Россия - Запад

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Россия - Запад » ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА РОССИИ XV-XVII вв. » Россия-Запад: Кто и что стоит за церковной реформой 17 века в России..


Россия-Запад: Кто и что стоит за церковной реформой 17 века в России..

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР

Обыкновенный папизм
Геноцид староверов инспирирован Ватиканом

Андрей Евдокимов,
главный редактор военно-научного журнала «Защита и безопасность»



Самую хитроумную и губительную по своим последствиям, самую тайную операцию против России, точнее, против Московской Руси провели спецслужбы Ватикана и Оттоманской Порты в середине XVII века. Их поддерживали агенты влияния из государственной элиты, многие из которых не понимали смысла происходящего.

Речь о церковной реформе, которую обычно связывают с именем патриарха Никона, он же Никита Минин. Ее инициаторами и апологетами стали явные и тайные враги российской государственности. Реформа повлекла геноцид невиданных масштабов, жертвами которого на протяжении веков стали сотни тысяч, а возможно, и миллионы наших предков.

Несмотря на то, что первоначальные цели операции не были достигнуты, ее результаты пагубно влияют на ход отечественной истории до настоящего времени.

Грезы о Царьграде

Раскол православия стал следствием церковной реформы, которая не была обоснована ни богословски, ни канонически. Но тогда кому она была выгодна, каковы ее истинные причины и цели?

Историк Николай Каптерев в своей книге «Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович» пишет: «Инициатива произвести церковную реформу в смысле объединения наших церковных чинов, обрядов и богослужебных книг с тогдашними греческими принадлежит не Никону, а царю Алексею Михайловичу и его духовнику, протопопу Стефану Вонифатьевичу. Они первые, еще до Никона, задумали произвести церковную реформу, ранее наметили ее общий характер и начали понемногу приводить в исполнение. Они еще до Никона вызвали в Москву из Киева знающих греческий язык книжных справщиков, с помощью которых начали поправлять наши книги по образцу греческих. И, что главное, они же создали и самого Никона как реформатора-грекофила».

Общественности до сих пор внушают: реформа проводилась с целью исправления ошибок и описок, вкравшихся в богослужебные тексты. Но сравнительный анализ показывает, что в результате так называемой справки в послереформенных книгах появилось огромное количество погрешностей и грубых ошибок. Объявленной целью реформы было достижение церковного единообразия с греками. Но истинные намерения реформаторов лежали исключительно в плоскости тогдашней геополитики и не имели ничего общего с духовностью и священнослужением.

Дело в том, что Алексей Михайлович первым из русских царей решил предъявить права на византийский престол и возглавить вселенское православие. Каптерев пишет: «Алексей Михайлович считал себя не только преемником древних благочестивых греческих императоров в делах веры и благочестия, но и законным наследником их царства, верил, что ему или его преемникам действительно суждено в будущем владеть Константинополем и всеми православными народами, томящимися под турецким игом». Этой цели была подчинена вся деятельность монарха, которого и следует считать главным творцом раскола. Сама идея объединения православных народов под скипетром и державой русского самодержца возникла после падения Византии в 1453 году. Спустя полвека тезис о том, что ее духовной наследницей является Россия, уже не вызывал сомнений. В 1516 году старец Филофей в послании к великому князю Василию III писал: «Вся христианская царства снидошася в твое едино, яко два Рима падоша, третий стоит, а четвертому не быти... Един ты во всей поднебесней христианом царь».

На идее богоданности религиозной и национальной исключительности русского народа был воспитан и Алексей Михайлович. Став царем, он решил воссесть на престол древних греческих правителей. Но решить эту задачу можно было только победоносной войной с самой могущественной империей того времени – Оттоманской Портой. Многовековую вражду с ней подпитывал непрекращающийся конфликт Москвы с Крымским ханством, вассалом и верным союзником турецких султанов.

Царь Алексей презирал все отечественное и преклонялся перед всем зарубежным. О «чудесах западной культуры» у него было фантастическое представление, он был убежден во всеобъемлющем могуществе иноземцев. Пренебрежение к отечественной истории и культуре унаследовал его сын, будущий император Петр I. У того вера в превосходство «неметчины» над всем русским вообще была болезненно гипертрофирована.

Призрак византийского престола витал над Россией и после смерти Алексея Михайловича, вплоть до 1917 года. Его потомки зациклились на «греческом проекте». Идея византийского престолонаследия постепенно получила весьма широкое распространение в русском обществе, и если раньше она инспирировалась извне, то в XIX веке уже многие отечественные мыслители отдают дань утопическому проекту создания Великой Греко-Российской Восточной империи со столицей в Константинополе. Об этом писали Тютчев, Достоевский, Аксаков.

Чей туфля?

Поток подстрекателей, пытавшихся столкнуть Москву с Портой, возник задолго до воцарения Алексея Михайловича. Один из папских легатов сладкоречиво увещевал Ивана Грозного: «Если ты соединишься верою с папою и всеми государями, то при содействии их не только будешь на своей прародительской отчине, в Киеве, но и сделаешься императором Царьграда и всего Востока». И далее: «Все беды России легко исправимы, если русские не погнушаются принять унию, целуя туфлю с ноги папы».

Ввязываться в заведомо проигрышную войну с могущественными Османами, завоевавшими пол-Европы и чуть ли не всю Переднюю Азию, Грозный остерегся. Однако позже провокаторы нашли благодатную ниву для взращивания коварных замыслов в лице Алексея Михайловича и в его близком окружении.

Столкнуть московитов с турками хотели государства Западной Европы и примкнувшая к ним Речь Посполитая, боявшиеся очередного нашествия Порты. На защите интересов объединенной этими планами Европы стоял Ватикан, считавший себя единственным центром правильного, то есть католического христианства. Но у прелатов были и свои чаяния. Они строили планы глубокой экспансии на восток и, разумеется, желали обратить население всей Восточной Европы в католичество или добиться от Православной церкви признания власти Рима.

Казалось, Ватикан на пути к успеху. В 1596 году провозглашена Брестская церковная уния, объединившая Православную церковь окраинных земель Польши (территория современных Украины и Белоруссии) с католической на основе признания верховенства папы римского и основных догматов, но при сохранении православной обрядности. Так сформировалась существующая до сих пор Украинская греко-католическая (униатская) церковь.

Захватив плацдарм в центре восточного славянства, папские легаты устремились дальше на восток – на Москву и подвластные ей земли. Как известно, Ватикан был очень близок к достижению своих целей в период Смутного времени. Сопровождавшим польских захватчиков прелатам и членам ордена иезуитов было предписано добиться от Самозванца «издать закон, чтобы в Церкви Русской все подведено было под правила соборов отцов греческих». Однако всенародное сопротивление, которое возглавили Минин и Пожарский, разрушило эти планы.

Но был и второй субъект тогдашней геополитики, заинтересованный в раздроблении и последующем завоевании России. Султаны Оттоманской Порты не смирились с разгромом Казанского ханства и присоединением к России Поволжья вплоть до Астрахани и Ногайской орды (северный Прикаспий и Предуралье), до того находившихся в вассальной зависимости от Стамбула. Ведь занятые Россией территории были стратегическим плацдармом для завоевания турецких провинций в Причерноморье и победы над извечным врагом Москвы – Крымским ханством.

Крах польского нашествия послужил поучительным примером для османитов. Турки опасались, что даже завоевав Россию, не смогут ее удержать, как это случилось с поляками. Причина – неколебимое единство русского народа, которое только укрепилось в результате бед Смутного времени.

Судя по всему, к такому же выводу пришли и в Ватикане, отказавшись от повторения прямой агрессии против России. С военной точки зрения это вторжение было опасно как для одной, так и для другой стороны. В случае наступления турок по направлению с юга на север их левый фланг оказывался уязвимым для удара европейцев с запада. А при наступлении на восток правый фланг объединенной католической армии мог быть легко сметен конницей Крымского ханства.

Но где не проходит пехота и застревает конница, там успешно продвигаются вражеские агенты, замаскированные церковными покровами и благочестивыми лозунгами. Эти «волцы в кожах овечьих» расчетливо прибегли к обходному маневру, обольстив лживыми посулами восточных патриархов, находившихся под гнетом мусульманского Стамбула. Их заветным и вполне понятным желанием было избавиться от турецкого владычества. Но для этого нужно было любыми средствами втянуть русских в войну с Портой.

Категорически отвергнем предположение, что эти замыслы остались неизвестны турецким султанам Мехмеду IV, Ибрагиму I и их визирям. Они хорошо усвоили опыт расчленения и захвата русских земель путем стравливания одних русских с другими – по методике ханов Золотой Орды. Полностью контролируя церковную жизнь на подвластных территориях, Порта намеревалась раздробить и завоевать Московскую Русь. Для этого нужно было искоренить ее духовно-идеологическую основу – православие.

Заметим, что после двух уний с католиками (Лионская в 1274 году и Флорентийская в 1439-м) и двухсот лет пребывания под турецким владычеством в греческой церковной практике произошло так много изменений, что русские священнослужители имели серьезные основания сомневаться в истинности православия греков. Подобных взглядов придерживался и сам Никон.

Но едва забрезжила возможность стать патриархом, он уподобился хамелеону. Следуя наветам придворных агентов влияния, царь посулил и повелел, а Никон тут же ответил: «Есть! Будет сделано! И делается уже».

Окончание следует.

Опубликовано в выпуске № 24 (688) за 28 июня 2017 года

Подробнее: http://vpk-news.ru/articles/37480

0

2

27.04.2018     

Казнен протопоп Аввакум, крупнейший деятель раннего старообрядчества

14.04.1682 (27.04). – Казнен протопоп Аввакум, крупнейший деятель раннего старообрядчества Протопоп Аввакум

Протопоп Аввакум

Аввакум Петрович (1620 или 1621–1682) – протопоп, идеолог и один из вождей старообрядческого раскола, отличался редкими духовными дарованиями, энергией и упорной волей (обратной стороной этих качеств был и очень трудный критикантский неуживчивый характер). Основные сведения о своей жизни протопоп Аввакум изложил в автобиографическом "Житии" и др. сочинениях.

Родился в с. Григорово "в Нижегороцких пределех" в семье священника. Рано потерял отца и воспитывался богомольной матерью. В возрасте 19 лет женился по указанию матери, найдя в жене верного друга своей многострадальной жизни; у них родилось 5 сыновей и 3 дочери.

Переехав в с. Лопатищи того же уезда, Аввакум в 1642 г. был рукоположен во диакона, а в 1644 г. – во священника. Летом 1647 г. бежал с семьей от преследований критикуемого им местного "начальника" в Москву, где нашел поддержку у царского духовника Стефана Вонифатьева, поборника благочестия, после чего вернулся в свой разоренный дом в Лопатищах. С этого времени Аввакум начал поддерживать активные контакты с московским "кружком ревнителей благочестия" и последовательно осуществлять их планы исправления нравов. Из-за этого вступал в постоянные конфликты как с паствой, так и с властями, вызывав всеобщее недовольство. Был не раз бит и изгнан вместе с женой и малолетним сыном.

Ища защиты, в мае 1652 г. Аввакум вновь направился в Москву, там получил назначение в г. Юрьевец-Повольский, где был поставлен в протопопы. И на новом месте протопоп Аввакум своими требованиями также восстановил против себя мiрян и духовенство, через 8 недель был жестоко избит толпой и бежал в Москву. Здесь он начал служить в Казанском соборе, протопопом которого был его покровитель – глава "ревнителей благочестия" протопоп Иоанн Неронов. Он представил Аввакума Царю Алексею Михайловичу.

Протопоп Аввакум был привлечен к участию в исправлении богослужебных книг, предпринятом Патриархом Иосифом (в связи с расширившимся после 1564 г. книгопечатанием) и состоявшем в сличении их с более древними старопечатными славянскими оригиналами. С 1652 г., после смерти Иосифа, дело книжного исправления продолжено было Патриархом Никоном, но по греческим подлинникам, и прежние справщики, в том числе и Аввакум, не знавшие греческого языка, были отстранены. Были вызваны на Русь киевские и греческие справщики, к которым возникло недоверие из-за подозрений в зараженности латинской ересью (ужаснувшая Русь уния Константинополя с католиками в XV веке еще была жива в памяти). Властный же Патриарх, не владея греческим языком, полностью доверял грекам и требовал от всех безпрекословного послушания, не снисходя до терпеливых разъяснений и переубеждений.

Новый порядок исправления книг вызвал оппозицию со стороны приверженцев неприкосновенности обряда, которые стали видеть во властной деятельности Никона скрытое посягательство на чистоту древней веры и благочестия. Обладая огромной энергией и фанатическим задором и будучи упорным приверженцем старины, Аввакум первый выступил против с "огнеопальною ревностью" («До нас положено, лежи оно так во веки веков!»), за что уже в сентябре 1653 г. был заключен в подвал Андроньевского монастыря, затем сослан с семьей в Тобольск, но так как и здесь не переставал «ревностно бранить ересь Никонову», то переведен был в Енисейск, а затем отдан под начало строгому воеводе Афанасию Пашкову, имевшему поручение завоевать Даурию (Забайкальская обл.). Шесть лет провел Аввакум в скитаниях по Даурской земле, вплоть до Нерчинска, Шилки и Амура, причем за обличения действий воеводы неоднократно подвергался наказаниям. В эти годы от голода и нужды у Аввакума умерло двое сыновей. В ответ на активное сопротивление Аввакума и его соратников Собор 1656 г. предал анафеме и проклял всех неповинующихся Церкви последователей двуперстия (находя в этом связь с ересью несторианства), что усугубило конфликт.

В 1658 г. отношения Царя и Патриарха стали конфликтными, и в 1661 г. Царь разрешил Аввакуму вернуться в Москву, возможно, надеясь привлечь его на свою сторону как уже знаменитого противника Никона. Возвращение через всю Сибирь затянулось до 1663 г. В Москве Аввакуму сулили должность справщика на Печатном дворе и деньги, но Аввакум не поступился своей верой ради «сладости века сего и телесныя радости». Он спорил с царским духовником Лукьяном Кирилловым, видными царедворцами и архиереями – «о сложении перстов, и о трегубой аллилуйи, и о прочих догматах», стал духовным отцом боярыни Ф.П. Морозовой, ее сестры княгини Е.П. Урусовой и многих других московских "старолюбцев". Через год за эту деятельность, а также вследствие челобитной, поданной Царю, в которой обличалась в ереси вся Русская Церковь, сослан был в Мезень, где пробыл около полутора лет.

Следует заметить, что отношения между Царем и Патриархом в 1658 г. разорвались происками бояр, которым мешала строгость Патриарха и которые потому писали на него обвинительные доносы в "посягательстве на права и целостность царской власти". Бояре же поощряли сторонников старого обряда против требовательного Никона. Никону, несогласному с действиями Царя, пришлось оставить патриарший трон и удалиться в Воскресенский монастырь на Истре. И именно после его ухода начались самые жестокие преследования старообрядцев (в чем также несправедливо обвиняют Никона).

В конце 1665 – начале 1666 г. в связи с подготовкой к церковному Собору по избранию нового Патриарха (начался в феврале 1666) были арестованы вожди старообрядческой оппозиции. 1 марта 1666 г. Аввакум был привезен в Москву, где на проходившем в это время Соборе его пытались заставить отказаться от противостояния. Никон был осужден, объявлен простым монахом и отправлен в ссылку в Ферапонтов и Кирилло-Белозерский монастыри. К тому же многие архиереи пришли на Соборе к верному мнению, что, утверждая "новый обряд", не следует объявлять еретическим старый, ибо разногласия несущественны. Но Аввакум вместе с единомышленниками остался непреклонен в отвержении "нового обряда". После бурной полемики на Соборе протопоп Аввакум и его единомышленники, диакон Федор Иванов и суздальский иерей Никита Добрынин, были 13 мая 1666 г. лишены сана и анафематствованы в Успенском соборе, после чего их, закованных в цепи, поместили в Никольский Угрешский монастырь, где 2 июня Федор и Никита раскаялись и подписали требуемые от них грамоты. Аввакум остался непреклонен и был переведен в тюрьму Пафнутиева Боровского монастыря.

Новый Собор 1667 г. был более жестоким: он объявил старый обряд "еретическим" и решил наказать "еретиков" гражданскими казнями, – чем и закрепил раскол официально. Аввакуму, попу Лазарю и соловецкому иноку Епифанию за их упорство вынесли приговор – ссылка в Пустозерский острог на Печоре, в «место тундрявое, студеное и безлесное», причем Лазарю и Епифанию урезали языки.

Первое время они еще имели возможность достаточно свободно общаться между собой, а также поддерживать связи с внешним мiром. Лишенные литературы, необходимой для работы, Аввакум и его собратья тем не менее продолжали в своих писаниях разоблачать "никонианские" нововведения. В посланной тогда же челобитной на имя Царя Аввакум писал, что их напрасно отлучили от Церкви и назвали еретиками, ибо в таком случае подобной же участи заслуживают и все бывшие ранее русские иерархи и Государи, державшиеся старых обрядов. По его мнению, главная ответственность за все решения Церкви лежит на самом Царе.

Вследствие этих писаний в 1670 г. началась новая волна репрессий в отношении приверженцев старых обрядов. В марте на Мезени были повешены ученики Аввакума Федор Юродивый и Лука Лаврентьевич. Сыновей Аввакума Ивана и Прокопия также приговорили к повешению, но они "повинились" и были вместе с матерью посажены в земляную тюрьму. 14 апреля того же года состоялась вторая "казнь" пустозерских "тюремных сидельцев" (Лазарю, Федору Иванову и Епифанию вторично резали языки и рубили правые руки), Аввакума было указано "вместо смертной казни" держать в тюрьме на хлебе и воде. Ухудшение положения пустозерских узников произошло по причине распространения их писаний.

15 лет Аввакум прожил в срубе, в земляной тюрьме, где и написал около 70 произведений, в том числе знаменитое свое "Житие" – первый в русской литературе опыт православной автобиографии, где живым разговорным языком описаны судьба автора и Русь XVII в. Это произведение не раз переводилось на иностранные языки.

Переживший Царя Алексея Михайловича, протопоп Аввакум обратился к новому Царю Федору Алексеевичу с дерзкой челобитной, в которой устрашал сына загробными муками отца за потворство "никонианам". И «за великия на царский дом хулы» Аввакум был сожжен в срубе вместе с тремя другими узниками.
Казнен протопоп Аввакум, крупнейший деятель раннего старообрядчества

https://rusidea.org/upl/pct/Avvakum_sozhenie.jpg
Сожжение протопопа Аввакума. Г. Мясоедов. 1897 г.

С точки зрения исторических фактов Аввакум и его сторонники были во многом правы: не русские, а греки отступили от традиции. Русь приняла христианство по Студийскому уставу (который в Греции был позднее вытеснен Иерусалимским), сохранив старые обряды до XVII века. Древней формой было двоение слова "аллилуия". Троеперстному крестному знамению на православном Востоке предшествовало двоеперстие. "Старое" двоеперстие в Византии сохранялось еще в XII веке.

При этом следует отметить, что ожесточенные споры о правильности двоеперстия или троеперстия были лишь данью особенностям разных исторических эпох, но богословски не противоречили друг другу. Вот как историк Церкви Н.Ф. Каптерев объяснял смысл того и другого обычая.

    «Почему греки древнее первохристианское единоперстие в крестном знамении заменили потом у себя (не позже начала IX века) двоеперстием – понятно. Когда появилась ересь монофизитов, то она воспользовалась дотоле употреблявшейся формой перстосложения – единоперстием для пропаганды своего учения, так как видела в единоперстии символическое выражение своего учения о единой природе во Христе. Тогда православные, вопреки монофизитам, стали употреблять в крестном знамении двоеперстие, как символическое выражение православного учения о двух природах во Христе. Так произошло, что одноперстие в крестном знамении стало служить внешним, наглядным признаком монофизитства, а двоеперстие – православия...

    Борьбою и постоянным совместным жительством с монофизитами объясняется и то обстоятельство, почему двоеперстие так долго держалось в Константинопольской церкви, и потом между сирийскими православными христианами, и почему троеперстие, эта, по-видимому, самая естественная для христианина форма перстосложения, могло сделаться в греческой церкви господствующим обычаем только в позднейшее время, когда уже окончательно прекратилась борьба с монофизитством...

    Если появление двоеперстия и продолжительность его существования в православной греческой церкви зависело исключительно от монофизитства, только во время борьбы с ним имело свой особый смысл и значение, то, как скоро борьба с монофизитством прекратилась, греческая константинопольская церковь, желая и самой формой перстосложения отличаться не только от монофизитов-одноперстников, но и от несториан, всегда строго державшихся двоеперстия, так как они соединили с ним свое еретическое учение о соединении во Христе двух природ, и в двоеперстии видели символическое выражение и подтверждение своего еретического учения, – заменила у себя двоеперстие более естественным и свойственным каждому христианину, помимо вероисповедных его особенностей, троеперстием, как выражающим главный, основной догмат христианства – учение о святой Троице. Эта перемена у греков перстосложения в крестном знамении – из двоеперстия в троеперстие произошла, как можно думать, в конце XII века и продолжалась до конца XIII-го, когда оно у них сделалось наконец господствующим...» (Каптерев Н.Ф. История перстосложения).

Однако старообрядцы отвергали и исправления явных ошибок, накопившихся при переписывании книг и вносивших безсмыслицу в тексты. И главной их ошибкой было анафематствование официальной Церкви и отождествление царской власти с властью антихриста. Движение "раскола" охватило тогда около четверти всех православных, и они оказались в самоизоляции от влияния на дальнейшие судьбы России. Это был, к сожалению, фальстарт в преждевременном ожидании прихода антихриста.

Постоянный адрес страницы: https://rusidea.org/25042705

0


Вы здесь » Россия - Запад » ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА РОССИИ XV-XVII вв. » Россия-Запад: Кто и что стоит за церковной реформой 17 века в России..