Россия - Запад

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Россия - Запад » #ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА РОССИИ СОВЕТСКОГО ВРЕМЕНИ » СССР: 1964-1982, "застой" - время Брежнева Л.И.


СССР: 1964-1982, "застой" - время Брежнева Л.И.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Лицо эпохи компромиссов
Алексей Чичкин

Эпоху, в течение которой Брежнев возглавлял партию и страну (1965–1982), вскоре после него стали называть застоем. А через считаные годы началась перестройка. Наложенное на эпоху клише застоя лишь одна сторона медали…

    “ Брежнев планировал сказать о необъективности оценок Сталина, о перегибах в преодолении культа личности, о беспрецедентно грубых ошибках в отношении Китая, Албании, ряда зарубежных компартий ”

Сменивший в конце 1964-го Хрущева на высшем партийном посту, он считался «могиканами» тогдашнего Политбюро (Микоян, Козлов, Малиновский, Семичастный, Шелепин) временной, компромиссной фигурой. Эти деятели намеревались продолжать с некоторыми модификациями прежний курс, только без Хрущева. Но Брежнев постепенно обновлял состав высшего руководства страны и партии, и к началу 70-х явных адептов волюнтаризма в нем уже не было.

Преодоление колоссальных ошибок хрущевской команды во внутренней и внешней политике стало главной задачей нового курса, при этом предшественник не подвергался публичному шельмованию.

Напомним, что с брежневского времени стал ежегодно и торжественно отмечаться День Победы, объявленный снова, как 1946–1947-м, выходным. Именно при Брежневе колхозники начали получать зарплату и пенсии, были освобождены от налогов, коими при Хрущеве в конце 50-х – начале 60-х обложили чуть ли не каждый куст и голову скота или птицы в приусадебных хозяйствах. В начале брежневского правления было остановлено дорожание товаров широкого потребления, начавшееся с 1961 года как следствие, мягко говоря, волюнтаристской экономической политики.

Но вопрос о наследии и памяти Сталина остался открытым. По имеющимся данным, на XXIII съезде КПСС (1966) Брежнев планировал сказать о необъективности оценок Сталина в «закрытом» докладе Хрущева, о перегибах в преодолении культа личности, о беспрецедентно грубых ошибках в отношении Китая, Албании, ряда зарубежных компартий – тех, которые, как и Пекин с Тираной, категорически отвергли шельмование лидера СССР и мирового коммунистического движения. Но против этих планов восстали номенклатурные прохрущевцы и либералы вкупе с Тито, многими политическими деятелями Запада и уже «демократической» Восточной Европы (кроме Албании и Румынии). И Брежнев не решился пойти наперекор разношерстной, но влиятельной антисталинской оппозиции. Это, конечно, ухудшило и без того конфликтные отношения СССР с КНР и Албанией, усугубило раскол в мировом антиимпериалистическом движении.
Лицо эпохи компромиссов
Фото: ИТАР-ТАСС

Вторую попытку предприняли в канун 90-летия со дня рождения Сталина (1969). Готовилось постановление ЦК об исправлении ошибок в оценке его деятельности. И опять тот же слаженный хор голосов. Постановление отменили… Только в 1970-м под давлением Пекина на могиле Сталина почти через 10 лет после кощунственного перезахоронения установили-таки бюст.

Брежнев предписал оказывать военно-техническую помощь Вьетнаму в связи с агрессией США против него. Причем здесь СССР и КНР сотрудничали. Вьетнамское руководство и сегодня признает колоссальную, если не решающую роль СССР в отражении американской агрессии. Всевозможная поддержка Советским Союзом Египта и Сирии в борьбе с Израилем в 1967 и 1973 годах тоже была предписана именно генсеком, что не единожды отмечали Хафез Асад, Гамаль Абдель Насер, Анвар Садат, Муамар Каддафи, Саддам Хусейн, главы других стран.

Брежнев поначалу поддержал экономические реформы, инициированные в середине 60-х премьер-министром Косыгиным. Они были нацелены на сокращение обязательных плановых показателей, на отдаление партийных структур от руководства хозяйством, на развитие самостоятельности предприятий, на ликвидацию уравниловки в зарплате и премиях, на широкое привлечение иностранных капиталовложений, на расширение личных подворий в колхозах и совхозах. Напомним, что многое из вышеперечисленного опробовалось еще в 1951-м – начале 1953-го, то есть в последние сталинские годы, по предложениям Шепилова и Косыгина.

Но к концу 60-х – началу 70-х наступил своего рода рубикон. Остававшиеся в руководстве прохрущевцы, мимикрировавшие под Брежнева, и новое его окружение оказались союзниками в ограничении самостоятельности генсека. Те и другие опасались, что упомянутые акценты его политики приведут к отстранению номенклатурщиков от высоких постов. Понимали и то, что одно лишь поддакивание первому лицу уже не гарантирует прописку у властных кормушек. Это относится в первую очередь к Михаилу Суслову, главному идеологу КПСС с хрущевского периода, каковым он и оставался до своей кончины в январе 1982-го, и Юрию Андропову, всеми правдами и неправдами сменившему в 1967-м Семичастного на посту главы КГБ.

Чаушеску после встречи с Брежневым в 1970-м сказал, что тот не обладает, подобно Сталину, стальными качествами лидера, предрасположен к внешнему влиянию и может круто менять курс в угоду настойчивым коллегам. Скажем, Андропов и иже с ним настояли на плане «571» (1970) по физическому устранению Мао Цзэдуна. План провалился, но никто в Кремле не лишился за это должности. Ранее Брежнева убедили в необходимости ввода «братских» войск в Чехословакию (хотя, например, Косыгин, Мазуров, Машеров, Катушев предлагали просто добиться отставки перевертыша Дубчека). Чтобы окончательно лишить генсека личной инициативы, направить его в «русло коллектива», 19 января 1969 года было совершено покушение. По счастливой случайности Брежнев до этого пересел в другую правительственную машину, но покушение серьезно повлияло на его здоровье и дальнейшую политику.

Характерно, что покушавшийся беспрепятственно встал в шеренгу охранявших правительственный кортеж в пути следования и успел выпустить семь пуль по машине, где должен был находиться Брежнев. Только потом «стрелка» задержали… И еще странность: он не был приговорен к расстрелу, а дожил, пусть и в изоляции, до 90-х. В допросах «стрелка» участвовал Андропов, его вопросы были подчеркнуто политическими: «Кто, по-вашему, мог бы руководить партией и страной?», «Почему вы считали Леонида Ильича недостойным возглавлять КПСС?» и т. п.

С того времени Брежнев стал все чаще болеть и меньше участвовать в повседневной работе. Вскоре развилась и «мания величия»: в 70-х – начале 80-х он был награжден всевозможными орденами, премиями, медалями, а самые ретивые из Политбюро уже называли его «Ленин сегодня», «выдающийся полководец Великой Отечественной». Звучало и такое: «С вами мы победили в войне, с вами придем к победе коммунизма».

Некоторые влиятельные соратники уговаривали Брежнева нанести мощный военный удар по Китаю, договорившись об этом с США. Это стало известно за рубежом и привело к быстрому сближению Пекина с Вашингтоном. А советско-китайские отношения оказались на грани войны. Чтобы ослабить напряженность, Брежневу пришлось взять инициативу на себя: по его поручению премьер-министр Косыгин договорился в Пекине в 1969-м с премьером КНР Чжоу Эньлаем об отводе от границы крупных военных соединений обеих сторон, развитии взаимных торговых, культурных, научных связей.

По свидетельству Иосипа Броз Тито, в 1969–1971 годах в Хорватии, Косове и ряде районов Боснии и Герцеговины усилилось движение, поддерживаемое извне, за выход из Югославии. Брежнев в конце марта 1971-го в телефонном разговоре с главой СФРЮ заявил, что СССР окажет любую помощь для сохранения единства страны. Тито сообщил об этом на проходившем в тот же день в Белграде правительственном совещании, в котором участвовали и представители мятежных регионов. Сепаратисты сразу успокоились…

Безусловно, выдающейся заслугой лично Брежнева остаются разрядка военно-политической напряженности в Европе, договоры с США об ограничении стратегических вооружений и, конечно, Хельсинкский акт о безопасности в Европе и нерушимости послевоенных границ. Никсон и Картер, Миттеран и Жискар д’Эстэн, Брандт и Шмидт, Пальме и Ганди, главы многих других стран отмечали незаурядные дипломатические способности советского лидера, его умение быстро находить компромиссные выходы из сложнейших переговорных ситуаций.

Брежнев противился вводу войск в Афганистан. Он считал, что растущие угрозы в этой стране для СССР связаны с некомпетентностью советской дипломатии и разведки, оказавшихся неспособными должным образом повлиять на ситуацию. Однако сторонники военного вмешательства смогли «перевербовать» генсека.

С середины 70-х политическую самостоятельность Брежнева, здоровье которого быстро ухудшалось, все сильнее лимитировали «соратники». Он с 1978-го не единожды заявлял о желании уйти в отставку, но окружение и слышать об этом не хотело. Как раз в последние годы его руководства в высших эшелонах власти оказались деятели, возглавившие вскоре перестройку, приведшую к краху СССР. Инфильтрация антисоветчиков-антикоммунистов в Кремль вряд ли проводилась без участия КГБ и «сподвижников». Кстати, именно Андропов познакомил Брежнева с Горбачевым, намекая при этом на необходимость преемственности курса. С тех пор карьера молодого ставропольского функционера резко пошла в гору.

В последние брежневские годы старели и другие советские руководители, росло число некомпетентных чиновников в различных секторах экономики, в сферах управления, идеологической работы. Поэтому, когда его не стало (10 ноября 1982-го), многие зарубежные эксперты задавались вопросом: уцелеют ли экономика СССР да и он сам в ближайшие годы? И что ждет КПСС, в руководстве которой все меньше подлинных приверженцев марксизма и социализма? Главным, если не единственным сторонником такого курса западные чиновники и аналитики небезосновательно считали Черненко, давнего соратника и искреннего друга Брежнева. Но уже наступало время Горбачева…

Место и роль Леонида Ильича Брежнева в истории СССР вряд ли можно оценивать как застой. Столь упрощенный подход навязан теми, кто скрытно, а затем уже и не таясь разрушал Советский Союз.

Опубликовано в выпуске № 48 (663) за 14 декабря 2016 года
Подробнее: http://vpk-news.ru/articles/34243

0

2

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР

50 лет Октября – на все времена
7 марта 1967 года в СССР была введена пятидневная рабочая неделя

Алексей Чичкин

Решение действует и поныне во всех странах теперь уже бывшего СССР. До этого рабочая неделя с 20-х годов была шестидневной.

    “ Сокращение рабочей недели вписывалось в экономические реформы середины 60-х годов, инициированные премьер-министром Алексеем Косыгиным, и имело пропагандистский эффект, особенно в контексте политико-идеологической конфронтации с Китаем ”

Совместное постановление ЦК КПСС, Совета министров СССР и ВЦСПС «О переводе рабочих и служащих предприятий, учреждений и организаций на пятидневную рабочую неделю» принято в рамках подготовки к празднованию 50-летия Октябрьской революции. И подписано было именно 7 марта неспроста. Потому что адресовалос, в первую очередь трудящимся женщинам, ибо высвободило целые сутки для домашних дел.

Вопросы перехода на пятидневку и в целом сокращения времени, проводимого рабочими и служащими на производстве, впервые обсуждались в стране еще в ходе всесоюзной экономической дискуссии 1951–1952 годов и были упомянуты в последней работе Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952). Отмечалось, что по мере успешного развития народного хозяйства в стране появятся условия для того, чтобы у трудящихся стало больше свободного времени для отдыха и культурного досуга. Но…

Хрущевская политика исключала претворение подобных планов. С конца 50-х годов социально-экономическое положение в стране ухудшалось. Проявлениями этого тренда стали прежде всего растущий импорт продовольствия и оборудования, конфискационная денежная реформа 1961-го, сопровождавшаяся увеличением цен на товары и услуги вкупе с их дефицитом, новые налоги на подсобные и личные хозяйства. Все это вызывало социальную напряженность и как следствие привело к массовым волнениям в Новочеркасске (1962) и ряде других регионов в последние годы хрущевского правления.

Новое руководство понимало, что срочно нужна некая «социальная отдушина», которая докажет его стремление к улучшению качества жизни в стране победившего социализма. Особенно это было необходимо, по понятным причинам, в преддверии 50-летия Октябрьской революции. И еще потому, что в большинстве соцстран субботы уже были выходными.

Введение пятидневки дополнялось объявлением 9 мая нерабочим праздничным днем, расширением социальных льгот, поэтапной отменой хрущевских сельхозналогов. А также возобновлением тиражей по погашению облигаций восстановительных займов 1946–1958 годов. Напомним, что почти все рабочие и служащие страны были подписаны на эти займы. Но в 1961-м погашение остановили – как заявило тогдашнее руководство, по многочисленным просьбам трудящихся.

В более широком контексте сокращение рабочей недели вписывалось в экономические реформы середины 60-х годов, инициированные премьер-министром Алексеем Косыгиным. Именно он в 1965-м на основе госплановской аналитики предлагал политбюро положительно решить этот вопрос. Говорилось, что по данным Госплана СССР, не наблюдается и в ближайшей перспективе не предвидится дефицита рабочей силы и инженерных кадров в большинстве регионов и отраслей. А предусмотренное реформами увеличение фондов оплаты труда и премирования с лихвой компенсируют трудящимся «выпадение» из их заработков одного рабочего дня. При этом Косыгин отмечал, что показатели социально-экономического развития страны в 8-й пятилетке (1966–1970), особенно по росту производительности труда, намного выше, чем в предыдущий период. Это позволяет сократить рабочую неделю на одни сутки без ущерба для экономики. Брежнев и тогдашний глава ВЦСПС Гришин первыми поддержали аргументы премьера и соответственно проект вышеупомянутого постановления.

Стоит сказать о пропагандистском эффекте этого решения и в контексте политико-идеологической конфронтации Москвы с Пекином: в Китае и примкнувшей к нему Албании (а также в КНДР, на Кубе, в Монголии) в тот период даже воскресенье редко было выходным.

Экономические проблемы в стране стали усугубляться примерно с середины 70-х, после того как косыгинские реформы были приостановлены. Запад по нарастающей закупал советские энергоносители и другие виды сырья, что негативно отражалось как на темпах, так и на качестве развития народного хозяйства. Это в совокупности привело СССР к 1991 году.

Но пятидневной рабочей неделей все страны экс-СССР обязаны именно решению советского руководства от 7 марта 1967-го.

Опубликовано в выпуске № 9 (673) за 8 марта 2017 года

Подробнее: http://www.vpk-news.ru/articles/35487

0

3

Helsingin Sanomat, Финляндия

Одурманенный таблетками Брежнев лихачил на автомобиле, Кекконен прятал носки в карман

В 1970-х будущее Финляндии решалось во время поездок Кекконена «на отдых»

29.05.2017

Пекка Хакала (Pekka Hakala)


Важнейшие внешнеполитические вопросы Финляндии обсуждались в 1970-х годах в знаменитом охотничьем домике в Завидове. В этих так называемых поездках на отдых Урхо Кекконен (Urho Kekkonen) вел переговоры в одиночку, даже без переводчика.

Село Завидово находится в 120 километрах от Москвы по Ленинградскому шоссе. На обочинах дороги — продавцы с оленьими шкурами и рыбой, во дворах — прицепы для перевозки лодок. Волга совсем рядом, охотничьи угодья здесь отличные. Национальный парк «Завидово» считается уникальным.

В 1970-е годы финны, наверное, думали, что история вершится в небольшом селе. При прочтении сообщений новостных агентств возникало впечатление, что президент Финляндии Урхо Кекконен (Urho Kekkonen) и генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев постоянно ловят рыбу и охотятся в Завидове.

Одновременно там решалась судьба Финляндии. Кекконен обладал широкими конституционными правами и долгое время умел получать от этого максимум удовольствия.

В октябре 1972 года в политической истории Финляндии даже появился новый термин: «утечка из Завидова». Шведоязычные газеты Vasabladet, Dagens Nyheter и норвежская Dagbladet опубликовали статью журналиста Тура Хёгнеса (Tor Högnäs), в которой содержались обширные выдержки из бесед Кекконена с Брежневым, которые они вели в феврале того же года. В Завидове подробно обсуждались намерения Финляндии заключить договор о свободной торговле с Европейским Экономическим Сообществом.

Но в Завидове не только не велись никакие переговоры, там даже нет охотничьего домика. Он находится совсем в другом месте.

От Завидова надо проехать несколько километров в сторону Финляндии и повернуть налево. Хорошая асфальтированная дорога идет по южной стороне искусственного озера, называемого Московским морем. Согласно большой желтой вывеске, через 20 километров начинается территория национального парка. Туда можно попасть только по специальному разрешению.

Поездка заканчивается сразу же после того, как позади остается мост над железной дорогой Москва — Санкт-Петербург. Перед вами — пункт пропуска и девять полицейских машин, и дальше вам здесь делать нечего. Знаменитый охотничий домик находится недалеко от деревни Козлово, и до него еще примерно десять километров. Похоже, администрация президента России все еще им пользуется.

Публицист и бывший адъютант Кекконена Эса Сеппянен (Esa Seppänen) пишет в своей диссертации «Драма троих в восточных отношениях, Кекконен — Брежнев — Косыгин 1960-1980» (Itäsuhteiden kolmiodraama, Kekkonen-Brežnev-Kosygin 1960-1980), что возможной причиной «неверного» названия места расположения охотничьего домика были эстетические соображения, а не желание сохранить это место в тайне. «Козлово» имело бы антисоветский оттенок.

Название «Завидово» образовано от глагола «завидовать», и по-русски это звучит красиво. Лучше вызывать зависть, нежели жалость.

Под железнодорожным мостом начинается деревня Новозавидово, через которую со скоростью 200 километров в час проносится скоростной поезд «Сапсан», курсирующий между Москвой и Петербургом. Жители частных домов у моста не очень этому рады: недавно вырубили деревья, росшие вдоль дороги и служившие защитой от шума.

«Огромные вязы! — вздыхает 68-летняя Лидия Васильевна. Она не называет свою фамилию. — Что до них гастарбайтерам. Они сказали, что липы могут упасть на дорогу. Какие липы! Я объяснила, что это вязы. Они ответили, что в их бумагах написано, что это липы».

Свежие пни выглядят совершенно здоровыми. И огромными. Они были большими уже в 1970-е.

Лидия Васильевна очень хорошо помнит, как в 1970-е годы по мосту в сторону поселка Козлово проносились черные автомобили.

«Брежнев приезжал каждые выходные. На мост заранее выходили служащие и кричали: „Всем отойти на насыпь!" Сначала ехала машина милиции, за ней — две или три машины службы безопасности, последними ехали еще две или три такие же машины. Они мчались очень быстро».

Брежнев любил машины. Его гараж был заставлен полученными в подарок американскими автомобилями, и он хотел сам сидеть за рулем. Говорят, он проезжал путь в 148 километров от Кремля до поселка Козлово меньше чем за полтора часа.

Скорость за сто километров в час, наверное, не была для него большой проблемой. Но в начале 1970-х годов начались проблемы со здоровьем.

На основании воспоминаний врача советского руководителя, офицера госбезопасности, а также из рассказов племянницы и жены, Сеппянен делает вывод, что Брежнев сам виноват в своих недомоганиях. Генеральный секретарь начал употреблять успокоительные еще после оккупации Чехословакии в 1968 году, и количество таблеток быстро увеличивалось. У Брежнева сформировалась зависимость от лекарственных препаратов, а запивал он их польской водкой «Зубровка». Водки употреблялось мало, а таблеток — много.

Нет ничего удивительного в том, что американский дипломат Генри Киссинджер (Henry Kissinger) с ужасом вспоминал свою поездку с Брежневым в Козлово.

Но Киссинджер был исключением. Урхо Кекконен — единственный западный руководитель, который был постоянным гостем охотничьего домика в Завидове. Западный в том смысле, что Финляндия не входила в социалистический лагерь.

Впервые Кекконен побывал в охотничьем домике в Завидове еще в 1960-х годах во время встречи с первым секретарем ЦК КПСС Никитой Хрущевым. Мужчины подружились. Отставка Хрущева стала большим ударом для Кекконена, но он тут же начал налаживать отношения с новым советским руководством. Его самым близким приятелем и единомышленником стал энергичный премьер-министр Алексей Косыгин.

1970-1975 годы стали «периодом Завидова», в течение которого Кекконен побывал в охотничьем домике восемь раз. Только одна из его десяти поездок в Советский Союз была официальным государственным визитом, остальные назывались «неофициальными поездками на отдых».

В этих поездках, во время которых пили, ели, парились в бане, охотились и ловили рыбу, Кекконен, несмотря на недоверие и возражения Москвы, получил согласие на вступление Финляндии в ЕЭС и положил начало движению страны в сторону членства в ЕС.

Договорились и о другом: в Ловийсе построили атомную станцию, позже возвели целый город вокруг Костомукшского горно-обогатительного комбината. Развивался восточный экспорт, советская нефть текла на нефтеперерабатывающий завод в Порвоо. В начале следующего десятилетия Советский Союз был бесспорным лидером во внешней торговле Финляндии.
Кекконен заставил советское руководство поверить в то, что Финляндия не войдет в западные военные блоки до тех пор, пока он руководит делами. В Завидове президент Финляндии зашел так далеко, что один присутствовал непосредственно на переговорах с финской стороны. Он общался с Брежневым и Косыгиным, и даже переводчиком был гражданин СССР — частенько посол Советского Союза в Финляндии Владимир Степанов.

Знаменитая «утечка из Завидова» содержала записи, сделанные Кекконеном по возвращении в Финляндию и распространенные среди очень узкого круга лиц. Больше всего после этой утечки Кекконен беспокоился о том, как бы советская сторона не посчитала его виновником произошедшего. Любители теорий тайных заговоров все же считают, что в действительности инициатором утечки был сам Кекконен, который, пользуясь доверием Москвы даже после инцидента, стал для Финляндии еще более незаменим.

В 1971 году некоторые еще сомневались, надо ли управлять государством подобным образом. Депутат парламента от партии «Национальная коалиция» Тууре Юннила (Tuure Junnila) и Вейкко Веннамо (Veikko Vennamo), представлявший Сельскую партию Финляндии, требовали, чтобы Кекконен объяснил парламентскому комитету по иностранным делам, о чем же на самом деле говорят в Завидове во время «поездок на отдых».

Кекконен резко заставил замолчать Юннилу и Веннамо и, разумеется, победил. «Коалиционная партия получила по заслугам, притихла как ягненок и пожелала мне хорошего пути», — писал президент в своем дневнике.

Супермен Кекконен, или UKK (UKK — инициалы президента: Urho Kalevi Kekkonen), всегда был в ударе. В интервью Сеппянену Степанов вспоминает, как в охотничьем домике Кекконен по-студенчески подшучивал над своими финскими приятелями. Однажды он спрятал в свой карман носки приехавшего вместе с ним начальника департамента охотничьего хозяйства министерства сельского и лесного хозяйства Финляндии Тауно Мяки (Tauno Mäki), и «главному охотнику на дичь» пришлось прийти на ужин без носков на манер современной молодежи.

Адъютант Урпо Лево (Urpo Levo) был вынужден появиться на церемонии проводов делегации на московском аэродроме в резиновых сапогах, потому что Кекконен спрятал ботинки своего преданного помощника.

Постепенно Кекконен стал синонимом Финляндии. Вершиной его триумфа было принятие в 1973 году чрезвычайного закона, на основании которого были отменены следующие президентские выборы, и Кекконен продолжил быть Кекконеном. Завидово победило финскую конституцию.

Поездки Брежнева в Завидово с почетными гостями закончились в 1975 году, когда врачи запретили ему стрелять из ружья. Трясущийся глава государства ударился о приклад охотничьего ружья и вернулся в Москву с синяком на лице. Добычу персонал ему, конечно, обеспечил, хотя хозяин и не попал в цель. Генеральный секретарь не хотел демонстрировать гостям плохое состояние своего здоровья.

Проблемы со здоровьем становились очевидными и дипломатическим кругам, потому что бормотание руководителя уже невозможно было разобрать. Присутствие генерального секретаря на триумфе Кекконена — Совещании по сотрудничеству и безопасности в Европе 1975 года — было для помощников советского руководителя сплошным мучением. Реальная власть в Советском Союзе начала переходить к другим людям.

То же ожидало и руководство Финляндии. Журналистка Маарит Тюрккё (Maarit Tyrkkö) рассказывает в своей книге «Президент и журналист» (Presidentti ja toimittaja), основываясь на интервью с личным врачом финского президента Эркки Кивало (Erkki Kivalo), как Кекконен, страдающий нарушением кровообращения, во время визита в Москву в 1976 году слонялся ночью по городу без памяти.

На выборах 1978 года народ сначала назначил выборщиков, которые затем собрались, чтобы избрать президента. Заболевший Кекконен получил подавляющее большинство голосов выборщиков.

В поселке Новозавидовский живут так же, как и прежде. Похоже, что местное население хорошо знает, что здесь, говоря официальным языком, находится «важный государственный объект».

«Я-то уж точно не шпион!» — отвечает катящий велосипед 60-летний мужчина на вопросы иностранного журналиста. Он отказывается называть свое имя. Служба ФСО, которая занимается охраной руководства страны, вежливо сообщает, что журналистов на территорию не допускают. И точка.

Что-то все же изменилось. Во времена Ельцина автомобильные эскорты еще проезжали мимо поселка, но сейчас здесь гораздо спокойнее.

Место до сих пор является резиденцией российского президента, но в последнее время информации о посещении его иностранными гостями нет. Официально охотничий дом в Завидове сейчас именуется «государственной резиденцией „Русь"», на ее территории находятся, помимо охотничьих угодий, гостевые дома, несколько бассейнов и сауна, а также лодочная станция.

Местные жители догадываются, что господа из Кремля прилетают сюда на вертолетах. Это никого не беспокоит, но раздражают «новые русские» из Москвы. Их дачи на берегу закрывают местным проход к старым местам ловли рыбы.

«Но в Козлово легко попасть на автобусе, — сообщает Галина, наливая в канистру чистую колодезную воду. — И в лес мы ходим, как и раньше, там полно белых грибов!»

К сожалению, время белых грибов еще не пришло. И веселая поездка финских журналистов заканчивается в Козлове словами ФСБ.


http://inosmi.ru/history/20170529/239450911.html
Оригинал публикации: Brežnev kaahasi pilleripäissään, Kekkonen piilotti sukat taskuun – Suomen tulevaisuudesta päätettiin 1970-luvulla Kekkosen ”lomamatkoilla”
Опубликовано 19/05/2017 17:14

0

4

CounterPunch, США

Большой сдвиг на мировой арене — альянс России и Китая

07.07.2017
Рэй Макговерн (RAY MCGOVERN)



Влиятельные российские и китайские лидеры на саммите Группы G20 в Гамбурге в конце этой недели будут сравнивать свои подготовленные рабочие материалы и координировать свои подходы к президенту Дональду Трампу. Обе стороны заявляют о том, в какой степени улучшились в последние годы отношения между этими двумя странами, тогда как председатель КНР Си Цзиньпин посетил Москву на пути в Гамбург для участия в работе группы G20. Однако теперь речь идет не просто о туманных фразах — за этой риторикой достаточно реального содержания.

Независимо от того, полностью или не полностью официальный Вашингтон оценивает постепенные — но глубокие — изменения в треугольнике отношений Америки с Россией и Китаем за последние десятилетия, очевидно, что Соединенные Штаты превратили себя в проигравшего.

Прошли те дни, когда Ричард Никсон и Генри Киссинджер искусно использовали китайско-советский конфликт, настраивая эти две страны друг против друга и добиваясь уступок от каждой из них. Медленно, но верно это стратегическое уравнение стало заметно меняться, а само китайско-российское сближение свидетельствует о тектоническом сдвиге, явно происходящем в ущерб Соединенным Штатам, действия которых и способствуют сближению этих стран.

Однако сегодня мало признаков того, что влиятельные американские политики обладают достаточным опытом и умственными способностями для понимания новой реальности, а также важных последствий для свободы действий Соединенных Штатов. Еще менее вероятно, что они в состоянии оценить то, как эти новые связи будут выглядеть на земле, на море и в воздухе.

Вместо этого администрация Трампа, следуя по тому же пути, что и администрации Буша и Обамы, действует самонадеянно и с ощущением оправданности предпринимаемых шагов: она подвергает ракетному удару Сирию и сбивает сирийский самолет, устраивает шумиху по поводу Украины, а также направляет военные корабли к берегам Китая.

Однако следует учитывать следующее: возможно, уже в ближайшее время Китай будет способен бросить вызов «интересам Соединенных Штатов» в Южно-Китайском море или даже в Тайваньской проливе, и все это будет происходить на фоне американо-российских столкновений в небе над Сирией или конфронтации на Украине.

Отсутствие опыта или интеллектуальных способностей — это, возможно, слишком щедрая интерпретация. Более вероятно то, что поведение Вашингтона представляет собой смесь обычной наивной концепции исключительности и постоянного влияния американского военного лобби — Пентагона и других игроков глубинного государства (deep state) — и все эти составляющие нацелены на то, чтобы не допустить любого ослабления напряженности в отношениях с Россией или Китаем. В конечном итоге возбуждение страха в отношении России или Китая является испытанным методом для обеспечения строительства нового авианосца или какой-либо другой дорогостоящей системы вооружений.

Все почти как в прежние времена, когда американские военные получали такой бюджет, который позволял им вести войны на многочисленных фронтах одновременно. Вот что произошло в течение последних нескольких недель:

— Эсминец USS Stethem с управляемыми ракетами на борту в воскресенье зашел в 12-мильную зону одного из Парасельских островов (Трайтон) в Южно-Китайском море, права на который выдвигает Китай. Министерство иностранных дел Китая незамедлительно назвало эти действия «серьезной политической и военной провокацией».

— На прошлой неделе Соединенные Штаты объявили о продаже Тайваню вооружений на сумму 1,4 миллиарда долларов, ввели санкции в отношении одного китайского банка за его сделки с Северной Кореей, а также назвали Китай главным незаконным торговцем людьми.

— 20 июня президент Дональд Трамп опубликовал снисходительное по своему тону сообщение в Twitter, в котором говорилось о том, что Китай предпринял неудачную попытку сдержать ядерную программу Северной Кореи: «Это не сработало. По крайней мере, мне известно о том, что Китай попытался это сделать» (В течение многих веков Китай имел неудачный опыт со снисходительностью Запада).

Общая озабоченность: противоракетная оборона

Накануне своего приезда в Москву Си дал интервью российскому новостному агентству ТАСС, в котором он сфокусировал свое внимание на противоракетной обороне — то есть на вопросе, который особенно значим для Владимира Путина. Си сосредоточил свое внимание на размещении Соединенными Штатами в Южной Корее элементов системы Высотной зональной противоракетной обороны на театре военных действий (THAAD). Он назвал эти шаги Вашингтона «нарушающими стратегический баланс в этом регионе» и угрожающими интересам в области безопасности всех его стран, включая Россию и Китай.

Си также подтвердил, что Пекин настоятельно призывает Вашингтон и Сеул перестать оказывать военное давление на Северную Корею. Он даже выразил надежду на то, что новый президент Южной Кореи будет действовать более благоразумно, чем его предшественница, согласившаяся с этим размещением, что заставило Север еще больше беспокоиться по поводу возможного нанесения превентивного удара (В ходе состоявшегося в феврале нынешнего года онлайного семинара профессор Джей Джей Су (J.J. Suh) и я обсудили THAAD в исторической перспективе, относящейся к созданию противоракетных систем).

Менее месяца назад Путин и Си встретились в столице Казахстана Астане на полях саммита Шанхайской организации сотрудничества. Тогда Путин заявил, что предстоящая двусторонняя встреча (в настоящее время она проходит в Москве) будет «важным событием в двусторонних отношениях».

«Конечно, как повелось по нашей традиции, мы используем любую возможность для того, чтобы встретиться, поговорить о наших двусторонних отношениях и международной повестке дня», — подчеркнул он.

Если китайско-российская «традиция» применима к событиям, происходившим более 30 лет назад, то Путин явно преувеличивает. Так было далеко не всегда. Полувековая ретроспектива переменчивых российско-китайских отношений свидетельствуют о том, что они идут по непростому пути. Но еще более важно то, что их сегодняшняя близость вряд ли испарится в ближайшее время.

Подобно подземным геологическим пластам, медленно движущимся под поверхностью Земли, изменения с масштабными политическими последствиями могут происходить настолько медленно, что будут незаметны до землетрясения. Когда я был главным аналитиком ЦРУ по китайско-российским отношениям в 1960-е годы и в начале 1970-х годов, у меня было выгодное положение для наблюдения за тем, как появлялись все новые признаки интенсивной враждебности между Россией и Китаем, а также за тем, как Никсон и Киссинджер, в конечном итоге, смогли воспользоваться этим в интересах Вашингтона.

Претензии этих двух соседних азиатских государств включали в себя требования относительно воссоединения территорий — Китай требовал возвращения 1,5 миллиона квадратных километров территории в Сибири, отобранных у Китая на основании «неравноправного договора» 1689 года. Это привело к нескольким вооруженным столкновениям в 1960-е и 1970-е годы на границе в районе реки, на острова которой претендовали обе стороны.

В конце 1960-х годов Россия увеличила свои вооруженные силы на границе с Китаем с 13 до 21 дивизии. К 1971 году их число возросло до 44, и китайские лидеры стали видеть в лице России более непосредственную угрозу, чем в лице Соединенных Штатов, которые в 1950-е годы вели борьбу против китайских вооруженных сил в ходе войны в Корее. Вашингтон отказывался признать на дипломатическом уровне коммунистическое правительство этой страны и продолжал поддерживать иллюзию относительно того, что находящийся на Тайване Чан Кайши продолжает оставаться законным правителем Китая.

В 1971 году Генри Киссинджер посетил Пекин в ходе подготовки визита президента Ричарда Никсона — он состоялся в следующем году, нарушив тем самым существовавшую ранее традицию. За этим последовали весьма изобретательные дипломатические шаги под управлением Киссинджера и Никсона, цель которых состояла в следующем: воспользоваться тем страхом, который Китай и СССР испытывали в отношении друг друга, а также тем императивом, который заставлял каждую из сторон пытаться улучшить связи с Вашингтоном.

Треугольная дипломатия

Искусное использование Вашингтоном своей относительно сильной позиции в треугольнике этих отношений помогло реализации крупного соглашения по контролю над вооружениями между Соединенными Штатами и Советским Союзом, а также заключению Четырехстороннего соглашения по Берлину. СССР пошел еще дальше и обвинил Китай в том, что он препятствует мирному урегулированию во Вьетнаме. Это было одним из тех счастливых стечений обстоятельств, которые позволяют аналитикам отказаться от часто навязываемой нам роли человека, мешающего всем своим присутствием. Вместо этого мы имели возможность добросовестно фиксировать воздействие этого подхода со стороны Соединенных Штатов и делать выводы о том, что он позволяет добиваться желаемого результата. Поскольку этот подход таковым и был.

Враждебность в отношениях между Пекином и Москвой была предельно очевидной. В начале 1972 года, в период между первыми саммитами Никсона в Пекине и в Москве, в наших аналитических докладах подчеркивалось, что китайско-советский конфликт является для обеих сторон весьма негативным феноменом.

Обе страны не только лишались выгоды от сотрудничества, но и были вынуждены предпринимать колоссальные усилия для того, чтобы свести на нет негативное воздействие политики противоположной стороны. Значительное измерение к этому конфликту было добавлено в тот момент, когда Соединенные Штаты стали добиваться улучшения отношений одновременно с обеими странами. Китай и Советский Союз оказались участниками гонки, целью которой было культивирование хороших отношений с Соединенными Штатами.

Советские и китайские лидеры не могли не заметить, как всего это укрепляет переговорные позиции Вашингтона. Однако аналитики ЦРУ полагали, что в отношениях между этими двумя странами произошло закрепление неустранимой враждебности, основанной на глубоко укоренившихся представлениях, враждебности, в которой национальные, идеологические и расовые факторы лишь усиливали друг друга.

Хотя обе стороны понимали, какую им приходится платить цену, никто из них, казалось, не был в состоянии найти выход из сложившейся ситуации. По нашему мнению, единственная возможность улучшения отношений была связана с надеждой на то, что в каждой из этих стран появятся более здравомыслящие лидеры. Но в тот момент подобные ожидания казались иллюзорными.

Однако мы ошиблись в этом вопросе. Преемники Мао Цзэдуна и Никиты Хрущева, как оказалось, имели более холодные головы. Соединенные Штаты во время президентства Джимми Картера в 1979 году, наконец, признали коммунистическое правительство Китая, и динамика треугольных отношений между Соединенными Штатами, Китаем и Советским Союзом постепенно стала меняться, тогда как напряженность в отношениях между Пекином и Москвой стала ослабевать.

Да, потребовались годы, чтобы избавиться от глубоко укоренившегося недоверия в отношениях между Советским Союзом и Китаем, однако к середине 1980-х годов мы, аналитики, предупреждали высокопоставленных политиков о том, что «нормализация» отношений между Москвой и Пекином уже медленно, но верно происходит, несмотря на продолжающиеся заявления Китая о том, что это будет возможно только в том случае, если русские согласятся со всеми требованиями Китая. Советские лидеры, со своей стороны, начали более комфортно ощущать себя в этой треугольной среде и больше не страдали от негативных последствий безудержного соревнования с Китаем по установлению лучших отношений с Вашингтоном.


Новая реальность

Однако мы не особенно скучали по прошлому, когда в начале октября 2004 года российский президент Путин посетил Пекин для подписания договора с Пекином по вопросу о границе и хвастливо заявил о том, что отношения между двумя странами достигли «беспрецедентных высот». Он также подписал тогда соглашение о взаимном использовании российских энергетических ресурсов.

Восстанавливающаяся Россия и модернизирующийся Китай стали представлять собой потенциальный противовес американской гегемонии в качестве единственной сверхдержавы в мире, и эту реакцию Вашингтон ускорил своими стратегическими маневрами вокруг России и Китая, своими военными базами и враждебными альянсами, а также из-за продвижения НАТО к границам России и «разворота в сторону Азии» президента Обамы. Поддержанный Соединенными Штатами государственный переворот на Украине, совершенный 22 февраля 2014 года, представляет собой важный переломный момент — в конечном итоге, Россия, отказавшись от своих прежних позиций, поддержала просьбу Крыма о воссоединении, а также оказала поддержку русским по национальности повстанцам в восточной Украине, которые выступили против киевского режима, оказавшегося у власти в результате государственного переворота.

На глобальной арене Путин наполнил новым содержанием предыдущую энергетическую сделку с Китаем и подписал 30-летний контракт о поставках природного газа, который оценивается в 400 миллиардов долларов. Этот шаг помог Путину показать, что введенные Западом после событий на Украине санкции представляют незначительную угрозу для финансового выживания России.

В результате еще большего сближения Россия и Китай также стали занимать удивительным образом совпадающую позицию по международным горячим точкам, включая Украину и Сирию. Военное сотрудничество тоже постоянно увеличивалось. Однако под воздействием высокомерного консенсуса в правительстве Соединенных Штатов и в академических кругах продолжают утверждать, что, несмотря на заметное укрепление связей между Китаем и Россией, каждая из этих стран по-прежнему в большей степени заинтересована в поддержании хороших отношений с Соединенными Штатами, чем друг с другом.

Спортивный лозунг гласит: ничего еще не решено, пока «не споет свою партию толстая леди», однако результаты происходящего на сцене уже вполне ясны. Прошли те времена, когда Соединенные Штаты имели возможность натравливать Китай и Россию друг на друга. Можно лишь надеяться на то, что в правительстве Соединенных Штатов найдется человек, который проинформирует президента Трампа о том, что его российские и китайские коллеги поют песни из одного сборника, и это является непредвиденным результатом самонадеянных просчетов его непосредственных предшественников. Последствия этих просчетов для национальной безопасности Соединенных Штатов колоссальны.

Рэй Макговерн почти в течение 30 лет был аналитиком ЦРУ.


http://inosmi.ru/politic/20170707/239753456.html
Оригинал публикации: The Great Power Shift: a Russia-China Alliance
Опубликовано 05/07/2017 16:06

0

5

ИА ТАСС

Борис Пастухов: Брежнев каждому пожал руку, как будто он с нами прощался

10 ноября 2017

10 ноября исполнилось 35 лет со дня смерти Леонида Брежнева. Первый секретарь ЦК ВЛКСМ в 1977–1982 годах Борис Пастухов рассказал ТАСС о последней встрече с генсеком ЦК КПСС, афганской военной кампании, противоречиях в руководстве страны и вызывающей вопросы гибели в автокатастрофе лидера ЦК Компартии Белоруссии Петра Машерова.

— Вы помните день 10 ноября 1982 года, когда умер Леонид Брежнев? Как вы узнали о его кончине?

— О смерти Брежнева я узнал по радио (утром 11 ноября 1982 года по радио и телевидению было передано сообщение о кончине Брежнева — прим. ТАСС).

Ранее, 6 ноября 1982 года, было торжественное заседание в Кремлевском Дворце съездов. В президиуме сидели члены Московского горкома бюро ЦК ВЛКСМ, а я сидел с краю. И вот в этот торжественный день мимо нас прошел Брежнев и каждому из нас пожал руку, как будто он с нами прощался. Я сидел рядом с Антониной Тюфаевой, первым секретарем Кировского райкома Москвы, и она сказала мне: "Он с нами попрощался". "Что вы, Антонина!.." — ответил я.

— Вы были членом Государственной комиссии по организации похорон Брежнева во главе с Юрием Андроповым. Что входило в ваши обязанности?

— Я хорошо запомнил этот день, потому что ко мне подошел Юрий Ельченко, первый секретарь Киевского горкома КП Украины, и сказал: "Боря, я тебя поздравляю, но тебе суждено не раз быть в этой похоронной комиссии". Впоследствии я был членом комиссии по похоронам генеральных секретарей ЦК КПСС Юрия Андропова и Константина Черненко.

В день похорон на меня как на самого молодого члена комиссии возложили обязанности по дежурству. Ребята шутили, что я должен месяц не мыть руку, потому что принимал соболезнования от премьер-министра Индии Индиры Ганди, председателя Госсовета Кубы Фиделя Кастро, от всех лидеров соцлагеря и капстран.

— По опубликованным свидетельствам, это были самые пышные похороны после сталинских в марте 1953 года.

— Мы стояли в почетном карауле у гроба Брежнева в Колонном зале Дома союзов два раза: в начале прощания и перед выносом тела. Брежнева провожали в основном курсанты военных училищ, и народу было довольно много.

Свита держала Брежнева, хотя он умолял отпустить его на покой. А потом, свита бывает разной: бывают товарищи по работе, бывает домашняя челядь, и вот все они убеждали его в том, что он необходим, что он нужен. Пусть как знамя, но он необходим. И он принимал эти цацки, комплименты

Когда умер Сталин, в марте 1953 года, я был комсоргом группы своего курса Московского высшего технического училища им. Н.Э. Баумана и водил свою группу прощаться со Сталиным.

Нас чуть не задавили. Мы проскочили Трубную площадь чуть раньше того, как там началась давка. Солдаты перегородили бульвар автомобилями и грузовиками. Мы лезли в кузова грузовиков, они били нас ремнями, нам было больно, мы плакали, они плакали... Мы так и не прошли в Колонный зал. Я вернулся домой, где мать, под впечатлением от гибели людей на Трубной площади, была несусветно рада, что я остался жив.

— Когда вы познакомились с Брежневым?

— Я застал позднего Брежнева, когда он уже почти ничего не говорил и еле волочил ноги. Я с ним разговаривал вживую два раза в жизни, ну три, может быть.

Первый разговор состоялся сразу после того, как меня назначили секретарем ЦК ВЛКСМ в 1968 году. Я веду торжественный Пленум ЦК ВЛКСМ, посвященный 50-летию комсомола. Ко мне подходит Брежнев и говорит: "Борис Николаевич, скажите, а вы приглашали на это собрание Безыменского Сашку? Хорошо, если бы он выступил. Прочитал что-нибудь комсомольское..."

Я напрягся. Александр Ильич Безыменский (советский поэт и журналист — прим. ТАСС) сидел в третьем ряду. Я думаю, Брежнев его не заметил. А может быть, заметил, но не признал, потому что тот постарел.

Я поговорил с Безыменским: "Брежнев хочет, чтобы вы выступили". "Я готов", — ответил Александр Ильич.

И вот выходит Безыменский на трибуну и читает, повернувшись к Брежневу:

"Когда нам было всем по восемнадцать,

А комсомол недавно лишь возник,

Привыкли мы друг к другу обращаться

И весело, и ласково: "Старик!"

И тут произошло чудо: наш комсомольский дед Безыменский расправил плечи и говорит:

"Ни грамма дряхлости у нас вы не найдете,

Шаги у нас тверды и широки.

Мы старше комсомола, но в работе

Он — не старик и мы — не старики!"

Больше всех радовался этому Брежнев. Наступил очередной перерыв, он подошел ко мне и сказал: "Молодец! Спасибо".

— В июне 1967 года на Пленуме ЦК первый секретарь Московского горкома КПСС Николай Егорычев подверг резкой критике состояние обороны страны, что могло стать поводом для выражения недовольства брежневской политикой в целом. Это была серьезная угроза для Брежнева. Как я понимаю, Егорычев выступил самовольно, не согласовав свое выступление с членами политбюро?

— Я был на этом пленуме. Егорычев оказался первым в брежневские времена, кто говорил об исключительно важных и насущных проблемах страны и партии, очень продуманно и доказательно критиковал оборонную политику. Я видел, как приняли его выступление, как под гром оваций он шел на свое место в конце зала. И только Брежнев сидел мрачный как туча.

А на следующий день Егорычева молотили все подряд выступающие. Вернувшись с пленума, из своего кабинета в ЦК ВЛКСМ я позвонил ему и, как мог, постарался поддержать. Сказал, что я горжусь им. "Боря, зачем ты это сделал? Ты испортил себе жизнь", — ответил он.

И я повторил его путь. Его держали почти 14 лет послом в Дании — так обошлось ему выступление на пленуме. После его перевода я поехал послом в Данию, он работал послом в Афганистане, и я служил тоже в Афганистане, а спустя десяток лет следом за ним я занял должность первого заместителя президента Торгово-промышленной палаты России.

— Как вы считаете, почему он выступил вопреки воле политбюро?

— Это была его личная инициатива, он так считал.

— Еще при Сергее Павлове, первом секретаре ЦК ВЛКСМ, вы рассматривались на его место. Но в 1968 году на место Павлова был назначен Евгений Тяжельников, и только в 1977 году, в сравнительно зрелом возрасте (44 года), вы стали первым секретарем ЦК ВЛКСМ. Чем объясняется такая ваша передержка в десять лет?

— Сергей Павлов был незаурядный человек. Но через некоторое время после того, как лишились своих должностей Семичастный и Шелепин, которые активно тянули Павлова наверх, очередь дошла и до Сергея Павловича.

Мне позвонил наш куратор из ЦК и сказал: "Завтра будет секретариат ЦК партии. Будет обсуждаться кадровый вопрос. Ты должен выступить и сказать, что Павлов — пьяница и развратник, что он развалил работу в комсомоле и его необходимо убрать с руководящей должности"

Я пришел домой и рассказал обо всем жене. Она бросила только одну фразу: "Если ты это скажешь, то я больше тебя не знаю". Я не мог этого сказать, потому что не принадлежал к друзьям, соратникам, собутыльникам Павлова. Я не видел ни его пьяных оргий, ни его разврата. На следующий день состоялся секретариат. Его вел сам Михаил Суслов (секретарь ЦК КПСС — прим. ТАСС). Я выступил, но сказал не то, что меня просил куратор.

Это и звонок Егорычеву после Пленума ЦК в 1967 году мне довольно дорого обошлись. Я должен был сменить Павлова на посту первого секретаря ЦК ВЛКСМ, до этого я был первым секретарем Московского горкома комсомола. Но взяли на пост первого секретаря Евгения Тяжельникова.

— Многие знавшие Брежнева люди говорят, что он охотно помогал в житейских делах. Так, бывший референт Брежнева Александр Бовин писал: "Если иметь в виду человеческие качества, то, по моим наблюдениям, Брежнев был, в общем-то, неплохим человеком". Это действительно так?

— У Леонида Ильича, конечно, были серьезные недостатки. Но вместе с тем он был добрый человек. Приведу один пример, который говорит о его человечности. В приемной Брежнева работал один из секретарей, Станислав Кузьмин, мой однокашник. Он еще в школе отличался тем, что закладывал за воротник.

Кузьмин закончил Московский государственный историко-архивный институт. Со временем его взяли в аппарат ЦК КПСС, где он сделал хорошую карьеру, дослужившись до должности одного из секретарей приемной генерального секретаря ЦК КПСС. Все обходилось до тех пор, пока он не перебрал на работе и не упал. Его должны были выгнать отовсюду и навсегда. Но его сделали главным редактором журнала "Советские архивы".

— Брежнев воспринимался в быту как добрый коммунистический царь. Если бы еще он не имел на своем счету Афганистан... Когда в 1979 году произошел ввод советских войск в Афганистан, вы были первым секретарем ЦК ВЛКСМ. Вы стали послом в Афганистане после вывода войск и оставались на этом посту до 1992 года. Считаете ли вы политической ошибкой тогдашнего советского руководства ввод советских войск в Афганистан?

— Мне очень трудно об этом говорить. Я считаю, что наша армия выполнила свою миссию в Афганистане и наши солдаты под командованием генерала Бориса Громова с честью вышли оттуда. Надо было входить или не надо? Трудно сказать.

Войти, наверно, надо было со временем, но поставить перед афганцами одно условие: мы стоим там, где стоим. Все. А мы полезли в навязанную нам США гражданскую войну и участвовали в ней. И это было плохо. Отсюда и гробы — груз 200.

Мы потеряли в годы афганской войны без малого 15,5 тыс. человек. Это и много и мало, если учесть, например, что в год на дорогах России гибнет в ДТП до 40 тыс. человек.

— Значит, нельзя однозначно сказать, что ввод наших войск был политической ошибкой брежневского руководства?

— Если бы это решение не принималось так келейно, если бы это принималось более гласно, широко и открыто, то мы бы не так долго барахтались с этой оценкой.

— Правда, что когда Брежнев подписал указ о награждении советского путешественника Дмитрия Шпаро орденом Ленина за лыжный переход на Северный полюс, это стало вашей большой радостью? Ведь это была оценка той самостоятельности, независимости, которую вы проявили, когда отпустили группу Шпаро на Северный полюс. Со слов Шпаро известно, что секретарь ЦК Михаил Зимянин вызвал вас и сказал, что вы положите партбилет на стол, если не вернете своих ребят, которые ушли к тому времени в экспедицию.

— Много лет прошло, но помню, как будто это было вчера. Зимянин нервно шагал по своему кабинету и говорил мне: "Ах, хитрец, ах вы, хитрецы... Ты пришел ко мне тогда, когда они уже отправились в поход и вернуть их уже невозможно... Но тебе предстоит нелегкий разговор с товарищем Сусловым".

Я приготовился к суровому разносу, знал, что могу выйти из кабинета Суслова без партийного билета.

Мы сознательно шли на то, чтобы ребята отправились в поход, к которому они были готовы, — я знал это, был уверен в них. Я также был уверен в том, что, если бы мы спрашивали заранее разрешение у ЦК, нам бы отказали в нем. А нам очень хотелось, чтобы именно комсомольцы, именно ребята, именно Дмитрий Шпаро со товарищи покорил Северный полюс на лыжах, чего до них не удавалось никому в мире.

Помню до деталей этот разговор с Сусловым. С самого начала он меня спросил, понимаю ли я, что, если что-то случится с ребятами, я поплачусь безоговорочно своей партийной принадлежностью? Я ему сказал, что понимаю.

Дальше он расспрашивал меня о том, как была подготовлена эта экспедиция. Его интересовало все до мелочей. Он более или менее успокоился тогда, когда я ему сказал, что в группе есть человек от ведомства Андропова (Юрий Андропов тогда был председателем КГБ СССР — прим. ТАСС), которому предписана радиосвязь с Большой землей.

Суслов интересовался, как они вооружены. Я сказал, что они имеют один охотничий карабин на всех. Когда я назвал марку оружия, что это кавалерийский карабин 1944 года, из которого был убит не один медведь на Севере, он немного успокоился.

— Почему Суслов ограничился суровым выговором в устной форме?

— Потому что он прекрасно понимал, что подобные экспедиции — самый лучший и правильный способ воспитания патриотизма, и потому принципиально поддержал нас.

Спустя много лет я узнал, что по команде Суслова ребят сопровождала атомная подводная лодка, чтобы, если потребуется, пробить толщу льда, всплыть, чтобы в крайнем случае забрать семерку путешественников. А над ними время от времени пролетал самолет стратегической авиации Ту-22М, который махал им крыльями и как бы передавал условленный сигнал: "Ребята, держитесь, мы с вами!"

Когда наши ребята дошли до Северного полюса и сыграли там в футбол, когда их привезли в Москву и я их встретил в аэропорту, я доложил по телефону Суслову об успешном завершении экспедиции, попросил скромно наградить ребят.

Он хмуро буркнул мне: "Шпаро — орден Ленина. Остальных представить к правительственным наградам".

Суслову Брежнев доверял полностью. Суслов завизировал указ, который мы подготовили к награждению, а он подписал, даже не представляя того, кто такой Шпаро. Вскорости Суслов умер, и его место в ЦК занял человек, которого я боготворил и боготворю, — Юрий Андропов.

— По мнению бывшего секретаря ЦК КПСС Владимира Долгих, после смерти Суслова в январе 1982 года было очевидно, что преемником Брежнева будет Андропов, который заявил: "Леонид Ильич мне сказал, чтобы я переходил в ЦК, вел секретариат и при необходимости — политбюро и брал все кадры в свои руки".

Было ли перемещение Андропова из КГБ в Центральный комитет, секретарем ЦК, сигналом, что Брежнев определился со своим сменщиком?

— Кого видел Брежнев своим преемником, теперь уже не скажет никто. Андропов, на мой взгляд, мало успел сделать для того, чтобы полностью оправдать надежды на то, чтобы развернуть Советский Союз в направлении полного политического и экономического оздоровления.

— Я также знаю, что шла ожесточенная борьба за власть тогда. Вы о Романове что-нибудь слышали? О Щербицком?

— Григорий Романов был руководителем ленинградской партийной организации, а Владимир Щербицкий — руководителем крупной республиканской партийной организации Украины.

Оба рассматривались преемниками Брежнева. Но оба остались за бортом этого назначения благодаря действиям группы людей, которая сложилась вокруг Брежнева.

— Лидер белорусской Компартии Петр Машеров тоже был одним из главных претендентов на высшие государственные посты, но погиб в октябре 1980 года в автокатастрофе. Вокруг его смерти долгое время ходило множество слухов. Его дочь Наталья не считает случайной катастрофу, в которой погиб ее отец…

— Ерунда. Я был в Минске за несколько дней до смерти Машерова. Он ехал куда-то на своей машине, и у него был пожилой шофер, которого он знал многие годы. Ему говорили: "Убери ты его! Возьми помоложе кого-нибудь, он же тебя убьет когда-нибудь!"

Машина милицейская ушла вперед, и между ней и машиной Машерова появился грузовик с картошкой. То ли шофер заснул, то ли что-то еще, но, в общем, они разбились.

Его гибель — чистая случайность. Конечно, сразу поползли слухи, в том числе и о том, что все было подстроено и его убили... Популярность Машерова тогда была очень велика, и она постоянно росла. И уже давно за Машеровым тянулась молва, что это наш будущий союзный руководитель. Никто, конечно, не говорил об этом прямо, но думали многие, и я так думал.

— По воспоминаниям очевидцев, Брежнев в последние годы находился уже в таком состоянии, что восприятие им и людей, и идей было неадекватным. Почему он не уходил в отставку?

— Он понимал все. Но в то время от первого лица уже мало что зависело. Острословы говорят, что свита играет короля. Я никогда не забуду свой последний съезд комсомола, одно из вечерних заседаний, на котором я сидел рядом с секретарем ЦК по сельскому хозяйству Горбачевым, которого хорошо знал.

Я был в Минске за несколько дней до смерти Петра Машерова. Он ехал куда-то на своей машине, и у него был пожилой шофер, которого он знал многие годы. Ему говорили: "Убери ты его! Возьми помоложе кого-нибудь, он же тебя убьет когда-нибудь!"

Горбачев чесал свою лысину и говорил: "Боря, благодаря этой штуке я не стал твоим начальником" (в начале 1970-х годов рассматривался вопрос о назначении Михаила Горбачева на должность заведующего отделом пропаганды ЦК КПСС — прим. ТАСС), намекая на то, что их призывали вместе с Тяжельниковым. Его сразу отбраковали, он даже не пересек порог сусловского кабинета.

И вот сидим мы, болтаем, я ему о состоянии Брежнева, а он мне о том, что надо делать все, чтобы и в таком состоянии поддерживать Леонида Ильича. Это вопрос стабильности в партии, в государстве — и вопрос международной стабильности.

Эта свита держала его, хотя он умолял отпустить его на покой. А потом, свита бывает разной: бывают товарищи по работе, бывает домашняя челядь, и вот все они убеждали его в том, что он необходим, что он нужен. Пусть как знамя, но он необходим. И он принимал эти цацки, комплименты.

— Сразу после смерти Брежнева о нем было сказано все, что можно сказать негативного о политическом лидере, но постепенно история возвращает потомкам его подлинный силуэт в рассекреченных архивных документах, которые ранее не были известны. Как бы вы оценили личность Брежнева и его время?

— Леонид Ильич — великая личность, противоречивая личность. Брежнев был красивый мужик, настоящий, всегда пахнул дорогими духами и дорогим табаком. Хотя он курил сигареты "Новость" вроде бы.

Я потом готов был набить физиономию всем хазановым, которые ловили его физические недостатки и копировали его речь, его южный говорок, украинизмы, которые были неистребимы в его речи.

Я считал и считаю, что разговоры о застое можно вести применительно только к высшим эшелонам нашей власти. Да, мы были во власти выживающих из ума стариков, но среди них были и те, кто мог вести нас вперед, и они это делали.

Беседовал Дмитрий Волин

Биография Бориса Пастухова

Родился 10 октября 1933 г. в Москве в семье военнослужащего.
Окончил Московское высшее техническое училище им. Н.Э. Баумана в 1958 г. по специальности инженер-механик.
В том же году начал комсомольскую карьеру, став вторым секретарем Бауманского райкома ВЛКСМ г. Москвы. И уже через шесть лет - в 1964 году назначен вторым секретарем ЦК ВЛКСМ.
В 1974 -1989 гг. – депутат Верховного Совета (ВС) СССР 7-11 созывов.
В 1977-1982 гг. - первый секретарь ЦК ВЛКСМ.
С 1978 по 1986 гг. – член ЦК КПСС.
В 1982-1986 гг. – председатель Госкомитета СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли.
В 1986-1989 гг. – Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Королевстве Дания.
В 1989-1992 гг. – Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Республике Афганистан.
В 1992-1996 гг. – заместитель министра иностранных дел РФ.
В 1996-1998 гг. – первый заместитель министра иностранных дел РФ.
В 1998-1999 гг. – министр РФ по делам СНГ.
В 1999-2007 гг. – депутат Государственной думы РФ третьего и четвертого созывов. С 2000 по 2003 г. – председатель комитета ГД по делам СНГ и связям с соотечественниками.
В 2001-2003 гг. – старший вице-президент Торгово-промышленной палаты РФ.
С 2011 г. по настоящее время – старший советник генерального директора ПАО “Центр международной торговли”.

Подробнее на ТАСС:
http://tass.ru/opinions/interviews/4714 … ign=teaser

0

6

La Repubblica, Италия

«Товарищи 2017 года, вы уже одержали верх над империализмом?»

Сообщения из СССР пятидесятилетней давности

12.11.2017
Розальба Кастеллетти (Rosalba Castelletti)



От Сибири до аннексированного Крыма ностальгирующие российские коммунисты извлекли на свет запечатанные капсулы времени — сообщения, оставленные молодежью 1967 года своим нынешним ровесникам. Эти письма источают гордость за достижения коммунизма, который, как они считали, будет вечным.

Москва. 50 лет назад миллионы людей во всех уголках Советского Союза праздновали юбилей революции, ликуя, размахивая красными флагами, распевая гимны и выкрикивая патриотические лозунги. Молодежь 1967 года писала своим сверстникам 2017 года письма, источающие гордость за достижения коммунизма, который, как они считали, будет вечным. Молодые люди были полны энтузиазма в своей нерушимой вере в социалистическое будущее, полное триумфальных побед, таких как путешествия на Марс и круглые столы с представителями внеземных цивилизаций.

«Как вы празднуете юбилей основания нашего государства?» — спрашивали в Красноярске. Они никак не могли представить себе, что Советский Союз и все, во что они верили, прекратит свое существование в 1991 году. Не могли они представить и того, что в современной России столетие Великого октября (по юлианскому календарю, использовавшемуся в царской России; сегодня эта дата соответствует 7 ноября) пройдет почти незамеченным.

Ностальгирующим коммунистам пришлось сделать то, от чего воздержались власти. По всей стране от Мурманска, находящегося за полярным кругом, до Новосибирска и Севастополя, столицы незаконно аннексированного Россией Крыма, они извлекали и зачитывали вслух сообщения, запечатанные полвека назад в капсулы времени. «Сегодня мы строим коммунизм, а вы будете жить в его свете. Вот наше послание вашему поколению: будьте тверды в своих коммунистических идеалах и отважны в борьбе во благо пролетариата», — гласило одно из посланий, извлеченных в Череповце, который 50 лет назад был деревней, а теперь стал крупным промышленным центром. То же самое пожелание советской молодежи прозвучало в Бурятии: «Несите в ваших сердцах веру Ленина в светлое коммунистическое будущее». В республике Адыгея: «В ближайшие 50 лет вы одержите решающие победы в борьбе против заклятого врага всех народов — империализма».

Молодежь 1967 года была воодушевлена идеей космической гонки. Всего шестью годами ранее СССР отправил в космос первого человека — Юрия Гагарина. Поэтому в Новосибирске писали: «Мы убеждены, что вы хорошо обустроите нашу голубую планету, колонизируете Луну и высадитесь на Марсе». «Ваши космические корабли, — продолжают они, — пересекут всю галактику» и «вы будете договариваться о научном и культурном взаимодействии с внеземными цивилизациями».

Юноша из Серова, города в Свердловской области на Урале, представлял, что город превратится в «базу запуска сверхзвуковых самолетов». Среди более реалистичных фантазий — «цветные телевизоры и видеотелефоны». А молодежь в заполярном Мурманске верила, что благодаря научному прогрессу климат на Северном полюсе станет более мягким: «Подчините силы природы своей воле, измените климат и посадите сады в полярных регионах».

Общим чувством молодежи 1967 года была «зависть» к будущему поколению, которое будет жить в совершенно иную, как они считали, эпоху. «Мы бесконечно завидуем вам, вашим товарищам и потомкам», — писали в Курске. И только в Архангельске были убеждены в обратном: «Мы знаем, что и вы нам завидуете. У нас — ясная цель, большое будущее и много дел впереди».

http://inosmi.ru/social/20171112/240738864.html
Оригинал публикации: "Compagni del 2017, avete già sconfitto l'imperialismo?". Messaggi dall'Urss di 50 anni fa
Опубликовано 08/11/2017 16:58

0


Вы здесь » Россия - Запад » #ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА РОССИИ СОВЕТСКОГО ВРЕМЕНИ » СССР: 1964-1982, "застой" - время Брежнева Л.И.