Национальный журнал

03 сентября 2017 10:25

О чем писали на Руси в берестяных грамотах


Как жили обычные люди в Древней Руси, как относились друг к другу и какие у них были ежедневные заботы? Ответы на эти и другие вопросы можно узнать из берестяных грамот, сохранившихся до наших дней.

Вплоть до 1951 года существовало устойчивое мнение, что на Руси получали образование только избранные социальные слои. Этот миф развеяла находка археологов, которая произошла 26 июля 1951 года в Новгороде. Специалисты обнаружили берестяную грамоту, сохранившуюся с XIV века, а точнее свиток берёзовой коры, который легко можно было принять за рыболовный поплавок, с нацарапанными на нём словами.

Древняя записка, в которой перечислялись сёла, платившие повинность какому-то Роме, первая развеяла мнение о поголовной неграмотности населения Руси. Вскоре в Новгороде и других городах археологи стали находить всё новые и новые записи, подтверждающие, что и купцы, и ремесленники, и крестьяне умели писать.

Первая берестяная грамота. Она сильно фрагментирована, однако состоит из длинных и совершенно стандартных фраз: «С такого-то села позёма и дару шло столько-то», поэтому легко восстанавливается.

В отличие от большинства традиционных памятников XI-XV веков, берестяные грамоты люди писали простым языком, ведь адресатом послания чаще всего были члены их собственной семьи, соседи или же деловые партнёры. К записи на берёзовой коре прибегали в случае сиюминутной необходимости, поэтому чаще всего на бересте встречаются хозяйственные распоряжения и бытовые просьбы. Например, грамота XIVвека известная под № 43 содержит самую обыкновенную просьбу прислать слугу и с ним рубаху:

«От Бориса к Настасье. Как придет эта грамота, пришли мне человека на жеребце, потому что у меня здесь дел много. Да пришли рубашку — рубашку забыл».

Иногда в найденных археологами памятниках можно встретить жалобы и угрозы. Например, берестяная грамота XII века известная под № 155 оказалась запиской, автор которой требует возместить ему нанесённый ущерб в размере 12 гривен:

«От Полчка (или: Полочка) к ... [После того, как ты (?)] взял девку у Домаслава, с меня Домаслав взял 12 гривен. Пришли же 12 гривен. Если же не пришлешь, то я встану (подразумевается: с тобой на суд) перед князем и епископом; тогда к большему убытку готовься».

С помощью берестяных грамот мы можем узнать больше о повседневной жизни наших предков. Например, грамота № 109 XII века посвящена инциденту с покупкой краденой рабыни дружинником:

«Грамота от Жизномира к Микуле. Ты купил рабыню во Пскове, и вот меня за это схватила (подразумевается: уличая в краже) княгиня. А потом за меня поручилась дружина. Так что пошли-ка к тому мужу грамоту, если рабыня у него. А я вот хочу, коней купив и посадив [на коня] княжеского мужа, [идти] на очные ставки. А ты, если [еще] не взял тех денег, не бери у него ничего».

Иногда найденные археологами записки содержат предельно краткий и простой текст, похожий на современное СМС-сообщение (№ 1073): «От Гаврилы к Кондрату. Пойди сюда», - а иногда похожи на объявления. Например, грамота № 876 содержит предупреждение о том, что в ближайшие дни на площади будут проходить ремонтные работы.

Особенно интересно сегодня читать берестяные грамоты, которые использовались нашими предками в качестве любовных посланий. В конце XIV века некий Микита написал Анне записку с брачным предложением (№ 377):

«От Микиты к Анне. Пойди за меня — я тебя хочу, а ты меня; а на то свидетель Игнат Моисеев».

Самое удивительное в этой записке то, что Микита напрямую обращается к самой невесте, а не к её родителям, как было положено. Приходится только гадать о причинах такого поступка. Ещё один любопытный текст сохранился с XII века, в нём расстроенная дама отчитывает своего избранника (№ 752):

«[Я посылала (?)] к тебе трижды. Что за зло ты против меня имеешь, что в эту неделю (или: в это воскресенье) ты ко мне не приходил? А я к тебе относилась как к брату! Неужели я тебя задела тем, что посылала [к тебе]? А тебе, я вижу, не любо. Если бы тебе было любо, то ты бы вырвался из-под [людских] глаз и примчался …? Если даже я тебя по своему неразумию задела, если ты начнешь надо мною насмехаться, то судит [тебя] Бог и моя худость (то есть я)».

Оказывается в Древней Руси отношения супругов в чём-то походили на современные семьи. Так, например, в грамоте №931 жена Семёна просит приостановить некий конфликт до её возвращения. Приедет - разберётся сама:

«Наказ Семену от жены. Утихомирил бы ты [всех] попросту и ждал бы меня. А я тебе челом бью».

Археологами были найдены и отрывки любовного заговора, возможно, входящего в черновик любовного письма (№ 521): «Так пусть разгорится сердце твое и тело твое и душа твоя [страстью] ко мне и к телу моему и к лицу моему». И даже записка сестры к брату, в которой она сообщает о том, что её муж привёл домой любовницу, и они, напившись, бьют её до полусмерти. В этой же записке сестра просит брата поскорее приехать и заступиться за неё.

Далеко не все находки археологов сегодня имеют точный перевод, о значении части из них до сих пор ведутся споры. Так, например, обнаружение в Новгородской области бересты с ненормативной лексикой, датированной археологами XII веком, опровергает мнение о том, что древние славяне до монгольского нашествия якобы не знали мата. Но и то, что эти слова однозначно являются обсценной лексикой, точно не доказано.

Одной из спорных находок оказалась грамота №954, в которой рассказывается, что новгородец по прозвищу Шильник «пошибает» чужих свиней и лошадей:

«Грамота от Жирочка и от Тешка к Вдовину. Молви Шильцеви, цему пошибаеши свиньи чужие. А понесла Ноздрька. А се еси посромил конец всех Людин. Со оного полу грамота про кони же та бысть оже еси тако сотворил».

Древнеславянское слово «пошибает» имело несколько значений: «крадёт», «ворует», но могло означать и другой более «пикантный» глагол. Отсюда и трудности перевода - является ли «пошибать» прародителем современного мата?

А самая последняя громкая находка совершилась совсем недавно, в июне 2016 года. Берестяная грамота №1082 содержит ранее неизвестное древнерусское слово «посак», которое, возможно, означает «мошенник», «вор» или же другое более грубое выражение. Смысл послания пока не расшифрован, а его текст звучит так:

«Уов ортимие уо посака три берековесеке».

Точно известно лишь то, что слово «берковец» – мера веса зерна или мёда, равная 10 пудам. Это позволило предположить, что в грамоте содержится запись оброка или долга с ругательным словом.

Источник
Таисия Сергеенко

http://www.nationaljournal.ru/articles/2017-09-03/3960/