Россия - Запад

Объявление


Украшаем нашу ёлочку!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Россия - Запад » СПОРТ » "Олимпийские игрища", или смерть проффесионального спорта...


"Олимпийские игрища", или смерть проффесионального спорта...

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

События в профессиональном спорте последних лет, с их кульминацией 5.12.2017, когда была отстранена от участия сборная России, со всей очевидностью нам показывают всю порочность соревнований за деньги...

Еще К.Маркс изрекал, что нет такого преступления на которое не пошел бы капитализм при прибыли в 100, ... 300%...
Человеческая сущность слаба и порочна, и ради денег он пойдет на всё в том числе и на допинг, даже зная какой бы вред он в итоге принесёт спортсмену. Но это завтра, а сегодня, ... сегодня деньги...

Отсюда вывод: при существующей системе спорта за деньги, спортивная борьба никогда не будет ни чиста, ни честна, так как в этом никто не заинтересован по настоящему, ни спортсмены, ни тренеры, ни государственные чиновники, курирующие спортивную сферу, ни рекламодатели накачивающие спорт шальными деньгами.
Всем им глубоко наплевать на идеалы, они все лица заинтересованные, все получают свою часть денежного пирога. Поэтому любая борьба с допингом в спорте, а вернее мышиная возня под названием "борьба с допингом" носит чисто декларативный, косметический характер, только и далее развращающая нашу молодежь, ложными целями и примерами.

Сейчас мы наблюдаем сумасшедший рост денежных затрат и всего что связано с занятиями профессиональным спортом...
Это и беспредельная стоимость спортивных сооружений, и экипировка участников, и умопомрачительные гонорары профессиональных спортсменов. Система профессионального спорта подошла к своему краху и закату. Провести крупные соревнования становится непомерно дорого и скоро желающих их проводить просто не будет...
Все это в итоге вымрет так сказать естественным путем, долго болея и агонизируя, отравляя зловонными нравственными миазмами всё вокруг...

Когда это случится неизвестно, но в свете последних событий Россия может стать могильщиком профессионального спорта...
Нам надо возродить спорт любительский, без денежный, на местном уровне городов, районов, сёл, школ...
Выйдя из системы международного профессионального спорта, мы финансово подорвем его главные основы, интерес к нему со стороны молодежи...

Конечно соревнования за деньги не отомрут, да их и не запретишь, но с них можно и нужно сорвать "непорочные одежды чистоты", их нужно лишить массовой аудитории, как на телевидении, так и в интернете, лишить массовой прибыли, нужно устроителей профессиональных соревнований заставить очень дорого за всё платить ... обществу и государству.

Т. е. молодой человек, пожелавший сделать карьеру профессионала от спорта, должен заплатить обществу  богатые отступные за его воспитание как спортсмена, и за все будущие издержки общества по нейтрализации тех пагубных влияний кои будут исходить от сего профессионала на окружающих...

Надо на законодательном уровне прописать систему, как любительского, так и нового профессионального спорта, лишив его массовости, рекламы и следовательно шальных денег.
Зарплата профессионала должна быть такой, что бы не вызывать у окружающих зависть и желание пойти его путём.
Если же профессионал желает работать за границей, то он должен быть лишен  российского гражданства, оплатить все расходы по учебе и прочим потреблённым благам... и пожалуйста все двери из дома открыты...

0

2

00:02, 6 декабря 2017

Докатились
Кто виноват в олимпийском позоре России

Россию отстранили от Олимпийских игр в Пхенчхане, оставив возможность «чистым» от допинга спортсменам выступить под нейтральным флагом. Впервые в истории целая сборная, а не только отдельные ее представители или команды, не примет участия в Олимпиаде из-за обвинений в допинговых махинациях. Путь от триумфатора Игр в Сочи до изгоя, которого в спортивном мире не пинает только ленивый, был пройден Россией всего за три года. «Лента.ру» попыталась разобраться, почему страна, ежегодно тратящая на поддержку спорта миллиарды рублей, не смогла защитить своих атлетов от недоказанных обвинений и нападок психически больного мошенника.

События, в результате которых Россия лишилась 10 медалей домашней Олимпиады и была наказана перед Пхенчханом, начали разворачиваться еще в декабре 2014 года. Тогда все внимание боссов российского спорта было приковано к проблемам с пополнением зарплатной карты Фабио Капелло, в то время главного тренера национальной сборной по футболу. Вскоре ситуацию осложнил обвал рубля. Дополнительным раздражителем был не самый удачный старт в квалификации Евро-2016. В общем, тогдашний министр спорта Виталий Мутко не сразу заметил документальный фильм, заставивший мир заговорить о государственной поддержке применения допинга в России. «На каком-то частном случае хотят показать какую-то систему и заинтересованность государства, принизить российский спорт», — посетовал чиновник. Власти не предприняли ответных действий, если не считать красивых писем с обещаниями.

Гораздо быстрее на расследование, посвященное систематическому применению допинга российскими легкоатлетами, отреагировали все компетентные международные организации — Международная ассоциация легкоатлетических федераций (IAAF), Всемирное антидопинговое агентство (WADA) и Международный олимпийский комитет (МОК). Дело приобрело серьезный оборот. С российской стороны разбирательством занялись национальное антидопинговое агентство РУСАДА и Всероссийская федерация легкой атлетики (ВФЛА). Только в феврале 2015-го — вероятно, из-за длинных новогодних праздников — федерация подала иски к автору фильма Хайо Зеппельту, редакции показавшего ленту телеканала ARD и героям документальной ленты Виталию и Юлии Степановым. Тяжба вначале велась в судах Самары и Челябинска (Почему не в Германии, где за клевету можно сесть в тюрьму? Этот вопрос так и остался без ответа) и растянулась на десять месяцев: ответчики просто не спешили с явкой. В итоге в декабре Басманный суд признал изложенные в фильме сведения не соответствующими действительности, но в публикации опровержения отказал.

Его считают чуть ли не личным врагом России, но у него есть работы, посвященные другим темам: например, допинговым махинациям в ГДР и Китае, а также деятельности президента МОК Томаса Баха.

Естественно, на Западе на этот, по сути, бесполезный процесс даже не обратили внимания, да и к тому времени битва была проиграна с разгромом: ВФЛА уже месяц как находилась вне закона после выхода в ноябре 2015-го 323-страничного отчета независимой комиссии WADA под руководством Ричарда Паунда, которая изучила материалы ARD и провела собственное расследование. Нанятые WADA юристы сполна отработали солидный бюджет: доклад втянул в скандал РУСАДА вместе с тогдашним директором ФГУП «Антидопинговый центр» (та самая московская антидопинговая лаборатория) Григорием Родченковым.

Россия вмиг лишилась места в элите легкой атлетики и собственных антидопинговых структур. В течение нескольких месяцев все руководители РУСАДА и глава московской лаборатории ушли в отставку. В начале 2016-го двое бывших управленцев Российского антидопингового агентства скоропостижно скончались, а Родченков уехал в США, где стал информатором WADA и разоблачителем допинговых махинаций на родине. Первые же выступления химика дали старт мощной информационной кампании, которой с легкостью поверила публика: к сожалению, это бич и западного, и отечественного общества.

Выяснились интересные детали биографии ученого, который и сам со временем перестал их скрывать. Так, в 2011 году в отношении Родченкова и его сестры Марины возбудили уголовное дело. Директора московской лаборатории подозревали в организации преступной группы, которая торговала допингом и гарантировала клиентам — то есть спортсменам — «чистоту» их проб. Марина Родченкова отделалась небольшим сроком, быстро замененным на условный, а Григорий Родченков избежал уголовного преследования, притворившись невменяемым. Согласно источникам, Родченков после попытки самоубийства попал в стационар, где у него выявили шизотипическое расстройство личности (впоследствии выяснилось, что Родченков обманул судмедэкспертов). Обвинения против ученого были сняты, и он руководил «Антидопинговым центром» вплоть до отставки в 2015-м. Если действительно все было именно так, и правоохранительные органы знали об этом, возникает законный вопрос к Минспорта — тогдашнему куратору лаборатории: почему Родченков, обманщик и преступник, сохранил должность? Более того, впоследствии ученый неоднократно представлялся к различным наградам и отмечался почетными грамотами.

Родченков руководил Московской антидопинговой лабораторией с 2005 года. Лаборатория оснащалась самым современным оборудованием, сотрудники получали высокие зарплаты — и все за счет российского бюджета.
Без лишних слов

Даже после публикации первого доклада WADA по России, в котором Родченкова обвинили в умышленном уничтожении сотен допинг-проб, Виталий Мутко публично поддерживал химика, призывая утилизировать пробы «всем миром». Спустя всего полгода Следственный комитет расценил те же самые действия Родченкова как злоупотребление полномочиями и возбудил против него уголовное дело.

Позиция главного спортивного чиновника страны со времени выхода первого фильма о допинге в России отличалась противоречивостью. С одной стороны, все расследования Зеппельта Мутко до сих пор считает попытками опорочить российский спорт. С другой, он соглашается с решениями международных организаций, основанными в том числе на сведениях из фильмов немецкого журналиста. Например, министр сперва назвал надуманными обвинения из отчета комиссии WADA в том, что в России процветает культура допинга, однако уже через два месяца сообщил, что власти учли выводы этой комиссии и приступили к работе над ошибками по инструкциям все той же WADA.

Особняком стоит интервью, которое Мутко дал Зеппельту в апреле 2016-го. В ходе часовой беседы министр убеждал немца, что Валентин Балахничев был уволен с поста президента ВФЛА в 2014 году, еще до выхода первого фильма о допинге. Возможно, за закрытыми дверями и вправду были достигнуты некие договоренности, но в действительности Балахничев возглавлял ВФЛА до середины февраля 2015-го и был не уволен, а добровольно ушел в отставку.

Сколь бы слабыми ни были доказательства, представленные WADA и ARD в расследовании допинговых махинаций в российской легкой атлетике, Москва, опровергнув их на словах, не добивалась опровержения в зарубежных судах, хотя имела на то и время, и возможности. Промедление и уверенность чиновников в том, что все как-нибудь само обойдется, были большой ошибкой: обвинения, построенные на откровенно хлипких аргументах и даже домыслах, окончательно закрепились как легитимные и дали Западу формальный повод пойти дальше в своем «крестовом походе». Нужен был лишь импульс. Его обеспечил Родченков, в мае 2016-го разразившийся в интервью The New York Times заявлениями о мошенничестве с допингом на Олимпиаде в Сочи, после чего WADA создало вторую независимую комиссию по России, которую возглавил канадский спортивный юрист Ричард Макларен, входивший и в комиссию Паунда.

Под ударом оказались практически все достижения россиян на сочинских Играх. Это ожидаемо возмутило олимпийцев: бобслеист Алексей Воевода, завоевавший две золотые медали, открыто призывал Минспорта бороться за правду в суде. Ведомство не прислушалось к чемпионам — вместо этого в Москве списывали происходящее на политическое давление и пытались объяснить WADA, что так нельзя строить обвинения. Вышедшую летом 2016-го первую часть доклада Макларена, раскритикованную за отсутствие конкретики и голословность, российские власти тоже юридически не оспорили, чем придали ей легитимности в глазах международного сообщества.

Позиции обвинения продолжали крепнуть, а имидж российского спорта все еще пытался нащупать дно: за считаные дни до старта Олимпиады-2016 в Рио-де-Жанейро от Игр были отстранены все тяжелоатлеты, из легкоатлетов в Бразилию поехала только прыгунья в длину Дарья Клишина, Мутко и всех его подчиненных объявили в Рио персонами нон грата. Позже в полном составе дисквалифицировали паралимпийцев, о которых теперь вообще почти не вспоминают. В связи с паралимпийцами прозвучали громкие заявления в Госдуме и правительстве, однако побороться за их права в суде, а не в прессе, попытался только известный боксерский меценат Андрей Рябинский, нанявший за свой счет целую команду адвокатов. Дело в итоге не выгорело (Паралимпийский комитет России до сих пор не восстановлен в правах), но Рябинский хотя бы что-то предпринял!

До дна

После Рио казалось, что дно все-таки найдено, и надо от него просто оттолкнуться. Сделать это в ситуации, когда министра спорта даже не пожелали видеть на Олимпиаде, было весьма затруднительно. И к октябрю 2016-го в Кремле созрел план перестановок: Виталия Мутко повысили до вице-премьера, а руководителем Минспорта назначили чемпиона Сиднея-2000 Павла Колобкова, который к тому времени уже шесть лет ходил в заместителях и курировал как раз сферу летних олимпийских видов спорта.

Первым делом Колобков расстался с несколькими сотрудниками, чьи имена — какое совпадение! — фигурировали в допинговом скандале. Это еще один замминистра Юрий Нагорных (причем распоряжение об освобождении его от должности легло на стол премьера Дмитрия Медведева на следующий день после назначения Колобкова) и Наталья Желанова, которую Мутко в апреле 2015-го сделал советником по антидопинговым вопросам.

В бытность спортсменом Колобков был фехтовальщиком на шпагах. Помимо золота Сиднея-2000, на его счету целая россыпь олимпийских медалей, завоеванных за СССР, Объединенную команду и Россию. Он шестикратный чемпион мира и двукратный чемпион Европы.

Новоиспеченный министр с энтузиазмом взялся восстанавливать репутацию российского спорта. Колобков ездил на международные конференции и симпозиумы, спорил по поводу заголовков в NYT, активно контактировал с руководителями международных федераций. Но этого было недостаточно, чтобы повлиять на МОК, который уже не мог игнорировать все расследования о допинговых махинациях в Сочи. В январе 2017-го комитет создал сразу две комиссии по российскому делу. Одна из них занялась проверкой данных из доклада Макларена (именно по итогам ее работы российских спортсменов лишили сочинских медалей), вторая — изучением вмешательства государства в антидопинговую систему.

Время для противодействия было упущено, да и риторика российских властей не претерпела коренных изменений. В Москве продолжили бессмысленные словесные баталии с Маклареном и WADA, хотя тем, в сущности, было все равно — их наработки уже были переданы в МОК. Продолжала деятельность и Национальная общественная антидопинговая комиссия, которую по просьбе президента Владимира Путина возглавил почетный член МОК Виталий Смирнов, располагающий обширными контактами и связями в олимпийском мире, но эта структура занялась по большей части искоренением фундаментальных проблем, а не решением текущих. Работы у комиссии было много — например, по формированию культуры нетерпимости к допингу: по-прежнему хватает примеров, когда спортсмены, попавшиеся на применении запрещенных препаратов, впоследствии получают в России высокооплачиваемые должности в госструктурах, в том числе связанные с воспитанием начинающих атлетов.

Несмотря на то что комиссия была создана летом 2016-го, президент обратил внимание на допинговый скандал несколько лет назад. Так, еще в 2015-м Владимир Путин потребовал от правительства и спортивных федераций разобраться в ситуации и провести расследование всех обвинений. Помимо этого глава государства говорил, что необходимо бороться за права спортсменов не только в специализированных инстанциях, но и в общегражданских судах.

Однако чемпионов и призеров Сочи-2014 не смогли защитить или же и вовсе не пытались. И если для тех, кто завершил карьеру и оказался в Госдуме, как тот же бобслеист Воевода, это дело чести и достоинства, то карьера действующих спортсменов поставлена под угрозу. Порой все выглядит совершенно абсурдно: обвинения против лыжника Александра Легкова, лишенного золота за победу в масс-старте, основаны на очень спорном, практически «пустом» докладе Макларена и свидетельствах Родченкова — клиента психиатрической больницы. Во враждебных обстоятельствах, сложившихся из-за трехлетнего бездействия российских спортивных властей, Легков и его собратья по несчастью попросту не сумели доказать, что они не верблюды.

Финал получился опустошающим: 5 декабря исполком МОК на закрытом заседании в Лозанне отстранил Россию от Игр-2018, но оставил право выступить спортсменам, которые докажут, что они не причастны к допингу. Комитет применил и персональные санкции: пожизненно отстранены Мутко и Нагорных, временно дисквалифицированы Олимпийский комитет России и его глава Александр Жуков, а Дмитрий Чернышенко, возглавлявший оргкомитет «Сочи-2014», лишился места в координационной комиссии Олимпиады-2022 в Пекине. Также МОК планирует взыскать с ОКР 15 миллионов долларов.

К счастью, нашлись в России и те, кто не побоялся бороться с Маклареном и WADA в суде: велогонщики Кирилл Свешников, Дмитрий Страхов и Дмитрий Соколов в частном порядке подали иски к канадскому профессору и Всемирному антидопинговому агентству. Спортсмены в последний момент лишились Олимпиады в Рио только из-за того, что Макларен вписал их в доклад. Больше года велогонщики занимались тем, чем должно было заниматься государство: собирали документы, делали экспертизы и дополнительные анализы, готовили доказательную базу — и в итоге обратились в суд не в Самаре и не в Челябинске, а в канадской провинции Онтарио, где практикует Макларен. Процесс обещает растянуться на несколько лет, но если велогонщикам удастся выиграть — это станет большой победой для них самих и хорошим уроком для российских спортивных чиновников.

Другой пример противодействия международному давлению еще в 2013 году продемонстрировало борцовское сообщество. Тогда в течение полугода борьба была исключена из олимпийской программы и вновь включена туда во многом благодаря усилиям российских функционеров, быстро организовавших сильную кампанию с привлечением первых лиц государства. Те события подробно описывает в книге «Борьба за борьбу» первый вице-президент ФСБР Георгий Брюсов. В эпилоге он рассказывает, как Объединенный мир борьбы — международная федерация по этому виду спорта — накануне Олимпиады-2016 не поддался обвинениям Макларена и поступил в интересах спортсменов. Президент организации Ненад Лалович, тогда уже член МОК, первым высказался в защиту честных атлетов и их права выступать на Играх. Такое решение принял и МОК, что позволило российским борцам поехать в Рио и внести самый весомый вклад в медальную копилку сборной.

Виктор Цаплин

https://lenta.ru/articles/2017/12/06/gu … tification

Отредактировано Konstantinys2 (Ср, 6 Дек 2017 14:27:16)

0

3

МАТЕРИАЛ "Крестьянин"
06.12.17, 20:08

Ощущение отчаяния, позора, безнадежности и чего-то там еще в связи с решением МОК – это, собственно, ни о чем и незачем

В большинстве случаев нормальная реакция на свинство со стороны тех, с кем вы вели какие-то дела и рассчитывали если не на порядочность, то хотя бы на соблюдение оговоренных правил, – это просто утрата интереса как к самому делу, так и к партнерам, которые на поверку оказались жуликами и аферистами. Наши раздражение, злость, пространные заявления о том, как с нами скверно обошлись, лишь демонстрируют тем, кто хотел нас унизить, что им удалось добиться поставленной цели.

В конце концов, когда Гитлер напал на СССР, он тоже поступил в высшей степени несправедливо.

Я говорю это для того, чтобы было понятно, что есть разная мера несправедливости, и вот это ощущение отчаяния, позора, безнадежности и чего-то там еще в связи с решением МОК – это, собственно, ни о чем и незачем.

Наши раздражение, злость, пространные заявления о том, как с нами скверно обошлись, лишь демонстрируют тем, кто хотел нас унизить, что им удалось добиться поставленной цели.

Я лично не испытываю никакой обиды, и вовсе не потому, что в целом равнодушен к спорту.

Просто в большинстве случаев нормальная реакция на свинство со стороны тех, с кем вы вели какие-то дела и рассчитывали если не на порядочность, то хотя бы на соблюдение оговоренных правил, – это просто утрата интереса как к самому делу, так и к партнерам, которые на поверку оказались жуликами и аферистами.

Понятно, что Олимпийские игры – это важная, пользующаяся в силу своей зрелищности и масштаба площадка для презентации страны, ее спортивного духа, состязательной мощи, способности вступать в мирное противоборство и одерживать славные победы.

Кроме всего прочего, в нашей стране традиционно высок интерес к различным спортивным соревнованиям, особенно со стороны большого начальства.

Это престижно, и обойтись можно, что называется, в отличие от борьбы на полях военных сражений, малой кровью. Проигрыш в спорте – это всего лишь досадный, но исправимый в перспективе промах.

Но, ей-богу, я отказываюсь понимать, чем вызвана эта безотрадная кручина относительно плевка в лицо, оскорбления, нанесенного целой стране и прочих исполненных горечи и скорби причитаний. Дело ведь в сугубо символической процедуре, которая, конечно, важна, но к жизни России и ее граждан она имеет весьма косвенное отношение.

Ну не поедут наши спортсмены в корейский город со сложно произносимым названием или выступят там под каким-то нейтральным флагом, что изменится в тех областях, которые действительно являются жизненно важными для нашего будущего?

Ровным счетом ничего.

До тех пор, пока международное олимпийское движение удерживалось на уровне провозглашенных им же самим принципов честной состязательности, распространения ценностей мирной конкуренции между народами на аренах спортивных схваток, Олимпийские игры, несомненно, были важны в качестве одного из средств демонстрации нашей силы, ловкости, демонстрации спортивных навыков, но и только.

Это ведь не интеллектуальный конкурс, не соперничество в области технологий, достижений культуры и т. д. Это всего-навсего спорт, который в списке предпочтений и приоритетов обычного нормального человека, если он не профессиональный спортсмен, занимает далеко не первое место.

А после пакостного поступка МОК что нам остается еще сделать, кроме как махнуть рукой и процитировать бессмертную максиму Сергея Лаврова.

Все, такое событие, как ОИ, перестало существовать как предмет нашего пристального внимания по причине в высшей степени неспортивного, если так можно выразиться, поведения руководства комитета, принявшего решение на основании не доказанных сколько-нибудь добросовестным образом обвинений.

Здесь нет и не может быть каких-то поведенческих и вкусовых констант. Вчера нам вот эта история нравилась, но произошла откровенная гадость, и она нам нравиться перестала.

Никто никого не унизил просто потому, что низкий поступок может, конечно, вызвать разочарование, но считать себя нравственно пострадавшим в результате совершенной подлости – это значит принимать правила игры, навязываемые устроителями некоего действия, которое должно выглядеть как марш позора для России.

Скорее наши очередные «партнеры», с одной стороны, сами потеряли лицо, с другой – опустили престиж ОИ до предельных значений, пусть даже только в наших глазах. Уже одного этого достаточно, чтобы понять, что они нанесли непоправимый ущерб в первую очередь сами себе.

Ущерб этот будет исчисляться не только в моральных потерях – в конце концов, бессовестные люди их в состоянии не заметить. Материальный урон может оказаться – и, скорее всего, окажется – гораздо более ощутимым.

Странно, что в условиях экономических санкций, которые должны были ударить по нашей стране не символически, а очень конкретно, заставив нас под спудом колоссальных убытков и разора в экономике запросить пощады, мы находим в себе силы обижаться на каких-то придурков, лишивших Россию права, укутавшись в национальный флаг, махать ракеткой на игровом поле.

Плохо ли, хорошо, но с экономическими санкциями, последствия которых могли стать гибельными, мы управились. Мне представляется бесспорным, что проблема возрождения станкостроения в нашей стране куда более существенна, чем участие в Олимпийских играх – с флагом или без – на десятилетия вперед.

Перед нами великие задачи, часть из которых мы успешно и с достоинством решили. В Сирии нам удалось сломать механизм гегемонии США и их союзников, взявших себе за правило разрушать целые страны.

Россия поддерживает Донбасс, не давая украинским нацистам растерзать этот остров, на котором закрепился и отстаивает свои ценности Русский мир, нам надо избавляться от бедности, родимых пятен дикого ельцинского капитализма – в общем, проблем хватает.

А тут вдруг вселенский плач о каких-то играх и обидах. Да нам стоит гордиться тем, что с нами так сурово и демонстративно несправедливо обошлись, поскольку это означает только одно – в неуемном желании уязвить Россию они отбросили всякие приличия, поскольку речь идет уже о начале военных действий на всех фронтах, и они пошли в наступление против того, кого считают главным своим врагом.

Именно этот участок нам следует защищать равнодушием, поскольку ничто не угрожает нашим жизненным интересам на футбольных полях, лыжных трассах и хоккейных площадках.

Что касается вопроса дня – стоит или не стоит нашим спортсменам выступать на ОИ – то ввиду того, что событие стало малозначительным, потеряв масштаб, привлекательность, осанку праздника и честного международного состязания, я бы позволил решать, как поступить, самим спортсменам, каждому по отдельности.

Для кого-то отказ от поездки на Олимпиаду может обернуться крахом спортивной карьеры. Пусть едет, если считает, что это важно лично для него. К стране это иметь отношения не будет.

Кто-то сможет легко перенести паузу и предпочтет неучастие. Честь ему и хвала!

Но в силу того, что Игры вдруг отдалились от нас на дистанцию не различения их смысла, нам стоит начать или продолжить думать о по-настоящему важных вещах.

Андрей Бабицкий

https://cont.ws/@krestianin/788757

0

4

REGNUM

Ответная асимметрия олимпийского «базара»

Как популярно объяснить западной «кошке» последствия поедания чужого мяса?
Ответная асимметрия олимпийского «базара»

                                   
Владимир Павленко, 9 декабря 2017, 01:17


Весьма мягкая реакция официальной Москвы на отстранение сборной России от участия в южнокорейской Олимпиаде не должна обманывать. И не все так однозначно. Большинство наших «автохтонов», разумеется, на Игры в Пхенчхан не поедут и сами; за иных все уже решила НХЛ. А если учесть, что несколько высших наград на сочинских Играх нашей стране принесли натурализованные иностранцы, то вряд ли оправдано ограничивать в своем выборе, например, того же Виктора Ана, если не хотим, конечно, чтобы он снова стал выступать за Южную Корею. Запрещать ему поехать на историческую родину и там в очередной раз победить, умыв аборигенов, на мой взгляд, безнравственно, особенно учитывая те счеты, которые у него остались с местной спортивной бюрократией.

Но есть и иная сторона этой «медали», не олимпийской, разумеется, а политической. На мой взгляд, нам необходимо ясно осознать три вещи.

Первое. Спорт — важная часть общественной жизни, затрагивающая определенные струны души миллионов сограждан-болельщиков. И это правда, что и эти чувства, и честь страны подобным решением МОК задеты и оскорблены, ибо произошедшее — откровенная дискриминация. Но следует понимать и то, что неспокойно в мире становится не только на спортивных аренах и вокруг них. Натуральным порохом пахнет от многих решений «коллективного Запада». Например, от американского признания Иерусалима столицей Израиля, которое пролоббировано хасидским окружением Дональда Трампа во главе с его зятем, опирающимся на мощнейшее еврейское лобби в США. Это не что иное, как символическое попирание расположенных в этом сакрально чувствительном месте святынь еще двух мировых религий, совмещенное с заползанием на заведомо чужие Земли, приглянувшиеся в свое время альянсу сионистов с Ротшильдами.

И коль скоро ситуация обостряется, в том числе военно-политическая, то не спорт должен находится в центре внимания, а другие вещи. В конце концов, первая Олимпиада, в которой участвовала советская команда, — это 1952 год; до этого как-то обходились без олимпийского участия и никак от этого не страдали, развивая и обустраивая страну и успешно решая эпохальные исторические и геополитические задачи. Тем же самым нужно заниматься и сегодня, а не рефлексировать по поводу того, что отнимают эпические «зрелища», как не сокрушались наши деды и отцы отсутствием советской сборной в 1936 году в фашистском Берлине.

Второе. Нужно понимать, что этим решением МОК Россию откровенно провоцируют. И пытаются заставить сорваться и наделать глупостей. Об этом говорят в том числе юродивые «ужимки и прыжки» Томаса Баха, возжелавшего, чтобы мы еще и оплатили направленное против нас «расследование», которого не было, а было — судилище, по сравнению с которым трижды оболганный Западом и «пятой колонной» прокурор Вышинский — образец профессиональной честности и компетентности. Обезумевший, катящийся в пропасть, мир ополчился на Россию, выстраивая против нас единый фронт. Нас ненавидят не за допинг, которым злоупотребляли, злоупотребляют, и впредь будут злоупотреблять все без исключения, ибо в спорте высоких достижений пределы человеческого организма давно достигнуты, и продолжать обновление рекордов и выжимание из этого денег можно только методами искусственной стимуляции. Нас ненавидят за то, что мы — русские, что у нас гигантская территория, неисчерпаемые природные ресурсы. За присущие нам испокон века уникальные таланты, нравственное здоровье и широту души, не изгаженной лицемерием и сибаритством. За то, что как было признано еще во времена Алена Даллеса, мы — «самый непокорный народ» в мире, который костью в горле и баррикадой на пути к мировому господству тормозит и, грубо говоря, «отрывает головы» всем на него претендентам.

Новые соискатели такого господства очень боятся за свои «крыши», и глубоко сомневаясь в собственной непобедимости на примере судьбы Наполеона и Гитлера, в то же время не могут отказаться от ведущей к нему экспансии, ибо выражаясь словами В.И. Ленина, «оборона есть смерть вооруженного восстания» англосаксов, переплетенных с носителями известной ветхозаветной метафизики, против остального мира. «The West against the Rest», — так сформулировал предельную максиму этой человеконенавистнической дилеммы провозвестник «войны цивилизаций» Сэмюэль Хантингтон.

Спорт и Олимпиада — лишь частные и очень узкие проявления этой исподней и утробной вселенской ненависти. И адресно выбраны они именно потому, что развитие спортивной инфраструктуры в России шло опережающими темпами именно в прошедшее десятилетие, и в понимании Запада — это самый подлый и, следовательно, самый эффективный и приоритетный способ наступить Владимиру Путину на «любимую мозоль». Неужели не понятно, что Пхенчхан — это месть России за сочинскую Олимпиаду, что становится бесспорным, если вспомнить, как к тем Играм старательно приурочивали «горячую» фазу киевского майдана. Или как под прикрытием пекинской Олимпиады 2008 года обживающий ныне киевские крыши Карлссон-Мишико штурмовал Цхинвал.

Ну так и ответ на это должен быть ассиметричным, а не прямолинейно-тупым бойкотом. Это Олимпиаду в Лос-Анджелесе можно было бойкотировать в отместку за московские Игры, ибо параллельно были организованы Игры доброй воли, на которые имелась возможность, как бы это потолерантнее выразиться, свезти «народных демократов», убедив, а точнее побудив их «вождей» забыть даже думать о поездке в США. И то Чаушеску тогда не послушался. А кого мы на такие Игры соберем сегодня?

Поэтому строго ассиметричный ответ! И надо полагать, оговорюсь, что на мой, сугубо субъективный взгляд, не имеющий ничего общего с точкой зрения редакции, он уже идет-грядет. В образе товарища Ким Чен Ына, не гарантирующего участникам Игр, от которых нас отодвинули, самого главного — личной на них безопасности. А ну, как начнет он аккурат 8 или даже 9 февраля в ответ на американо-южнокорейские бряцания оружием типа «Бдительный ас» уже свои учения. Да объявит их стратегическими, включив в их план еще и ряд таких мероприятий, которые, как мы знаем, привычно вызывают крайнюю нервозность не только в Белом доме и Пентагоне, но и по всей близлежащей акватории. Это тот самый случай, когда тонус и оптимизм олимпийцев получат мощную подпитку, а сами они испытают всю гамму глубоких и непередаваемых ощущений, сконцентрированных где-то в районе пресловутой «пятой точки». И тогда уж американцам придется пинками сгонять в Пхенчхан своих europейских и прочих прихлебателей-сателлитов, которые при подобном раскладе эти Игры «в гробу видали».

Сколько там от нынешней зимней олимпийской столицы до 38-й параллели? Если верить карте, то не намного дальше, чем от Сеула, который давно привык жить под круглосуточным прицелом дальнобойной артиллерии. И все ведь будет по справедливости — и за Цхинвал, и за майдан.

Об этом, правда, еще и «мухи не жужжат», но в США уже заранее передрейфили. И отыскивают отходные маршруты, понимая, что согнать-то «цивилизованных» европейцев на Олимпиаду поперек их испуга можно. Только вот очков в глазах тех, кто давно утратил остатки мужского начала и вусмерть боится не только товарища Кима, но и собственной тени, такими действиями не наберешь. И НАТО не укрепишь, как и готовности увеличивать на него расходы, поощряя американские глобальные амбиции.

И третье. Геополитическая асимметрия разве неприменима во внутренней политике? Особенно если учесть, что некоторые вроде бы ответственные должностные лица, в том числе вошедшие в историю эпическими речами на «аглицкой» мове, имеют самое непосредственное отношение к скандалу, разразившемуся в связи с предательством Родченкова. Ведь, как выясняется задним числом, во-первых, ему давно поставили шизофренический диагноз, что однако кому-то не помешало привлечь его к ответственной работе на Олимпиаде в Сочи, а во-вторых, влипнув в коррупционный даже не скандал, а уголовное дело, едва не окончившееся для него тюрьмой, Родченков в определенном узком кругу пообещал за это, ни много ни мало, «похоронить» российский спорт. И что, никто из его руководства об этом не знал? Ни об истории болезни, ни о связанных с ней «загогулинах»?

А если знал и не ответил на тот «базар», не принял по нему меры, то что мешает увеличить «базарные» ставки сегодня, суммировав претензии и поставив перед соответствующими персоналиями вопрос «по гамбургскому счету»? Глядишь, и сдвинем с места хронически пробуксовывающий процесс давно назревшей «генеральной чистки» потерявшей берега «элиты»!

И последнее. Надо четко понимать, что Пхенчханом дело не ограничится, это всего лишь антироссийская разминка и «генеральная репетиция» перед главным «стартом» наступающего года — мировым футбольным чемпионатом. У кого-нибудь есть сомнения в том, что нам просто не могут не постараться его испортить? Тем более, что альтернативой России на 80% станет Англия, проигравшая нам в том историческом голосовании, а потом долгое время мерзко, как это принято только у англосаксов, сводившая с Россией счеты методами закулисных инсинуаций и травли расположенных к нам международных чиновников. Того же Зеппа Блаттера, например.     

Но и спорт, в свою очередь, как и экономические санкции, — тоже разминка на пути к реализации против нас куда более зловещих планов. Против нас, причем, на уничтожение, играют лощеные и внешне респектабельные, но подлые и изощренно циничные нелюди, представляющие настоящие, а не высосанные из пальца, империю зла и исчадие мирового ада. И давайте будем считать олимпийскую тему той «точкой невозврата», после которой «не комильфо», наконец, окажется даже называть этих открытых врагов «партнерами». Поэтому времена вынужденного притворства в стиле «мирдружбажвачка» прошли. По крайней мере, пока правила мировой игры не будут обращены вспять и бумерангом не ударят по их нынешним хозяевам («учителю — первый кнут!»).

Уверен, что если мы, наконец, повзрослеем и научимся называть вещи своими именами и соответствующим образом относиться к их носителям, то долго ждать реванша не придется.
regnum author Владимир Павленко

Подробности: https://regnum.ru/news/polit/2355283.html
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.

0

5

Carnegie Moscow Center, Россия

Без флага и гимна: можно ли оспорить отстранение сборной России от Олимпиады

12.12.2017
Илья Иноземцев



Исходя из специфики санкций в спорте здесь применяется презумпция виновности, а это значит, что доказывать отсутствие допинговой системы придется российскому Олимпийскому комитету. А сделать это практически невозможно: международные спортивные организации набрали достаточно доказательств, которые хоть и не кажутся весомыми при поверхностном рассмотрении, очень сложно оспорить.

Исполком Международного олимпийского комитета (МОК) приостановил членство российского Олимпийского комитета. Это означает, что сборной России будет запрещено участвовать в грядущих зимних Олимпийских играх в корейском Пхенчхане. Решение стало итогом двухлетнего расследования нарушений антидопинговых правил, которое проводила специальная комиссия МОК.

Еще никогда в истории мирового спорта ни один национальный олимпийский комитет не лишали аккредитации из-за допинга, но, парадоксальным образом, в случае с российской сборной такое решение было вполне ожидаемым и даже в чем-то полезным с точки зрения снижения напряжения вокруг российских спортсменов.

Заветы Пьера де Кубертена, основателя современного олимпийского движения, сформулированы в Олимпийской хартии — уставном документе МОК, который кодифицирует основные принципы мирового спорта и определяет структуру и компетенцию управляющих органов. Это объемный, но весьма пространный документ, который закрепляет лишь самые общие правила и наделяет широкими полномочиями непосредственно МОК.

Конкретика в хартии, конечно, присутствует, но в ней сложно будет найти ту самую норму, на основании которой российскую сборную отстранили от Игр-2018. Решение исходит из общего посыла хартии, а именно что национальные олимпийские комитеты должны способствовать соблюдению правил мирового спорта на местах, иначе они будут исключены. Олимпийский комитет России формально не справился с этой задачей (а неформально — еще и помогал нарушать), поэтому был наказан.

Тем не менее решение МОК позволяет тем российским спортсменам, кто не имеет нарушений антидопинговых правил, соревноваться на Олимпиаде в качестве независимых участников. Это гуманное и понятное решение, к тому же прямо вытекающее из принципа недопустимости дискриминации в спорте, который тоже провозглашается среди основных.

Российский случай — это первое отстранение сборной из-за допинга, но в истории спорта хватает примеров дисквалификации национальных олимпийских комитетов по другим причинам, не говоря уже про добровольные бойкоты, как с московской Олимпиадой-80. Например, Индию отстранили от Олимпиады в Сочи, а Кувейт — от Рио-2016 из-за вмешательства местных правительств в деятельность олимпийских комитетов. В результате на зимних Играх в Сочи индийские спортсмены участвовали как независимые, поскольку официальное избрание нового главы местного комитета должно было состояться непосредственно во время соревнований.

В 1992 году сборная СНГ выступала под олимпийским флагом просто потому, что после распада СССР новые органы по управлению спортом еще не были созданы. Десять независимых спортсменов, получившие политическое убежище, но не гражданство в новых государствах, выступали в Рио-2016 от сборной беженцев также ради соблюдения основополагающих принципов хартии.

Однако нынешнее решение МОК воспринимается многими как унизительное. В этом есть свой резон: в хартии имеются прямые указания на дисквалификацию комитетов в случае, если в их деятельность вмешивается государство, но про допинг там ничего не сказано. Существует, впрочем, общее предписание о запрете допинга, из которого как раз и исходил Исполком МОК.

Интересно сравнить нынешнее решение по российской сборной с другим похожим решением — Исполкома Всемирной легкоатлетической федерации перед Олимпиадой 2016 года в Рио. Тогда была дисквалифицирована только Всероссийская федерация легкой атлетики, но зато был прямой запрет на участие российских спортсменов в Играх, если они не сумели доказать свою обособленность от системы российского спорта. Причем критерии этой обособленности довольно размыты — в правилах говорится лишь о незапятнанной антидопинговой репутации и отсутствии вины в неправомерной деятельности национальной федерации легкой атлетики. Соответствовать таким критериям накануне Игр удалось только прыгунье Дарье Клишиной.

Остальные 67 спортсменов подали коллективный иск в Спортивный арбитражный суд в Лозанне, но проиграли. В результате Всероссийская федерация легкой атлетики по-прежнему остается дисквалифицированной, но нейтральных российских спортсменов становится все больше — последнее разрешение участвовать в соревнованиях было получено ими в июле 2017 года.

Нынешнее решение МОК также можно оспорить в лозаннском суде, но шансов на успех тут немного. Диспуты там разрешают профессиональные юристы, для которых арбитраж не является основным местом работы, а потому они часто ищут простейшего решения спора, которое в данном случае сводится к тому, чтобы оставить дисквалификацию в силе.

Если бы российские спортсмены решили судиться с МОК по отдельности, то шансов выиграть было бы больше. Но решение Исполкома МОК касалось непосредственно Олимпийского комитета России, поэтому именно он должен будет подавать апелляцию. Впрочем, российская сторона почему-то не стала использовать такой подход, даже когда могла это сделать, — в 2016 году был подан коллективный иск от 67 спортсменов, хотя можно было раздробить его на 67 процессов. Издержки бы увеличились, но взгляд на дело изменился бы от общего к более конкретному. Сейчас же такой возможности нет и не будет.

Осложняет ситуацию и особая система доказательств в спортивных процессах. Исходя из специфики санкций в спорте здесь применяется презумпция виновности, а это значит, что доказывать отсутствие допинговой системы придется российскому Олимпийскому комитету. Собственных доказательств он предоставить не сможет, и придется оспаривать доказательства, имеющиеся у МОК: показания Григория Родченкова, руководителя Антидопингового центра, который подробно рассказал о механизмах сокрытия положительных антидопинговых проб; лабораторные пакеты, где были обнаружены подозрительные царапины на пробирках с биоматериалами, а также аномальные химические значения, выраженные в повышенном содержании соли в моче.

Несмотря на эксцентричность Родченкова и косвенность показателей лабораторных пакетов, это сложнооспоримые аргументы, которые уже зафиксированы антидопинговыми органами. Опровергнуть свидетельства Родченкова можно лишь словами ответственных лиц, но тогда будет применяться баланс вероятностей — важный тип доказательства для спортивных процессов — и версия Родченкова, которую никто до сих пор не опровергал напрямую, будет иметь больший вес.

Кроме того, не стоит забывать, что суд в Лозанне — это коммерческий арбитраж, и следственных экспериментов тут проводиться не будет. Поэтому и сделать надлежащую экспертизу над пробирками невозможно. Усугубляет ситуацию и тот факт, что после заседания исполкома сам руководитель российского Олимпийского комитета Александр Жуков частично признал вину, извинившись за нарушения антидопинговых правил. Его слова вряд ли получится положить в основу обвинения, но в качестве вспомогательного аргумента при выстраивании позиции МОК использовать можно.

Сейчас, даже если допустить, что решение МОК было политизировано, необходимо признать, что обратить вспять процесс дисквалификации уже невозможно. Международные спортивные организации набрали достаточно доказательств, которые хоть и не кажутся весомыми при поверхностном рассмотрении, очень сложно оспорить. При этом само решение исполкома подводит итог целого олимпийского цикла, который начался еще в Сочи в 2014 году, ведь именно тогда, если верить обвинениям, национальная допинговая система заработала в полную силу. И, несмотря на жесткость санкций, необходимо отметить и то, что для не уличенных в допинге спортсменов мало что меняется, кроме флага и гимна на официальных церемониях. Это существенный шаг, которого не было сделано в 2016 году и который в перспективе должен снизить остроту споров российских спортивных органов с международными.

Оригинал публикации: http://carnegie.ru/
Опубликовано 11/12/2017 06:45
http://inosmi.ru/social/20171212/240980382.html

0

6

L'Equipe, Франция

Ричард Макларен: отстранение России — «подтверждение моего труда»
Глава комиссии, которой было поручено следствие о допинге в России, делится своими размышлениями после недавнего решения МОК об отстранении этой страны от зимней Олимпиады в Пхёнчхане.

12.12.2017
Софи Тютковик (SOPHIE TUTKOVICS)



Он пробыл несколько дней в Париже по случаю собрания Международной автомобильной федерации, так как входит в число экспертов, которые заседают в ее арбитражной комиссии. Адвокат Ричард Макларен нечасто общается с прессой, однако отмалчиваться тоже не в его стиле. Так, он согласился поделиться мнением по поводу озвученного на прошлой неделе решения Международного олимпийского комитета о запрете на официальное участие России в зимней Олимпиаде в Пхёнчхане в феврале будущего года. В основу этого шага лег доклад его следственной комиссии о допинге в России, который был обнародован в июле (предварительный вариант) и декабре 2016 года (окончательная версия).

L'Équipe: Что вы думаете о недавних решениях МОК по России?

Ричард Макларен: Я рад, что они поступили именно так. Это подтверждение моего труда во главе независимой следственной комиссии. С каждым днем все больше людей и организаций подтверждают написанное в моем докладе.

— Возьмем следующие решения: запрет на участие сборной России в Играх в Пхёнчхане, отстранение из МОК президента Олимпийского комитета России Александра Жукова и пожизненное отстранение от Игр вице-премьера Виталия Мутко (министр спорта с 2008 по 2016 год). Что вы о них думаете?

— Существует определенная путаница с запретом для сборной России. Речь не идет об ее исключении. Раз Олимпийский комитет России отстранен, в стране нет организации, которая осуществила бы отбор спортсменов в олимпийскую команду. Вместо этого будет сформирован комитет, который постановит, какие спортсмены смогут выступать под олимпийским флагом, но с надписью «Россия» на форме. То есть, это не запрет, а перемены в процессе выбора спортсменов. Что касается Александра Жукова, решение за МОК, членом которого он является. Это никак не касается моего доклада. Что же до Виталия Мутко, он уже не смог побывать на Олимпиаде в Рио-де-Жанейро, а теперь запрет стал пожизненным. Это не особенно меня удивило. Кроме того, он сохранил за собой другие должности: он — президент Российского футбольного союза и входит в оргкомитет Чемпионата мира по футболу. ФИФА сама проведет следствие в случае необходимости. Но мой доклад не вызывал там особого интереса.

— Вы уже говорили о повальном мошенничестве в футболе. Думаете, ФИФА может начать следствия или принять какие-либо решения перед Чемпионатом мира?

— Я понятия не имею о том, чем занимается ФИФА. Моя работа не касалась каких-то конкретных видов спорта, а затрагивала целый ряд дисциплин, в том числе футбол. У меня есть определенная информация о футболе, но мы не вдавались в детали, поскольку моя работа касалась выявления существования системы допинга. Решение должна принять ФИФА.

— Не кажется ли вам, что в докладе Шмида, которому МОК поручил провести оценку вашей работы, приуменьшается роль российского правительства?

— У меня не было возможности ознакомиться с докладом Шмида.

— Отмечают, что если сравнивать промежуточный вариант доклада с финальным, ваш вокабуляр изменился. В частности, понятие «государственная система» было заменено на «ведомственный сговор»…

— Изначально я описывал все как «поддерживаемую государством систему». После обсуждения с россиянами я понял, что они восприняли эти слова как утверждение причастности первых лиц государства. С учетом имевшихся у меня в распоряжении данных я сменил формулировку на «систематическое манипулирование с механизмами антидопингового контроля в России». Как мне известно, на пресс-конференции представители МОК говорили о «системе манипулирования». С моей точки зрения все три варианта идентичны. С момента выхода предварительного варианта доклада до его финальной версии факты остались прежними. Я изменил слова, поскольку хотел доказать свои добрые намерения россиянам, которые затем обвинили меня в отступлении от изначальной позиции, что совершенно неверно. Я придерживаюсь того, о чем писал в обоих докладах.

— Обнаружили ли вы в ходе следствия хоть что-то, что могло бы указывать на причастность Владимира Путина?

— Абсолютно ничего.

— Отстранение России, вероятно, подойдет к концу с церемонией закрытия Игр в Пхёнчхане (25 февраля 2018 года). Вам кажется, такого наказания достаточно?

— Окончание отстранения будет зависеть от хорошего поведения российских официальных лиц и спортсменов. Что касается моего мнения, позвольте ответить вам с юридической точки зрения. Присяжные выносят решение о факте преступления, тогда как судья определяет суровость наказания. Мне нужно было убедить присяжных, и, как мне кажется, у меня это получилось. Весь мир принял мой доклад, а Россия не смогла доказать обратное. Наказание же находится на усмотрении судьи. Они (МОК) приняли решение по их собственным соображениям. Я не в том положении, чтобы их комментировать. Посмотрим, появится ли российский флаг на церемонии закрытия…

— Вам угрожали во время расследования?

— Да, психически неуравновешенные люди. Я получал письма и звонки. Кроме того, были попытки запугать работавших на меня людей.

— Опасаетесь ли вы за свою жизнь?

— Нет. Чем бы я ни занимался и где бы ни был, я всегда очень внимателен. Кроме того, я внимательно слежу за тем, как говорю с людьми, и какие фразы использую. Для нашей защиты ввели множество протоколов безопасности. Но никакой угрозы для жизни людей из моей команды не было.

— Вы обнародовали предварительный доклад в июле 2016 года перед Олимпиадой в Рио. ВАДА попросило вас сделать его именно в этот момент?

— Изначально полный вариант доклада должен был выйти 15 июля 2016 года. Тем не менее это оказалось невозможным из-за слишком сжатых сроков. Меня уполномочили 19 мая, и я представил промежуточный вариант 18 июля. Мысль была в том, что если в России существует проблема, о ее существовании лучше было бы узнать до Игр в Рио, чем после. В любом случае, в докладе я не говорил ничего о каком-либо конкретном спортсмене. Мне нужно было рассмотреть все данные и сведения перед публикацией окончательного варианта 9 декабря 2016 года. Промежуточная версия вызвала недовольство как в МОК, так и в международных федерациях. «Где доказательства?» — заявили мне. Я ответил: «Я не представляю доказательства посреди расследования, так не делает ни один следователь».

— С момента публикации вашего доклада до принятия решений МОК прошел год. Как вам кажется, это долгий срок? Вы можете составить на этот счет собственное мнение…

— Я закончил свою работу за семь месяцев, с мая по декабрь 2016 года. Спросите их, почему у них ушло столько времени…

— Вы поддерживаете связь с Григорием Родченковым (бывший директор московской антидопинговой лаборатории)?

— В ходе расследования у меня было с ним три беседы. Эти разговоры с глазу на глаз продолжались несколько дней. Как бы то ни было, помимо них у нас не было контактов. Я периодически обсуждаю некоторые моменты с его адвокатом.

— Что больше всего поразило вас во время следствия? Масштабы мошенничества? Задействованные методы?

— Безусловно, масштабы. Однако сильнее всего меня шокировало то, что, когда независимая следственная комиссия уже начала работу, в московской лаборатории все еще не отказались от методов устранения давших положительный результат образцов. Хотя они находились под следствием, они были уверены в том, что смогут продолжить работу и не будут обнаружены. Еще меня удивило, что касательно скандалов с коррупцией в Международной ассоциации легкоатлетических федераций мне как-то сказали: «Мы знали о происходившем, но никто ничего не говорил». Это подчеркивает значимость разоблачителей. Будь то Юлия Степанова (эта российская бегунья говорила о допинге в России с 2014 года, а сейчас получила убежище в США), ее муж Виталий Степанов (бывший член российского антидопингового агентства), Родченков или кто-то еще.

— Есть и другие, чьи имена нам неизвестны?

— Да.

— Московская лаборатория до сих пор отстранена. Это надолго?

— В первую очередь это касается ВАДА. На самом деле отстранена лишь часть лаборатории. Другая же продолжает работу и проводит анализы под надзором британских коллег. Не знаю, сколько времени потребуется, чтобы лаборатория привела себя в соответствие с критериями ВАДА. Тем не менее, что касается Чемпионата мира по футболу, в ФИФА уже заявили, что образцы будут отправлять за границу даже в том случае, если лаборатория вновь получит аккредитацию.

— Как вам кажется, проделанный вами огромный труд и его последствия смогут стать сдерживающим фактором в том, что касается допинга?

— Надеюсь, что да, как в России, так и в других странах. Если спортсмены прочитали доклад и задумываются о том, что делают, мне кажется, это может дать положительный результат. Время покажет.


http://inosmi.ru/politic/20171212/240979498.html
Оригинал публикации: Richard McLaren : la suspension de la Russie, «une confirmation de mon travail»
Опубликовано 10/12/2017 17:37

0


Вы здесь » Россия - Запад » СПОРТ » "Олимпийские игрища", или смерть проффесионального спорта...