", "народ сам о себе повествующий", "эпически-хоровая проза" и т. д. Всегда она называла его своим главным Учителем. Он помог ей найти свой путь... В одном из интервью так потом скажет: "Я долго искала себя, хотелось найти что-то такое, чтобы приблизило к реальности, мучила, гипнотизировала, увлекала, была любопытна именно реальность. Схватить подлинность - вот, что хотелось. И этот жанр - жанр человеческих голосов, исповедей, свидетельств и документов человеческой души мгновенно был мной присвоен. Да, я именно так вижу и слышу мир: через голоса, через детали быта и бытия. Так устроено мое зрение и ухо. И все, что во мне было, тут же оказалось нужным, потому что требовалось одновременно быть: писателем, журналистом, социологом, психоаналитиком, проповедником..."Светлана Алексиевич

"Из тысячи голосов, кусочков нашего быта и бытия, слов и того, что между слов, за словами -- я складываю не реальность (реальность непостижима), а образ... Образ своего времени... То, как мы его видим, как мы его себе представляем. Достоверность рождается из множественности кругов... Я складываю образ своей страны от людей, живущих в мое время... Я хотела бы, чтобы мои книги стали летописью, энциклопедией почти десятка поколений, которых я застала и вместе с которыми иду... Как они жили? Во что верили? Как их убивали, и они убивали? Как хотели и не умели, не получалось быть счастливыми".
В 1983 году была написана книга "У войны не женское лицо". Два года она лежала в издательстве и не печаталась, автора обвиняли в пацифизме, натурализме, в развенчании героического образа советской женщины. .... Такие обвинения в те времена считались серьезными. Тем более, что за ней тянулась давняя слава - антисоветчицы и диссидентски настроенной журналистки.

Еще с первой книги "Я уехал из деревни" (монологи людей, покинувших родные места). По указанию отдела пропаганды тогдашнего белорусского ЦКа готовый набор книги рассыпали в типографии, обвинив автора в антиправительственных и антипартийных взглядах, грозило и увольнение с работы. Сказано было так: "Как вы можете работать в нашем журнале с такими не нашими настроениями? И почему вы до сих пор не член коммунистической партии?"

Но грянули новые времена. Пришел к власти Михаил Горбачев и началась перестройка.
В 1985 г. книга "У войны не женское лицо - роман голосов, так она это назовет в последствии, женщин-фронтовичек о войне, которую никто не знал, которую мужчины не рассказали, вышла почти одновременно в московском журнале "Октябрь", белорусском издательстве "Мастацкая лiтаратура", а затем в издательствах "Советский писатель", в "Роман-газете" и т.д. И в последующие годы она переиздавалась многократно - общий тираж дошел до 2 млн. экземпляров. Книгу приветствовали известные писатели-фронтовики: Кондратьев, Бакланов, Гранин, Окуджава и многие другие.
В том же (1985) году вышла и вторая книга, которая тоже около года (обвинения все те же -- пацифизм, отсутствие идеологических стандартов) ждала своего часа - "Последние свидетели" (сто недетских рассказов). Эта книга также много раз издавалась, отмечена многочисленной критикой, которая называла обе книги "новым открытием военной прозы". Женский взгляд на войну, детский взгляд на войну открыл целый материк новых чувств и идей..

40-летие Победы театр на Таганке отметил спектаклем "У войны не женское лицо" (режиссёр спектакля Анатолий Эфрос). Омский государственный театр был отмечен Государственной премией за свой спектакль "У войны не женское лицо" (режиссер спектакля Геннадий Тростянецкий). Спектакль шел по всей стране - в десятках театров. Известный белорусский режиссер Виктор Дашук в соавторстве со Светланой Алексиевич создали цикл документальных фильмов - семь картин - под названием "У войны не женское лицо". Киноцикл был отмечен Государственной премией СССР, "Серебряным голубем" на фестивале документальных фильмов в Лейпциге. С. Алексиевич наградили орденом "Знак почета" и несколькими литературными и общесоюзной премиями (премия имени Константина Федина, премия имени Николая Островского и Всесоюзная премия Ленинского комсомола).

Светлана Алексиевич,Кабул, 1988В 1989 г. вышла новая книга С. Алексиевич "Цинковые мальчики" - книга о преступной афганской войне, которую десять лет скрывали от собственного народа. Чтобы написать эту книгу она четыре года ездила по стране, встречалась с матерями погибших солдат и бывшими воинами-афганцами. Сама побывала на войне, летала в Афганистан. После выхода книги, которая произвела в обществе эффект разорвавшейся бомбы, многие не простили автору развенчание героического военного мифа. На нее обрушились в первую очередь военные и коммунистические газеты. В 1992 году в Минске был организован политический суд над автором и книгой "Цинковые мальчики". (На фотографии С.А. - Кабул, 1988)

Но в защиту поднялась демократическая обществен- ность, многие известные интеллектуалы за рубежом. Суд был приостановлен... Впоследствии по этой книге тоже были сняты в соавторстве со Светланой Алексиевич несколько документальных картин (режиссер Сергей Лукьянчиков), ставились спектакли (фильмы "Стыд" и "Я - из повиновения вышел").

В 1993 г. вышла новая книга "Зачарованные смертью". Это был рассказ о самоубийцах -- о тех, кто покончил с собой или пытался покончить с собой, не выдержав исчезновения социалистических идей, социалистического материка. Те, кто уравнял себя с идеей, сжился с ней намертво. Кто не нашел в себе силы принять новый мир. Новую историю и новую страну. По книге был снят фильм "Крест" (сценарий Светлана Алексиевич, режиссер Геннадий Городний, Москва).
В 1997 году С. Алексиевич закончила и опубликовала книгу "Чернобыльская молитва" (хроника будущего). Как обычно, последние три книги, так и эта сначала была опубликована в журнале "Дружба народов", а потом в издательстве "Остожье". Эта книга не о Чернобыле, как пишет сама автор, а о мире после Чернобыля. Как человек живет, обживает новую реальность, которая произошла, существует, но еще не осознана и не понятая. Люди, пережившие Чернобыль, люди, живущие после Чернобыля, добывают новое знание. Знание для всего человечества. Они уже живут после третьей мировой войны... После ядерной войны... Не случаен в этом смысле подзаголовок книги - хроника будущего.

"Если оглянуться назад; вся наша история -- советская и постсоветская -- это огромная братская могила, море крови. Вечный диалог палачей и жертв. Вечные русские вопросы: что делать? И кто виноват? Революция, Гулаг, вторая мировая война и спрятанная от своего народа война в Афганистане, крах великой империи, под воду ушел гигантский социалистический материк, материк-утопия, а теперь новый вызов, космический вызов -- Чернобыль. Вызов уже -- всему живому. Все это -- наша История. И это -- тема моих книг. Мой путь... Мои круги ада... От человека к человеку..."

Книги С. Алексиевич издавались не только в нашей стране, но и за рубежом - в Америке, Германии, Англии, Японии, Швеции, Франции, Китае, Вьетнаме, Болгарии, Индии и т. д. Всего в 19 странах мира. Она -- автор сценариев 21 документального фильма. И трех театральных пьес. Во Франции, Германии, Болгарии ставились спектакли по ее книгам.
С. Алексиевич награждена многими международными премиями: Курта Тухольского (Шведский ПЭН) за "мужество и достоинство в литературе", премией Андрея Синявского "За благородство в литературе", российской независимой премией "Триумф", лейпцигской премией "За европейское взаимопонимание-98", немецкими премиями "За лучшую политическую книгу" и имени Гердера. Сама Светлана Алексиевич обозначила однажды в интервью так главную идею своих книг, своей жизни: "Я всегда хочу понять, сколько человека в человеке. И как этого человека в человеке защитить? Чем мы можем его защитить".
Эти вопросы приобретают новый подтекст в связи с последними политическими событиями в Беларуси, где реставрируется военно-социалистический режим. Новая пост советская диктатура. И Алексиевич опять неугодна властям за свои взгляды, за свою независимость. Она - в оппозиции вместе с лучшими интеллектуалами страны (Василь Быков, Рыгор Барадулин и др.).
Ее книги, одна за другой, складываются в художественно документальную летопись истории души советского и пост советского человека. Она все дальше разрабатывает и пробует возможности своего интересного и оригинального жанра. В каждой книге он предстает по-новому. Сбывается то, о чем пророчествовал Лев Толстой, не раз утверждая, что за самой жизнью следить гораздо интереснее, чем ее выдумывать. "Искусство о многом в человеке и не догадывается", - утверждает С. Алексиевич.

В издательстве "Остожье" к 50-летию писательницы издали ее 2-хтомник, в который вошли все пять написанных ею книг. Критик Лев Анненский написал в своем предисловии, что "мы имеем уникальную работу, сделанную, может быть, впервые в русской (или точнее, советской и пост советской) культуре -- прослежена, задокументирована, художественно обработана жизнь нескольких десятков поколений и сама реальность 70 лет социализма: от революции 17-го года через гражданскую войну, молодость и гипноз великой Утопии, сталинский террор и Гулаг, Великую Отечественную войну и годы краха материка социализма -- до сегодняшних дней. Это -- живая история, рассказанная самим народом, и записанная, услышанная, выбранная талантливым и честным летописцем".
Сейчас писательница завершает работу над книгой под названием "Чудный олень вечной охоты". Это рассказы о любви: мужчины и женщины разных поколений рассказывают свои истории. "Мне подумалось, - говорит автор, - что я до сих пор писала книги о том, как люди убивали друг друга, как они умирали. Но ведь это не вся человеческая жизнь. Теперь я напишу, как они любили ... Любят... И опять мои вопросы - кто мы, в какой стране живем - через любовь... Через то, ради чего мы, наверное, и приходим в этот мир. Мне хочется любить человека. Хотя любить человека, трудно. Всё труднее".

http://alexievich.info/biogr_RU.htmlhtt … gr_RU.html

0

5

Konstantinys2 написал(а):

я до сих пор писала книги о том, как люди убивали друг друга, как они умирали.

Она кроме как об ужасах писать не умеет.)))

0

6

Тома, это же заказ  :dontknow: увы, Нобелевская премия теперь не ТА Нобелевская, которая была раньше. Теперь везде правит бумажка с зеленым президентом. А где не правит - там нет демократии и ее срочно нужно принести всеми доступными средствами, даже если придется угробить все население этой страны!

0

7

Светлана Алексиевич: "Я не люблю мир Берии, Сталина, Путина, Шойгу"

На пресс-конференции в Минске нобелевский лауреат по литературе Светлана Алексиевич призвала "не поддаваться соглашательству", на которое рассчитывают тоталитарные режимы.

Белорусская писательница Светлана Алексиевич 8 октября стала лауреатом Нобелевской премии по литературе 2015 года. Награда ей была присуждена с формулировкой "за многоголосое творчество - памятник страданию и мужеству в наше время". В тот же день Алексиевич выступила на пресс-конференции в редакции газеты "Наша Нива" Минске.

"Не поддаваться соглашательству"

"Я чувствую себя человеком белорусского мира, белорусских ощущений, человеком русской культуры и человеком, который долго жил в мире и который является космополитом. Со мной все вместе", - сказала Светлана Алексиевич. "Добрый русский мир, гуманитарный русский мир, тот мир, которому до сих пор поклоняются все - литературе, балету, музыке великой, - да, этот мир люблю. Но я не люблю мир Берии, Сталина, Путина, Шойгу - это не мой мир", - добавила писательница.

"Трудно быть честным человеком в наше время, очень трудно. Надо не поддаваться соглашательству, на которое всегда рассчитывает тоталитарная власть", - сказала Алексиевич. "Человеком остаться всегда страшно и всегда сложно. Надо иметь мужество", - подчеркнула она, назвав своими учителями Василя Быкова и Алеся Адамовича.

Реакция Минска

"Я за премию покупаю себе свободу. Я пишу книги очень долго, а на это нужны средства - ездить, писать, печатать. Теперь я смогу спокойно работать, не думая, где деньги взять", - сказала Алексиевич.
"Белорусская власть делает вид, что меня нет. Меня не печатают, я не могу нигде выступать, - заявила она. - Один хороший парень написал: "Как, интересно, будет вести себя Лукашенко? Домрачевой он "героя Беларуси" дал, а что теперь будет делать?".

На присуждение премии Светлане Алексиевич первым отреагировало министерство иностранных дел страны. "Мы приветствуем решение Нобелевского комитета о присуждении премии по литературе за 2015 год нашей соотечественнице, белорусской писательнице Светлане Алексиевич. Эта первая премия, полученная гражданином нашей суверенной страны, войдет в историю становления белорусской нации, общества и государства", - говорится на сайте МИД Беларуси.
Поздравления от президента писательница получила лишь шесть часов спустя после оглашения имени лауреата. "Искренне рад за Ваш успех. Очень надеюсь, что Ваша награда послужит нашему государству и белорусскому народу", - сказано в поздравлении , опубликованном пресс-службой Лукашенко.

Новый тираж

Светлана Алексиевич родилась на Украине, затем ее семья переехала в Беларусь. Она пишет по-русски в жанре документально-художественной прозы. Среди произведений Алексиевич - "У войны не женское лицо", "Последние свидетели", "Цинковые мальчики", "Зачарованные смертью", "Чернобыльская молитва", "Последние свидетели. Соло для детского голоса", "Время сэконд хэнд". Некоторые из них переведены более чем на 20 языков мира.
Генеральный директор издательства "Время" Борис Пастернак заявил 8 октября, что суммарный тираж книги Алексиевич "У войны не женское лицо" составил около двух миллионов экземпляров. Он также сообщил, что 9 октября пятитомник писательницы будет снова запущен в тираж.

http://www.dw.com/ru/светлана-алексиевич-я-не-люблю-мир-берии-сталина-путина-шойгу/a-18770867

Отредактировано Konstantinys2 (Пн, 12 Окт 2015 10:45:04)

0

8

Светлана Алексиевич: Перерождение Путина меня потрясло

Белорусская писательница, ставшая лауреатом Нобелевской премии по литературе, рассказала о своей реакции на запоздалое поздравление от Лукашенко и о том, почему Путин – это надолго.

Буквально через день после того, как стало известно, что белорусская писательница Светлана Алексиевич получила Нобелевскую премию по литературе, она приехала на встречу с журналистами в Германию, где в переводе издавались и даже переиздавались все ее книги. Простуженная и практически не спавшая из-за ночного перелета, в берлинский пресс-центр, расположенный прямо около бундестага, она добиралась на такси. Машина с трудом подъехала к зданию – дороги были заблокированы участниками проходившей здесь многотысячной демонстрации против зоны свободной торговли между ЕС и США.
Акцию протеста такого размаха сегодня едва ли можно увидеть в Беларуси, куда писательница вернулась после более чем 10 лет жизни за рубежом. О страхе белорусов, не готовых выходить на улицы, а также о том, что происходит сегодня в России и на Украине, и шел, в общем-то, разговор с немецкой прессой – политика явно волновала журналистов куда больше, чем литература. Судя по всему, саму Светлану Алексиевич тоже.

Натянутые поздравления

"Честно говоря, я была очень удивлена, но он действительно нашел в себе силы и переступил через свое негативное отношение ко мне", - так прокомментировала писательница вопрос корреспондента DW о запоздалом поздравлении Лукашенко: оно появилось спустя более шести часов после заявления Нобелевского комитета о присуждении ей премии по литературе. Перемену в настроении белорусского лидера, чьим оппонентом она является долгие годы, писательница считает тактическим ходом: "Я думаю, это связано с тем, что Россия перестала давать ему деньги, в том числе и из-за того, что хочет разместить в Беларуси свою авиабазу. А Лукашенко тянет с этим, но не потому, что действительно против – он просто торгуется".
По словам Алексиевич, это "известная игра" белорусского президента: когда отношения с Россией портятся, он поворачивается к Европе: "За это время там меняется руководство, приходят новые люди, которые думают, что переиграют Лукашенко. На наших глазах такое было уже раз пять". В такие периоды, поясняет Алексиевич, в стране не трогают оппозицию и терпят инакомыслие. В то же, что благодаря Нобелевской премии отношение к ней со стороны власти, годами не позволявшей даже печатать в Беларуси ее книги, на деле поменяется в лучшую сторону, она не верит. "У меня много больших международных премий, и это никогда не влияло на нашу власть", - отмечает Светлана Алексиевич.
Впрочем, куда больше скупых заявлений чиновников нобелевского лауреата поразило ликование обычных людей: "Они выходили из домов, плакали, обнимали друг друга, кто-то успел купить цветы. Я была потрясена. Я поняла, что вот этой униженной, забитой стране, которая все время живет в страхе, нужен был какой-то символ, какое-то чудо. Поэтому и была такая реакция – люди вдруг смогли как-то распрямиться".
Разочарование в человеческой природе
Кстати, официальная Москва также не спешила с поздравлениями пишущей на русском языке писательнице: ее, правда, поздравил министр культуры, но вот высшее руководство предпочло отмолчаться. "Я на первой пресс-конференции (после сообщения о присуждении премии. – Ред.) сказала, что Украину оккупировали. Тут вся любовь Путина и Медведева ко мне и кончилась", - рассуждает Алексиевич.

Несмотря на радость от присуждения ей Нобелевской премии, во время встречи с журналистами Алексиевич не раз упоминала о своей усталости и разочаровании. Писательница, которая "30 лет занималась историей красного человека", признается, что не может объяснить, почему общество, еще в 1990-х мечтавшее о свободе, готово повернуть назад: "Красный человек сегодня мутирует. Он хочет, чтобы была шенгенская виза, чтобы была хотя бы маленькая машина, чтобы он мог поехать в Египет и чтобы была советская власть".
Особенно поражает ее происходящее в данный момент в России. "Перерождение Путина и интеллигенции, то, что многие стали державниками, государственниками, – это большое потрясение и внутреннее разочарование в природе человеческой", – отмечает писательница. Одну из причин она видит в том, что "обобранному", "обманутому" народу не остается ничего другого, кроме как верить в собственное величие. "Россию унижают, кругом враги - повсюду это примитивное обывательское мнение, которому даже интеллигенция поддалась", – сожалеет лауреат самой престижной литературной премии в мире.
Писательница рассказала, как, идя по Москве, увидела бедно одетую женщину с плакатом, на котором было написано, что пора сажать национал-предателей. Алексиевич спросила, кто же это такие. "А вот те, кто против Путина, кто за хохлов", – услышала она в ответ. Про санкции женщина слушать не захотела, заявив, что "и раньше жили без пармезана, и теперь проживем". "Самое главное, что с людьми сегодня невозможно разговаривать, – комментирует Светлана Алексиевич. – И дело даже не столько в Путине, сколько в том, что кусочек Путина есть в каждом русском человеке – по крайней мере, в большинстве, в 86 процентах".

http://www.dw.com/ru/светлана-алексиевич-перерождение-путина-меня-потрясло/a-18775064

0

9

Нобелевская премия для Алексиевич: Байнет радуется и негодует

Новость о присуждении Светлане Алексиевич Нобелевской премии вошла в топ самых обсуждаемых белорусами в соцсетях тем. Но писательницу критикуют за отношение к белорусскому языку.

Белорусская писательница Светлана Алексиевич 8 октября стала лауреатом Нобелевской премии по литературе за 2015 год. В пресс-релизе Шведской академии указывается, что Алексиевич удостоена Нобелевской премии по литературе "за ее многоголосное творчество - памятник страданию и мужеству в наше время".
Как свидетельствует сервис MediaMetrics, сообщение о присуждении премии Светлане Алексиевич заинтересовало многих пользователей социальных сетей. Они делятся ссылками на эту новость, именно эта тема сегодня находится в числе топовых. В основном пользователи просто радуются за Алексиевич и гордятся тем, что Нобелевской премии удостоена белорусская писательница.

Однако есть и другие оценки. Некоторые пользователи соцсетей критикуют позицию Алексиевич по белорусскому языку. Так, например, в 2013 году в интервью Frankfurter Аllgemeine Zeitung, отвечая на вопрос, почему она не пишет на белорусском языке, Светлана Алексиевич сказала следующее: "Я пишу только по-русски и также считаю себя представительницей русской культуры. Белорусский язык очень крестьянский и литературно недозрелый". Однако позднее Алексиевич заявила, что ничего подобного не говорила, ее неправильно поняли.

Критика за отношение к белорусскому языку

Белорусский журналист Игорь Желтков в Facebook признается, что его не взволновала новость о присуждении премии Светлане Алексиевич. "Где Алексиевич, а где Быков... Я думаю, какой сейчас начнется крик со стороны деятелей "русскоязычной белорусской культуры", авторов, как действительно стоящих, так и графоманов". Даже белорусофобы запишутся в "белкультуру" и будут пытаться пикировать: "Смотрите детки, русский язык у белорусов признает и уважает весь мир, а белорусский никому не нужен". Аргумент с Нобелем из уст белорусофоба перебить труднее, чем с "двумя государственными языками". Ящик Пандоры открылся. Занавес".
Руководитель интернет-компании "Акавiта" Федор Короленко видит ситуацию в абсолютно негативном ключе: "После того, как Алексиевич неоднократно выказывала презрение и неуважение белорусской культуре и языку, царящий среди белорусов восторг по поводу присуждения ей "нобелевки", является лишь очередным подтверждением, что нация полностью выродилась".
Один из редакторов белорусскоязычной Википедии Максим Лепушенко интересуется в Facebook: "Следует ли в статье про лауреата развивать тему его отношения к белорусскому языку, белорусам, Беларуси и гражданской позиции в целом или забыть как страшный сон?"
Много критики со стороны белорусских пользователей соцсетей вызвало высказывание Алексея Навального, что Алексиевич - это "экспансия Русского Мира здорового человека".
Политолог Андрей Егоров на критику писательницы отвечает своим постом: "Вот сейчас весь мир знает, что Нобеля дали белорусской писательнице, и только белорусы начинают: "а на-а-а-сколько она белорусская? А может и не-е-е белорусская?" Давайте может радоваться сначала за нашу писательницу вместе со всем миром?"

Критик авторитарных режимов

Необходимо отметить, что Алексиевич является последовательным критиком авторитарных режимов в Беларуси и России. Популярный блогер Виктор Малишевский сделал акцент на первой цитате с пресс-конференции Светланы Алексиевич в Белорусском ПЕН-центре.

Журналист спрашивает: "Министр культуры поздравил вас уже?" Писатель отвечает: "Российский министр - да, белорусский - пока нет". Публицист Александр Федута на этот пост реагирует комментарием: "Но лучше бы, если бы и Мединский не поздравлял..."
Лидер движения "За свободу" Александр Милинкевич в своем блоге сердечно поздравил Светлану Алексиевич с получением самой престижной мировой награды. "Это премия всех белорусов доброй воли, белорусской литературе и белорусской нации", - написал он.
Руководитель гражданской инициативы "Говори правду" Андрей Дмитриев пишет в Facebook: "Очень примечательно, что Нобелевскую премию по литературе Беларусь получила не за художественную литературу или фантастику, а за литературу, в которой рассказывается "история маленького человека", простого человека, которого жизнь и внешние силы постоянно вовлекают в невероятный круговорот событий и он должен в них выжить, остаться собой. Это ведь большая часть истории, в том числе и нашей - белорусской".

http://www.dw.com/ru/нобелевская-премия-для-алексиевич-байнет-радуется-и-негодует/a-18770837

0

10

Путин похоронил мечту, что Россия будет европейской
17.04.2014 19:26

Светлана Алексиевич ответила на вопросы корреспондента Свободы о России после аннексии Крыма, о ситуации в Украине и о ее влиянии на Беларусь.

Корреспондент: « В недавней статье в немецкой «Frankfurter Allgemeine» о России после Крыма, Вы пишете о возвращении к сталинизму в России на волне патриотизма. К сталинизму только православного. Почему такое стало возможным в России?

Алексиевич: «Причина одна. Вот этот маленький "красный человек" затаился, он остался жить с чувством поражения. Потому что и не он делал то, что называется "перестройкой". Это делал Горбачев и кучка интеллигенции. А маленький "красный человек" проснулся неожиданно в совершенно незнакомой ему стране. И он ничего не хотел кроме того, чтобы хорошо жить. И никто не занимался изучением прошлого, не читал Солженицына, Шаламова. Это уже никому не было интересно после перестройки, хотя все это лежало на книжных развалах.

А ожидания не осуществились, так как получился дикий капитализм и это никого не устраивает, так как людей ограбили, страну разворовали. И конечно, ощущение реванша. Это желание маленькой победоносной войны очень глубоко сидела. И это имперское чувство, "великая Россия", чтобы нас снова боялись. К сожалению, объяснения самые банальные . Но это не один Путин. Это на самом деле Путин в каждом из россиян. Я, например, потеряла очень много русских друзей, потому что не могла разделить их патриотизм, их взволнованность от слова "аншлюс", "аннексия". Я человек маленькой нации и мы совершенно лишены этих чувств. Как интеллектуал я совсем иначе смотрю на эти проблемы».

Корреспондент: «То есть мы наблюдаем возвращение этого "красного человечка"?"

Алексиевич: « Он затаился. И этот маленький "красный человек" не обязательно какой-то работяга. Это и люди власти, хотя у них деньги из кармана сыплются. Неважно сознание абсолютно красная. Вот у них деньги из кармана сыплются, а для европейской элиты они все равно шпана. Здесь все иначе устроено. Здесь над механизмом свободного гражданского государства очень много работали. Это уже отлаженный механизм. Поэтому 20 лет - это очень маленький срок. Был такой большой спор в российской литературе между Шаламовым и Солженицыным.

Солженицын говорил, что лагерь очищает человека, поднимает, из лагеря он выходит большим. А Шаламов говорил, что лагерный опыт ничему хорошему не учит, он поносит человека, и он нужен только в лагере. И вот этот маленький "красный человек" вышел из лагеря. И что он сделал через 20 лет? Снова построил лагерь. Отсюда и название моей книги "Время second - hand". Добавилось только православие в самом дикое варианте».

Корреспондент: «А в Крыму также этот«красный человек»?

Алексиевич: «Они были далеко от России. Я думаю, тут вина и Украины есть. Украина, по-видимому, и не имела тех ресурсов, и люди там, говорят, трудно жили. Как и по всей Украине. У меня много родственников в Украине и люди очень трудно живут. А сейчас я не знаю, что будет.

И издали начинается идеализация этой огромной страны. Мы же все из общества насилия, у нас нет другого опыта жизни. И потому всякое проявление силы кажется величием. И такой, видимо, издалека им это страна и казалось. Я думаю, что и на самом деле Крым проголосовал за вхождение в Россию. Мне самой Севастополе кажется российским городом.

Но все, что произошло и как это произошло, - это не цивилизованно. Ведь с таким трудом после второй мировой войны выстроили мир, определенные правила и вдруг оказывается, что все это можно взорвать за несколько недель. Я живу абсолютно с чувством поражения, которое есть у многих людей моего поколения. Ведь Путин вовсе похоронил мечту о том, что Россия будет европейской . И то, что в Беларуси есть европейские пути. Мы также от них очень зависим, к сожалению, мы очень связаны. Теперь уже продемонстрирована такая сила, что Лукашенко оказался на коротком поводке, ему уж точно не вырваться».

Корреспондент: «А как на ваш взгляд повлияет это ситуация на Беларусь?"

Алексиевич: «Я думаю, что до поры до времени мы сохраним такой вот суверенитет. Но если ничего не поменяется, маловероятно, что что-то может поменяться. Ведь были времена маккартизма в Америке - это продолжалось не один год. Такие темные энергии, когда вырываются из народа, имеют очень длинную центробежную силу. Они долго будут продолжаться. Возможно, несколько поколений будут заражены этим. У нас будет слабая независимость и поэтому власть молчит, ведь это понятно».

Корреспондент: «Лукашенко говорил, что у нас вся страна русскоязычная, то это, мол, ерунда каких-то русскоязычных здесь защищать? Была все же ошибочной это русификация Беларуси в последние годы?"

Алексиевич: «У нас расейскоязычность не из-за страха, не из-за какой-то целенаправленной политики. Для сегодняшней российской элиты серьезно не существовало ни украинского государства, ни белорусского
государства.

А то, что мы говорим на русском языке - это наши глубокие исторические проблемы. Небольшой народ был всегда угнетён, никогда не жил своей жизнью. Поэтому расейскоязычность не политическая затея, это наши внутренние исторические проблемы, наши собственные комплексы. Меня очень радует нынешняя интерес к белорусскому языку, столько людей записывается на курсы. На сегодняшний момент - это форма сопротивления. Не брать же винтовку и идти в лес. Это сегодня маловероятно. Это до какой степени отчаяния надо довести народ, как в Украине, чтобы это случилось. И не дай Бог, чтобы это произошло. Я поклонница ползучей эволюции. Это лучше, чем любая революция. Ни одна революция не приносила красивых плодов. Я сторонница движения жизни».

Корреспондент: «Как вы думаете, что дальше будет с Украиной?"

Алексиевич: «Я не политик, я творец. Я думаю, что дело может даже дойти до партизанской войны в некоторых областях Украины. Но мне верится, что все же это сильный народ. Мне нравился и первый Майдан, и второй Майдан. То есть мне нравились люди, которые это делали. Хотя что касается второго Майдана, то там есть проблемы с "Правым сектором» , с радикалами. Мне нравились сами люди, но политики, которые потом разьменьвали этот Майдан или превращали его в нечто другое, это уже другая сторона дела.

Мне кажется, что Украина очень слабая сейчас. И если на самом деле США и Европа не помогут Украине экономически и политически, то это будет очень трагично. Это может быть Югославия рядом. Ведь бедного человека заставить кого-то ненавидеть очень легко. Если найдется лидер не такой горячий как Тимошенко если найдется сильная, разумная личность, пусть это будет не Рузвельт, но разумный, трезвый человек, которого примет Запад и с которым будет считаться Россия, тогда сохранится украинское государство.

На этот раз Запад довольно сплоченный. Россия почувствовала силу Запада, ибо все поняли, как это опасно. Я думаю, что Европа приложит усилия, чтобы украинское государство сохранилось, а не исчезла как Сомали. Но опасность велика, что ее разорвут на какие-то куски. Я много людей знаю в Украине, и они верят в свое будущее. Наверное, надо жить там, чтобы это почувствовать.

И насколько я разочаровалась в некоторых своих российских друзьях, настолько меня захватили украинские. Я думаю, у этой страны есть будущее, хотя сейчас трудное время. А что касается Путина, я думаю, ему не позволят эти военные походы, и я подозреваю, что он и сам этого не хочет. Но он взял на себя какую-то миссию и теперь вынужден ей соответствовать. А маленькому человеку сложно постоянно быть большим, в какой-то мессианской позе. Его слишком мистифицируют. Россия не так сильна, чтобы делать вызов миру».

Корреспондент: «Путин говорит о бандеровцах, что он не признает новую власть ... »

Алексиевич: «Это исходит из одного, что они серьезно не ставятся к Украине как к отдельному государству. Им кажется, что тот  кто ушел из этого российского пути, то это какие-то предатели. Они даже со своей элитой устроили разборки: если ты не с нами, то ты уже национал- предатель. На этом фоне уже Лукашенко выглядит меньшим диктатором, чем Путин. Во всяком случае у нас нет этих диких законов о сексуальных меньшинствах, о защите православия. Я даже удивилась, что мы не повторили эти глупости».

Корреспондент: «Лукашенко говорит, что он против фэдерализации Украины, признает легитимность властей. Вы верите этим заявлениям?"

Алексиевич: «Я вообще не верю большим политиком. Я думаю, что они сами не знают во что они верят. Они будут верить в то, что на данный момент служит каким-то целям. Я не верю ни Путину, ни Лукашенко. В наших краях « политикам нельзя верить . А тем более таким тоталитарным.

Мы видим  что есть переодетые российские военные в Украине. А Путин смотрит в лицо мира и говорит, что там их нет. Он говорил, что их не было и в Крыму. Европейцам тоже трудно нас понять. Мне кажется, что Обама и Европа ведут себя очень разумно.

Вот Лукашенко говорит, что это слабые политики. А это на самом деле современные политики. Это политики, которые представляют общество, которое совсем не хочет обуть дурацкие сапоги, взять автомат и идти куда-либо. Люди любят жизнь и умеют жить. У них совсем другие ценности. Никакой военный там не скажет, как недавно говорил Грачев, что наши парни умирали в Чечне с улыбкой. Такое мог сказать человек, который вылез из какой-то баррикады, на которой провел всю жизнь».

svaboda.org/content/article/25334939.html

Отредактировано Konstantinys2 (Пн, 12 Окт 2015 11:09:04)

0

11

Егор Холмогоров: Вручена Нобелевская премия по нелитературе
8 октября 2015, 16:20

Нобелевская премия белорусской писательнице Светлане Алексиевич – явление политическое. Формируется некий морально-гуманитарный авторитет «европейского образца», который должен оказывать давление на Лукашенко.

Единственная асcоциация с творчеством Светланы Алексиевич у меня такая. Школа. Шестой класс. Выставка рисунков, посвященных Дню Победы. Нарисована театральная афиша, на ней женское лицо в красноармейской каске: половина лица молодая и красивая, вторая – почерневшая и сморщенная. И надпись: «У войны не женское лицо».

Впрочем, при чем тут Алексиевич? Это был спектакль Театра на Таганке «про войну». Автора документальной повести, по которой был поставлен спектакль, никто, кажется, не запомнил.
Поэтому 99,9% граждан нашей страны и 95% представителей нашей интеллигенции будут сегодня с мучительным стыдом вспоминать, кто такая Светлана Алексиевич и как такое может быть, что десятилетиями рядом с нами жила великая писательница, удостоенная Нобелевской премии, а мы ее не заметили и не оценили.

Самое большое давление будет оказываться, конечно, на читателя российского. Ему будут объяснять, что именно пишущая на русском языке Алексиевич и есть истинный «русский мир», не то что ваши ополченцы и дети Донбасса.

Соответствующие заявления уже начались. Олег Кашин, сделавший своим «Письмом вождям» собственную заявку на «нобеля» по литературе (в конечном счете должно же быть больше ада), уже так и объясняет, вспоминая самые мощные из приемов того далекого времени, когда он был «путинским пропагандистом».

Алексей Навальный заходится от счастья, что украинская писательница с белорусским паспортом, живущая в ЕС и пишущая на русском языке, получила Нобелевскую премию.

Подскажу ему лайфхак: если украинский политик Навальный, имеющий российский паспорт, переедет в Польшу и начнет выступать исключительно на белорусском языке, Нобелевская премия мира ему гарантирована.

Хотя в этом есть некоторый риск. Всего три дня назад лауреат Нобелевской премии мира 2009 года разбомбил лауреата Нобелевской премии мира 1999 года. 22 погибших. Так что, получив премию, нужно еще убедиться в том, что это ты будешь бомбить, а не тебя.

Поэтому давайте установим раз и навсегда. По отношению к русской литературе творчество Алексиевич – явление глубоко периферийное. В России есть примерно сотня писателей, превосходящих ее по литературному мастерству, независимо от того, читать их в оригинале или переводе.

Даже в довольно узкой нише документальной прозы Алексиевич не выдерживает сравнения ни со сравнительно рукопожатным Леонидом Юзефовичем, ни с духоносным архимандритом Тихоном. Я уж не говорю о достопочтенном старце Данииле Гранине, из которого Алексиевич вырастает, как из шинели.

Даже среди наших шумливых либералов-антипутинистов, ратующих за европейские ценности, каждый второй пишет лучше. То есть если считать, что Алексиевич дали премию как писательнице на русском языке, то, если считать ее творчество нижней планкой, Нобелевскому комитету придется лет двадцать выдавать по десять премий в год, чтобы наградить всех, кто пишет не хуже.

Если считать, что Алексиевич наградили как белорусскую писательницу – ситуация меняется. Несмотря на вроде бы союз, белорусская литература, оторванная от русской, оказалась в каком-то гетто. Василь Быков и Алесь Адамович, производным явлением от которых является Алексиевич, уже умерли. На том холодном небосклоне новая нобелевская лауреатка, конечно, звезда, даже если и карликовая.
Поэтому понятно, что, как это в последние годы для Нобелевского комитета и обычно, премия Светлане Алексиевич – явление политическое. Формируется некий морально-гуманитарный авторитет «европейского образца», который должен оказывать давление на Лукашенко.

По отношению к белорусскому президенту, ославленному «последним диктатором Европы», позиция Алексиевич вполне негативна, и в самой Белоруссии она рассматривается как оппозиционерка, «змагарка» (что-то вроде «бандеровки», только, в общем-то, еще хуже).

Несколько лет назад этот жест Нобелевского комитета был бы воспринят президентом Белоруссии как оскорбительный вызов. Но сегодняшняя Белоруссия ощутимо меняется.

Флирт Лукашенко с Западом заходит все дальше, антироссийские жесты и пропаганда становятся все более часты, отмежевание от «русского мира» и стремление переоформить Белоруссию в наследницы Великого Княжества Литовского – все более напористы.

Довольно комичные поездки Лукашенко по европам и америкам с наследником Колей похожи на попытки заручиться поддержкой для долгосрочного сохранения режима. И на этом фоне премия для Алексиевич, уже заявившей, что на фоне Путина Лукашенко не совсем уже и диктатор, вполне может стать своеобразным мостиком на пути дальнейшего отступничества белорусского лидера.

Идеологическая эволюция белорусского режима в сторону русофобии и то, что Москва опять проворонила этот процесс, понадеявшись на то, что «все схвачено», и вообще не ведя проросийскую работу, – это вообще отдельная грустная тема. Но, может быть, хотя бы история с нобелевкой Алексиевич (западной украинке по происхождению и определенной еврорусофобке) заставит наши идеологические департаменты зашевелиться.

А надо-то в Белоруссии не так уж и много. Постоянная поддержка той части интеллигенции, которая ориентирована на Россию и русский мир. Последовательное поддержание идеи единства русской земли и русского православия во все эпохи. Защита памяти о русских героях, защищавших белорусский народ от полонизации – митрополите Иосифе (Семашко) (постыдно, что он до сих пор не канонизирован РПЦ), Михаиле Муравьеве, которому нет ни одного памятника, историке Михаиле Кояловиче...
Ну и самое главное – создание атмосферы единства и равенства в культурном пространстве между Брестом и Москвой, так, чтобы выходцы из Белоруссии не чувствовали себя мигрантами, чтобы именно Москва, а не Варшава и не Стокгольм, была для них культурной столицей.

Что же касается России, то для нее премия Алексиевич никакого значения не имеет. Нобелевский комитет давно уже превратился в этом смысле в номенклатурное учреждение, далекое от живого слова отдельных наций. Особенно это касается русской. Вы можете себе представить, чтобы Нобелевскую премию дали, к примеру, Валентину Распутину, который еще полгода назад был жив?

А ведь их литературный масштаб несопоставим. Да что там, даже Нобелевская премия Пелевину была бы совершенно пелевинским абсурдом.

Все случаи литературных нобелевок русским писателям имели отчетливый политический контекст. Премии Бунину, Пастернаку, Солженицыну были антисоветской пропагандой, премия Шолохову – умиротворением просоветских левых в Европе, премия Бродскому – своеобразной зарисовкой в «цивилизованный мир» эпохи перестройки.

Но в целом, в длительной временной протяженности, те, кто давал эти премии с политическим расчетом, должны были пожалеть. Достаточно вспомнить метаморфозу Солженицына, который именно после «нобеля» стал резко праветь, перестал скрывать свое славянофильство, и сегодня его поздние идеи и тексты лежат одним из краеугольных камней в фундаменте «путинизма». Или Бродский, чье убийственное стихотворение «На независимость Украины» проштамповано «лауреат Нобелевской премии по литературе».

Светлана Алексиевич вряд ли проделает сходную эволюцию, поскольку она не русский писатель, не имеет особого отношения к русской литературе. Однако определенных неприятностей ожидать от нее, несомненно, следует. «Незалежные» русскоязычные авторы очень любят вмешиваться в политику страны и народа, от которого они отнезалежились.

Достаточно вспомнить, как наставники Алексиевич – Адамович и Быков – в октябре 1993-го подписали «Письмо 42» с требованием стрелять и вешать всех, кто не согласен был с либеральным госпереворотом в Москве. И это при том, что уже два года были иностранцами.

Так что, если вы обнаружите подпись Алексиевич под призывом убивать «ватников и колорадов», проштампованную «лауреат Нобелевской премии по литературе», тоже не особо удивляйтесь. Это не наша Нобелевская премия.

Восторги нашей демшизы можно понять. Они в полной уверенности, что бледнолицые братья подогнали им мощный таран против «режима». Но вот беда – машина репутаций сломалась. Во-первых, по объективным причинам: нельзя до бесконечности давать премии политкорректным третьеразрядностям, в то время как рядом с ними в списке, к примеру, Том Стоппард, абсолют ныне существующей элитарной литературы, или Джордж Мартин, абсолют литературы массовой.

Вы помните, кто получил «нобеля» по литературе в прошлом году? А кто в позапрошлом? Как «всемирная литературная премия» нобелевка превратилась в какой-то филологический хоспис и в этом смысле никому не интересна. Вторая причина – это то, что рукопожатные герои перестают быть интересными в самой России кому-то, кроме узкой тусовки.
При помощи западных фондов и премий российская оппозиция лепит параллельный мир, где над умами властвуют титаны Звягинцев, Немцов, Алексиевич. И надеются, что однажды при помощи митингов и абрамсов навяжут этот параллельный мир всей нации, как вторую ложную память.

Но этого уже не будет. Провал «арабской весны» показал, что даже обществам с гораздо менее разработанным культурным потенциалом навязать эту жвачку не удается. А Россию они потеряли безвозвратно. Они ей просто скучны.

У нас были Саур-Могила, вооруженный хулиган Лимонов, «Спутник и Погром» и так взбесивший до жалкой болтовни Алексиевич флаг над Крымом. Мы прошли через настоящую боль Одессы и Горловки. Наши ракеты поражают варваров и головорезов с Каспия.

Забыть все это ради нобелевского вторсырья? Даже если наш народ разочаруется, то больше любить этого Навального, Порошенко и Алексиевич он не будет. Гораздо лучше вспомнить о том, что Нобелевские премии были учреждены на деньги, полученные Нобелем с нашей нефтяной и оборонной промышленности.

Не думаю, что даже в нынешние кризисные времена составит проблему вручать миллион долларов в год хорошим писателям и ученым. Моральный вес такой премии даже сегодня будет, пожалуй, побольше, чем у Нобеля

http://vz.ru/columns/2015/10/8/771276.html

0

12

Наталья Ломыкина
журналист   
Урок чтения: кто такая писательница Светлана Алексиевич
09.10.2015 16:42

Лауреатом Нобелевской премии по литературе за 2015 год стала белорусская писательница и журналист Светлана Алексиевич, автор цикла книг-вербатимов «Голоса утопии». Почему именно сейчас и кто такая Светлана Алексиевич — в обзоре Forbes Woman

Лауреатом Нобелевской премии по литературе за 2015 год стала белорусская писательница и журналист Светлана Алексиевич. Автор документального цикла книг-вербатимов «Голоса утопии», посвященного истории «красного человека».
Она создавала его на протяжении 35 лет, бесконечно разговаривая с людьми, скрупулезно записывая и расшифровывая голоса очевидцев.

«У войны не женское лицо», «Последние свидетели», «Чернобыльская молитва», «Цинковые мальчики», «Время секонд хэнд» — каждая из этих книг собрана из разрозненных фрагментов в единый текст. Это живые голоса свидетелей крупнейших катастроф ХХ века, которые, благодаря Светлане Алексиевич, прозвучали на весь мир.
Безусловно, это публицистика. Мощная, приближенная к литературе, но публицистика, что, конечно, прекрасно понимали члены шведской королевской академии наук. Светлане Алексиевич присудили премию с исчерпывающей формулировкой «за ее многоголосое творчество — памятник страданию и мужеству в наше время». И это снимает вопрос о том, почему литературный Нобель дали по сути журналисту. «Описывая людей советского времени, постсоветского, она перешагнула границы журналистики, создав совершенно какой-то новый литературный жанр. Она просто замечательный писатель!» – прокомментировала выбор Нобелевского комитета постоянный секретарь Шведской академии Сара Даниус и отметила, что академия единогласно проголосовала за нового Нобелевского лауреата. Литература нонфикшн в последнее время играет такую существенную роль, что не так уж важно, публицист Алексиевич или все-таки писатель. Важно, что ведущую мировую награду в области литературы дали гуманисту, автору мощных полифонических текстов, написанных на русском языке. Нобелевская премия Светланы Алексиевич — несомненная победа всей русской культуры.
Читать книги Светлана Алексиевич психологически очень сложно. Окунаешься с головой в поток человеческих страданий, горьких воспоминаний, страшных в своей обыденности подробностей.
Это коллаж судеб, многомерная инсталляция,  литературный вариант современного искуства: интонации в тексте сменяют одна другую, и этот кричащий, шепчущий и стонущий многоголосый хор становится голосом Истории. Причем истории недавней, так что читатель зачастую может добавить к написанному и свой собственный голос.
В самой известной своей работе — «У войны не женское лицо» (1985) — Алексиевич сохранила и передала голоса женщин, переживших Великую Отечественную.  Трагическую «Чернобыльскую молитву» (1997) составила из интервью с теми, чью жизнь перевернула ядерная катастрофа 1985 года — с жителями Припяти, ликвидаторами, врачами, учеными... В книге «Цинковые мальчики собрала берушие за душу рассказы сотен жен и матерей тех солдат и офицеров, которым не суждено было вернуться с афганской войны. В последнем произведении «Время секонд хэнд» она дала высказаться тем, кто пережил девяностые годы.
«Воспоминания – капризный инструмент, признается Светлана Алексиевич. -  Человек складывает туда все: как он жил, что читал в газетах, слышал по телевидению, кого встретил в жизни. Понимаю, что имею дело с версиями, у каждого своя версия, а уже из них, из их количества и пересечений рождается образ времени и людей, живущих в нем.
Именно там, в теплом человеческом голосе, в живом отражении прошлого скрыта первозданная радость и обнажается неустранимый трагизм жизни.
Я писала историю «домашнего», «внутреннего» социализма. Как он жил в человеческой душе. Меня интересовало то, что большая история не замечает. Пропущенная история. История чувств: что человек понял о себе, добыл из себя. Весь мир его жизни. Самое маленькое и человеческое. Записывала в квартирах и деревенских хатах, на улице и в кафе, в поезде. Среди мира и на войне. В Чернобыле».
Светлана Алексиевич – белорусский автор, пишущий о советском и постсоветском пространстве на русском языке. Она родилась в 1948 году в украинском  городе Иванo-Франковске, училась в Белорусском государственном университете в Минске, печаталась в Москве, а последние 10 лет жила в Европе, а в 2013 году снова вернулась в Белоруссию. Однако писательница Светлана Алексиевич несомненно принадлежит к традиции русской литературы в самых существенных ее качествах – гуманизме, внимании к голосу «маленького человека», сострадании к человеческому несчастью. В одном из интервью она обозначила главную идею своих книг так: «Я всегда хочу понять, сколько человека в человеке. И как этого человека в человеке защитить».
У Светланы Алексиевич более 20 мировых наград, в том числе престижная Международная премия мира немецких книготорговцев, лауреаты которой уже становились нобелиатами (Альберт Швейцер, Герман Гессе, Орхан Памук). Ее книги издавались и издаются в 19 странах мира, в том числе США, Германии, Великобритании, Японии, Швеции, Франции, Китае, Вьетнаме, Болгарии, Индии.
Нобелевскую премию присуждают писателю не за какое-то конкретное произведение, а за творчество в целом, за глубинные свойства поэзии или прозы, за верность определенным идеалам.
И в этом смысле 67-летняя Светлана Алексиевич не выскочила в этом году «как черт из табакерки», она полжизни  последовательно писала летопись советского времени, собирала мозаику тысяч cудеб в масштабное полотно.
Раз уж в прошлом году лауреатом стал Патрик Модиано, который, по собственным же словам, всю жизнь пишет одну и ту же книгу об оккупации Франции во время Второй мировой, почему недостойна премии Алексиевич, которая пропустила через себя самые мощные катастрофы ХХ века и сохранила их в живом тексте. В отличие от многих других решений логика Нобелевского комитета в этом году понятна большинсту европейских читателей. Это третья номинация на «нобелевку» Светланы Алексиевич и каждый раз, по мнению букмекеров, она была среди главных претендентов. В этот раз букмекеры изначально называли ее фаворитом, за день до оглашения премии ставки на ее победу выросли с пяти к одному до трех к одному. И то, что букмекеры оказались правы (а это случается крайне редко) свидетельствует как раз о том, что решение Нобелевского комитета было ожидаемо и понятно. После Бродского, получившего Нобеля 28 лет назад, Светлана Алексиевич стала первым писателем, выбранным в русскоязычном культурном пространстве. Кроме того, она первый русскоязычный автор среди 14-ти женщин-лауреатов Нобелевской премии. И, как справедливо пишет Андрей Архангельский, «в этом выборе Нобелевского комитета также есть известная тонкость: тем самым он как бы дает надежду и той стране, на языке которой пишет нынешний нобелевский лауреат по литературе» и женщинам, пишущим на русском языке — тоже.
Секретарь Шведской академии Сара Даниус рассказала, что Светлана Алексиевич встретила новость о присуждении ей премии одним словом — «Фантастика!».
Писательница уже подтвердила, что приедет на церемонию вручения премии, которая состоится в день смерти Альфреда Нобеля в Стокгольмской филармонии 10 декабря. В этот день лауреаты получат золотую медаль с его изображением из рук короля Швеции Карла XVI Густава, а на следующий день Нобелевский фонд перечислит лауреатам денежную составляющую награды — 8 млн шведских крон (950 тысяч долларов). На пресс-конференции Светлана Алексиевич сказала, как распорядится присужденной премией: «Я за премию покупаю себе свободу. Я пишу книги очень долго, а на это нужны средства — ездить, писать, печатать. Теперь я смогу спокойно работать, не думая, где деньги взять»

http://www.forbes.ru/forbes-woman/karer … leksievich

0

13

Konstantinys2 написал(а):

Светлана Алексиевич: "Я не люблю мир Берии, Сталина, Путина, Шойгу"

Чумовая тетка!

Как у них язык поворачивается ставить подобное в один ряд?
Это неуважение в невинным жертвам Берии...

Эти засранцы говорят, что у них судьба сейчас как в 37 году.
Мерзавцы!

0

14

Жаль, что сейчас не 37-й) Они могли бы сравнить времена))

0

15

Бармен написал(а):

Жаль, что сейчас не 37-й) Они могли бы сравнить времена))

Типун тебе на язык. :D

Я бы первая загремела в лагеря со своей теорией Гумилева.

А тебе пришлось бы слать мне передачки и оправдываться за дружбу с врагом народа.))))))))))))))))

0

16

Maquis написал(а):

Типун тебе на язык. :D

Пошел к зеркалу посмотреть на типун :D

Maquis написал(а):

Я бы первая загремела в лагеря со своей теорией Гумилева.

Стахановка, первая она... Тебе не положено, вишь есть другие претенденты))

0

17

Maquis написал(а):

Типун тебе на язык. :D

Я бы первая загремела в лагеря со своей теорией Гумилева.

А тебе пришлось бы слать мне передачки и оправдываться за дружбу с врагом народа.))))))))))))))))

И я бы загремела. Со своей личной теорией.... Язык мой, враг мой... Вот опять нет смайлов...

http://forumfiles.ru/files/000b/db/32/58064.gif

0

18

Сейчас Костя придет и всем нам по шее надает.

Флуд перенесла во флудилку.)))

0

19

http://forumfiles.ru/files/000b/db/32/58064.gif по делу ничего нельзя сказать прямо

0

20

Почему наши страдания не конвертируются в свободу? ("Радио Польша", Польша)
Беседа cо Светланой Алексиевич о том, как писать об истории России и СССР.

14/10/2015

Как писать о тех составных истории России и СССР, которые хочется обойти стороной или стереть из памяти? Советский человек, социализм и другое. Об этом с известной белорусской писательницей Светланой Алексиевич Сандра Ужуле-Фонс беседовала в июне 2015 года, в Варшаве. Писательница была специальным гостем фестиваля «Большой книги» (Big Book).

Радио Польша: Светлана Александровна, ваше творчество показывает, как можно писать об истории России и СССР. Это Вторая мировая война, в частности, показана сквозь призму женщин, которым ни место на войне, но затем им нет тоже места в обществе. Это Афганистан — «Цинковые мальчики», вернее — цинковые гробы, которые возвращаются потом к матерям. Это Чернобыль. Сейчас в историю России вписывается еще очередной виток — аннексия Крыма. Чей голос в истории этого конфликта на востоке Украины вам слышен?

Светлана Алексиевич: Я тридцать с чем-то лет писала свою историю красного человека, красной идеи и, конечно, мой главный герой — это был свидетель. Человек, который реально участвовал в процессе, в жизни и которого никогда никто не слушал. Это люди, которые молчали, бесследно уходили из истории. Я недавно была на Украине. Я всегда старалась разговаривать с людьми. Когда я была на Майдане, там есть такой импровизированный живой памятник, фотографии «Небесной сотни» и я больше часа там ходила, и конечно, я разговаривала с людьми. Прибежали какие-то дети, школьники, какая-то плохо одетая женщина, молодые люди, вообще разные люди и я разговаривала с ними. Я слышу эти голоса и могу сказать мое главное впечатление, что я очень рада была, что во мне тоже украинская кровь. Моя мать украинка, моя любимая бабушка тоже украинка. Я видела, слышала и вынесла из всех их разговоров, что люди очень верят, что на этот раз у них получиться и очень бы хотелось, чтобы Европа им помогла. Это будет очень важно для победы демократии на этом пространстве России и Белоруссии победа на Украине будет иметь очень большое значение. Как всегда, это все очень трагически. Что меня еще удивило, что нет той ненависти, а я, как раз, приехала из России в Киев, которой я слышала в России. Просто невозможно сесть ни в транспорт, ни в такси, ни в кафе заговорить, просто мгновенно все накаляются, раскаляются. Это такая агрессия, что в ней почти что-то физиологическое. Это имперство. Это обида за 20 лет, когда ничего не получилось. И за то, что они обобраны, обокраны. Что Россию растянули, что никто никакой программы сегодня не имеет, кроме Путина, который имеет вечную русскую программу: вокруг враги, объединяемся, у нас свой код, у нас своя демократия. Вот мой свидетель — человек живущий в это время, это мой герой, это тот, кто сегодня доносит реальную правду о том, что происходит. Потому что писатель, журналист — они все равно ангажированы. Газеты, которые служат собственными убеждениями. А здесь кричит сама жизнь.

Скажите, пожалуйста, как поменялось ваше личное отношение к России в связи с событиями на восточной Украине?

— Нельзя сказать «Россия». Россия разная. Там есть Россия, которую я люблю, мои друзья. Правда, когда я написала несколько статьей о том, что происходит на Украине, особенно статью «Коллективный Путин», то я потеряла некоторых друзей. Но очень много моих друзей осталось. Я уже не буду говорить банальности, это Достоевский, Чехов, т.е. Россия та, которую я люблю, осталась. А Россия вообще, которая в этом смутном времени проявилась, это средневековье, архаика — это, конечно, для меня большое потрясение, шок. Никто из нас не ожидал этого. В 90-ые годы мы были наивные. Мы думали, что свобода — вот она. Нет империи, ушли коммунисты, как бы. Они не ушли, они просто сделали перегруппировку. А самое главное — остался человек после империи, после социализма. Произошло то, о чем давно говорил Шаламов, что лагерь развращает и палача, и жертвы. Это с нами произошло.

— Остается человек. человек, которого вы описали в своей последней книге из серии «Голоса страны Утопии». Это советский человек. Явление, которое, в принципе, для молодого поколения может оказаться экзотикой в каком-то смысле. Человек, который важен для вас, потому что вы показываете свое поколение, свой пример. Человек, на которого на Западе могут смотреть как на пережиток. Мол, не стоит смотреть назад, давайте пойдем вперед. Скажите, пожалуйста, а что есть светлого в советском человеке?

— Я хочу сказать, что это такое массовое заблуждение. Что вы свободные от советского, что вы какие-то свободные. Я могу сказать, что те, кто вырос, даже в малом возрасте, но в советской семье, его учили по советским учебникам, его учили советские учителя. Так, что, не думайте, что вы свободные, что вы какие-то особенные. Я думаю, что это будет два — три поколения еще такое лежать. Это не история. Мы сегодня видим, что именно советский человек пошел, как когда-то у нас говорили, в последний бой. И коммунизм, может быть, только сейчас уходит. Во всяком случае Украина делает попытку, но это огромная кровь. Когда ты идешь и в течение часа на улицах встречаешь несколько инвалидов, то ты понимаешь, что ты в воюющей стране. На счет советскости, истории, мы с вами не находим общего языка. А если говорить о прошлом, в моей книге как раз исследуется этот домашний человек, который живет в душе. Социалистическая идея не такая примитивная и откровенная как фашистская идея, где все совершенно откровенно и ясно. И то, огромная культурная нация попала в ловушку этой идеи. А в социализме еще хуже. В нем очень много, особенно когда это начиналось. Все начиналось с мечты, желания, чтобы все были свободны, равны. Желание перепрыгнуть целую формацию — капитализм, с феодализма, без буржуазии, без собственности индивидуальной, пытались шагнуть в какое-то небесное царствие. Но это характерно для русской ментальности, т.е. чудо. Иванушка-дурачок женится на прекрасной царевне. И за какие такие заслуги? Просто удивляешься, что она нашла в дурачке? Это чудо. Я думаю, что идея социализма еще долго будет искушать людей. Она, конечно, придет, но придет в каком-то другом варианте, на каком-то другом витке развития, когда общество будет совершеннее, человек, будем надеяться, будет совершеннее, хотя XXI век, а он как бы «дичает». Этот тонкий слой культуры очень быстро слетает в экстремальных ситуациях. Мы это видим на Украине, на событиях в Одессе, мы это видим на том, что такое война, как человек быстро превращается в зверя. И это, конечно, огромное испытание. Тем более, эти 20 лет в каком-то смысле культурно потеряны. Это очень большая проблема. И так отрицать наивно, что такое социализм, что это, «совок». Нет, это не «совок». Я в книге пыталась показать, что чистые, хорошие люди, такие как мой отец, верили в это. Отец, умирая, попросил, чтобы ему партбилет положили в гроб. Он верил. Он был директором школы, учителем, он очень долго работал в школе. Он просто считал, что у нас не получилось. Это было его убеждение и мне не за что его упрекнуть. Понимает, «палач и жертва» — это два такие вещества, которые у нас живут в одном теле. Мы живем среди них и настолько добро и зло перемешано, что очень трудно разделить.

— Если говорить о чудесах, которые есть в русской душе, или той русско-советской душе, о которой вы пишете в своих книгах. Ваша следующая книга будет о любви. Каким образом западному читателю можно представить русскую душу? Чем для вас является мифическая русская душа?

— Я думаю, что нет такой особой русской души. Говорят «американская мечта», но никто же не говорит «американская душа» или «японская душа», хотя это действительно целый отдельный мир, который, когда я там была, меня потряс. Есть своеобразный некий миф, особенно в Европе, о русской душе. Но есть некоторые основания этому мифу, не только «достоевские основания», потому что, когда ездишь по этой огромной стране, казалось бы — мы белорусы — близки, но ты сразу чувствуешь, что это другое пространство, другие люди, другая история. Это все совершенно другое. Я не знаю. Я исследую человеческую душу и как раз занимаюсь демифолигизацией. А все эти мифы — это все красиво, о сейчас поднято из глубин темноты человеческой и в России они очень используются, но я не сторонник этого.

— Это не только используется в России. Это поднято, для того, чтобы формировать идентичность народа. Нас всех, русскоязычное общество, объединяет русский язык. Есть что-то, кроме истории СССР, что вы видите общего в Белоруссии, Украине, России?

— Я думаю, что, все-таки, общее это, наверняка, то, что оставил социализм. Это ощущение равенства, одинаковости. Люди, особенно в России, не любят богатых. Как же, недавно все жили одинаково! Например, у меня есть маленький дом в деревне под Минском и очень часто люди приходят и просят денег, чтобы помочь в какой-то ситуации. И когда я говорю, что деньги нужно заработать, ведь продают дома с огромными участками. Давай, покоси траву, что-то сделай. И человек воспринимает это как унижение. Как это он будет? Мы вроде равны. Произошла какая-то подмена понятий. Стыдно работать. Хотя на Западе не стыдно никакой работой заниматься, когда тебе нужны деньги. За границей они будут зубной щеткой полы мыть, а у себя дома они стараются играть в какие-то игры. Дети голодают, на одних макаронах сидят, но какая хорошая машина, конечно потрепанная иномарка, но немножко крутая, как ему кажется. Путь к свободе — это очень долгий путь. Это мы теперь поняли.

— Скажите, пожалуйста, в случае Белоруссии, что вы видите как элемент, который может объединить белорусов. Вы говорили о том, что возможно это не будет белорусский язык, за это белорусы как бы обиделись на вас…

— Они опят как бы не поняли. Я говорила о проблемах, которые существуют на «Радио Свобода». Я совершенно не говорила о тех, кто говорит на белорусском языке. Я просто говорила, что на «Радио Свобода» тусовка. И как раз там собралось какое-то агрессивное общество, которое, судя по комментариям, вместо того, чтобы учиться новой жизни, учиться жить в новых реалиях, они думают, что воевничие запалы и то, что они «ховорить» достаточно плохо на некой наркомовце, что они уже причастны к чему-то. Я только лишь об этом говорила. А что касается белорусской мовы, я думаю, у Беларуси два пути. Это мой взгляд, я не политик, но у меня есть такое предчувствие. Или она каким-то образом сможет вырваться из объятий России и повернется в сторону Европы. Хотя кто ее отпустит? Это мало вероятно. Уже вышли какие-то статьи в московской печати «ты, батька, давай определись, и Белоруссии не будет, будут и у тебя зеленые человечки». Я не думаю, что это журналист просто сам по себе написал. Это же какие-то настроения в политической элите. Нам бы пойти в сторону Европы. Вспомнить нашу историю, когда мы были вместе и вспомнить Магдебурское право и много чего есть вспомнить белорусам. Или они окажутся в большей зависимости от России и нас сможет тянуть в воронку, потому что, судя по всему, Россия ввязалась на Украине в большую войну и чем это кончится — еще неизвестно. Это очень долгая история. И все это средневековье, православие, народность — это все тоже пугающее. По-моему, Беларусь пока не пережила достаточно агрессивный, опасный период — период национализма, что пережили, как уже все страны. И тоже, как мы знаем, была и кровь и все, так что такая опасность над нами тоже существует. Какие силы происходят в обществе, и что там, мы не знаем. И власть, которая зачищает площадки все, она тоже не знает, что, на самом деле, происходит.

— В своей книге «Время секонд хэнд» вы показываете, что советскому человеку постоянно сопутствует чувство страха. В случае Беларуси, в условиях диктатуры, это также ощутимо. Видите ли вы какие-то механизмы, каким образом человек может избавиться от этого чувства страха?

— Это же тотально, человек не защищен при авторитаризме. Особенно люди в этих наших маленьких городах, Столбцах, деревнях, где работы практически нет. Конечно, они боятся. Во время выборов они делают то, что им прикажут. И я даже не нахожу в себе права обвинять их в этом. Говорить, как некоторые наши деятели в оппозиции говорили, мы придем к власти и мы вам всем покажем. Но, покажи, когда ты сидишь где-то в Лондоне и ты свободный. Или когда ты с двумя, тремя детьми в этой школе. И больше никаких вариантов. Все мы знаем пример Натальи Ильинич, очень потрясающей женщины, которую вышвырнули из школы, даже не разрешили быть ни почтальоншей, ни уборщицей, потому что оказывается она извращает молодежь и не служит никакими белорусским идеалам. Это все очень легко говорить. Я думаю в условиях тоталитаризма нет защиты от страха, он может быть только единственный — если люди, несмотря на контроль власти, все-таки объединятся для гражданских инициатив. Объединились бы, но этого не сделали, очень мало, например, матери болеющих детей из чернобыльской онкологии. Уже не так легко не считаться с ними. Самое главное, вчера был такой вопрос на моей встрече с читателями, белорусский молодой человек сказал: что я могу сделать здесь для Белоруссии? Я могла ответить: сохранить себя, получить хорошую профессию, знание нескольких языков, чтобы — придут эти новые времена, у нас была молодая элита, молодые люди, у которых хорошая профессия и они в ней сильны они знают, что такое мир. Это единственный путь.

Светлана Александровна, вы какое-то время жили на Западе. Скажите, пожалуйста, для вас, как для писательницы, какая тема для вас интересна, какие голоса вы слышите на улице? Какая тема была бы интересна, чтобы написать о Западе?

— Нет, я никогда не взялась бы за это, потому что для того, чтобы написать такие книги о Западе, какие я пишу о себе, это надо с самого начала родиться, знать, как приносят из роддома, что говорят, как это все устроено, как хоронят, как на праздниках сидят. Это просто нереально. Это другая жизнь, она уже устроена, в ней свои несовершенства, но это уже отшлифованый достаточно, гражданский механизм, где общество контролирует политическую элиту. И политическая элита всегда это знает и не позволяет себе то, что может себе позволить себе наша элита. Нашей элите в голову не придет, что с ними может случиться то, что с Клинтоном. Какая-нибудь любовница поднимет всю страну на уши. У нас этого нет. Кто-то, кто принародно оскорбляет, министры, в наручниках… Что можно говорить о достоинстве такой нации? Она унижена ежесекундно. Унижает же не министров, унижает нацию, унижает всех нас. И это вопрос, который бесконечно меня волнует, из книги в книгу, почему наше страдание не конвертируется в свободу, в достоинство? Почему эта сталинская машина, как мы увидели после событий на нашей площади, опять быстро начинает работать и те же донощики, те же стукачи. Я недавно читала книгу, которую написал Андрей Санников, экс-кандидат в президенты, о том, что он пережил тюрьму, как это все было. И я могу сказать, что ничего не изменилось. Стоит тебя оказаться в той системе, ты — заложник ГУЛАГа, заложник этой памяти.

А, может быть, тема старости, старающегося общества на Западе. Вы тоже планируете писать о старости.

— Да.

— Каким образом можно отделить тему старости в обществе бывшего советского пространства от той же истории, войны и т.д.? Как можно ее представить по-другому?

— Не по-другому. Я же никогда не пишу о войне, или о Чернобыле. Я пишу о человеческой жизни на войне, о человеческой жизни в Чернобыле, после Чернобыля, так и здесь, когда человек рассказывает о любви, он же не рассказывает о каких-то сексуальных, психологических моментах. Он рассказывает свою жизнь.

Светлана Александровна, я хотела бы в завершение спросить у вас, недавно вы получили Премию им. Рышарда Капусцинского за литературный репортаж, это была книга «Время секонд хэнд». Скажите, у вас есть какая-то связь с Польшей?

— Нет, где-то в нашем роду есть какая-то польская кровь со стороны отца, но это очень далеко. Такой связи у меня нет. Но я получила премию им. Капусцинского уже второй раз и премию «Ангелуса» тоже. Я очень рада, вчера я это почувствовала, когда приходят сотни людей, сидят даже на полу и когда люди больше двух часов ждут, когда я подпишу книгу. Это очень трогательно. Я встретилась с нацией, для которой… Хорошо было бы, когда мы дойдем до этого момента, когда у нас тоже будет такое желание узнать правду. Ведь поляки они пишут и им интересен весь мир и они хотят об этом знать. Все опасности этого мира сегодня они рефлексируют, культура рефлексии очень большая. То, чего у нас нет. Так что моя связь — это интеллектуальная, духовная связь. Я благодарна Польше, что я нашла здесь читателя, которому близки мои мысли.

Светлана Александровна, большое спасибо вам за интервью, ждем ваших следующих книг.

— Спасибо вам тоже.

Оригинал публикации: Радио Польша
Опубликовано: 10/10/2015 17:10

http://inosmi.ru/sngbaltia/20151014/230803739.html

0


Вы здесь » Россия - Запад » #ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА РОССИИ СОВЕТСКОГО ВРЕМЕНИ » Светлана Алексиевич:лауреат Нобелевской премии по литературе 2015 г.