Россия - Запад

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Россия - Запад » Русское зарубежье » Т. Рис Шапиро - Сергей Толстой, правнук великого писателя...


Т. Рис Шапиро - Сергей Толстой, правнук великого писателя...

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Т. Рис Шапиро (T. Rees Shapiro)


Сергей Толстой, правнук великого писателя, хочет написать детектив – о самом себе

"The Washington Post", США - 28.06.2010


Трудно представить себе, что русский аристократ и потомок великого писателя живет в Сент-Мэриз-Корт - жилом комплексе для бедных в Фогги-Боттом, частично оплачиваемом государством. Восьмидесятисемилетний старик с растрепанными седыми волосами бродит по своему скромному жилищу, заваленному пузырьками с антибиотиками, стопками медицинских карт и подшивками старых газет. Он ищет книгу.

«Хочу вам кое-что показать», - объясняет он мне, перекрикивая включенный на полную громкость телевизор. Здесь, на верхнем этаже Сент-Мэриз-Корт, нашел себе пристанище граф Сергей Толстой, правнук автора «Войны и мира».

Еще не так давно он сполна наслаждался всеми благами, что несла ему знаменитая фамилия и аристократическое происхождение. Он ужинал в лучших вашингтонских ресторанах в обществе знаменитостей. Вкус графа был столь изыскан, а манеры - столь экстравагантны, что табачная компания назвала в его честь одну из марок сигар «Коиба».

Теперь, по словам Толстого, весь его доход - это 213 долларов, что он ежемесячно получает от органов соцобеспечения. Квартира в Сент-Мэриз-Корт, которую он снимает уже 19 лет, обходится ему в 64 доллара в месяц. Добавим к этому коммунальные платежи, и в распоряжении графа остается небольшая сумма, которую от тратит в ближайшем магазинчике на журналы и лакричные конфеты.

0

2

«Образ жизни у меня богемный, - шутит Толстой с улыбкой обаятельного негодяя. - Я клянчу, делаю долги и ворую».

По словам людей, знающих его больше 30 лет, деньги Толстого рассеялись как дым в букмекерских окошках ипподромов Лоурел, Боуи, Тимониум и Пимслико, куда он ходил как на работу шесть дней в неделю. «Я зарабатывал на хлеб с маслом на скачках, - рассказывает он. - Немало богатых дам хотели выйти за меня, чтобы называться графиней Толстой. Сейчас, конечно, об этом уже поздно говорить, но я мог стать миллионером».

Книга, которую он хотел мне показать - это «Толстовская энциклопедия»; ее можно купить в музее-усадьбе писателя «Ясная поляна». В августе, рассказывает Сергей Толстой, он надеется приехать туда на столетнюю годовщину смерти его прадеда. В Ясной поляне пройдут научные мероприятия, посвященные жизни и творчеству классика, а также состоится встреча его потомков.

У Льва Толстого - он умер в возрасте 82 лет в ноябре 1910 года - было 13 детей. После большевистской революции семья Толстых покинула Россию; ее члены нашли убежище в разных странах Европы. Сегодня на четырех континентах живет более 200 потомков писателя; музей в Ясной поляне тщательно собирает информацию о представителях этой разросшейся до гигантских размеров семьи. В книге Сергей показывает мне список родственников Толстого, систематизированный по порядку номеров (первые 13 - это дети писателя). Граф Сергей - мы сравниваем дату рождения с его паспортом - числится в списке пятьдесят шестым; из ныне живущих потомков классика он - один из самых старших.

Одна из его последних надежд подзаработать связана с историей, которую граф пересказывает всякому, кто готов его выслушать. По словам Толстого, после Второй  мировой войны его завербовала разведка Сухопутных войск США в качестве агента-нелегала. Теперь он хочет написать книгу о своей полной приключений биографии.

Сейчас же, рассказывает граф, ему еще повезло, что у него есть крыша над головой. В начале девяностых из-за приверженности к «красивой жизни» он потерял квартиру, которую снимал в фешенебельном старом доме на 32-й улице. Какое-то время у Толстого не было постоянного адреса, зато появилось прозвище: «Они называли меня «бездомным графом»».

0

3

* * *

Работа над этой статьей началась со строчки в некрологе: «У нее остался сын, Сергей Толстой, живущий в Вашингтоне». Просматривая архив Washington Post, я наткнулся на некролог скончавшейся в 1999 году Веры Толстой, дочери сына писателя - Ильи. Эта женщина, дожившая до 96 лет, была одним из последних представителей Толстых, родившихся в России и помнивших своего великого деда. Мне стало интересно: может быть, Сергей и сегодня живет в Вашингтоне? По справочнику мне удалось найти нескольких Толстых, один из которых проживал в Сент-Мэриз-Корт на 24-й улице. В конце концов я обнаружил Сергея в принадлежавшей его матери резиденции в Нью-Смирна Бич (штат Флорида).

Мы несколько месяцев беседовали только по телефону: Толстой рассказал, что переехал в Штаты в конце 1960-х и поселился вместе с матерью, у которой тогда был дом в американской столице, в районе Кливленд-Парк. Сам он родился в бывшей Югославии 20 октября 1922 года. Его мать вышла за чешского фабриканта-мебельщика, но впоследствии брак распался, и граф с детства носил фамилию матери.

Молодость он провел в основном в Париже - и уже тогда вел богемный образ жизни. Он снимал квартиры вместе с друзьями-художниками, снимался в кино в массовке, был знаком с Уорреном Битти и Элизабет Тейлор. Как-то за игрой в бридж Толстой встретился с Омаром Шарифом. Самой знаменитой в его кинокарьере стала эпизодическая роль в эпопее «Самый длинный день» ("The Longest Day") о высадке в Нормандии. Там он играет немецкого солдата, охраняющего железнодорожный мост, и на секунду остается в кадре крупным планом - затем мост взлетает на воздух.

Там же в Париже Толстой пристрастился к скачкам. На вашингтонских ипподромах он подвизался в роли «жучка»: предлагал за деньги подсказать, какая лошадь должна выиграть. Сам он тоже делал ставки, а убытки компенсировал, подрабатывая преподавателем русского и французского. «На бегах часто можно встретить реальных людей, которые кажутся ожившими книжными персонажами, - рассказывает Росс Педдикорд (Ross Peddicord); раньше он писал в Baltimore Sun репортажи о скачках. - Сергей был само очарование. Он словно сошел со страниц "Анны Карениной"».

Уйдя на покой, Толстой проводит зиму во Флориде. Там у него есть подруга по имени Эллен Гамильтон (Ellen Hamilton); она хочет помочь графу написать его автобиографическую книгу. Гамильтон живет в Уинтер-Парк; именно она была основателем Флоридского международного конкурса пианистов. Она потратила немало часов, записывая на магнитофон его «шпионские рассказы».

Вот один из них: дело было в 1946 году; отношения между Соединенными Штатами и коммунистической Россией стремительно ухудшались. По словам Толстого, он получил задание выкрасть у русских карту с нанесенными местами дислокации американских войск в Европе. Эта карта, поясняет граф, должна была послужить доказательством ненадежности Москвы как союзника и обоснованием для дальнейших действий Америки против коммунистов. Для этого опасного задания он превратился в капитана сухопутных войск США Сержа Лонгфелло, чтобы его настоящее имя не стало известно и использовано в пропагандистских целях: некрасиво получается - Толстой шпионит против русского народа. Согласно легенде, «Лонгфелло» был переводчиком, прикомандированным к американскому офицеру, направлявшемуся в штаб русских войск в Восточном Берлине для обмена разведданными.

Когда подошло время обеда, русские достали бутылку водки  и попытались напоить Толстого и его спутника. Граф, однако, был во всеоружии: на этот случай он перед отъездом выпил пару чашек оливкового масла, чтобы оно обволокло стенки желудка и нейтрализовало действие алкоголя. За угощением, когда все сидящие за столом уже были в изрядном подпитии, Толстой извинился: дескать, нужно в туалет. Он поднялся наверх, обнаружил «разоблачительную» карту в ящике стола в одном из кабинетов и засунул ее в карман брюк. Граф благополучно вернулся в Западный Берлин, но начальство, очевидно, решило, что ее нельзя считать достаточно веской уликой для начала военных действий.

Толстой сетует, что его заслуги в качестве разведчика не получили никакого признания и даже военную пенсию ему не платят. Он надеется, что деньги, вырученные за книгу, послужат компенсацией того, что ему задолжало государство за эту опасную работу.

0

4

* * *

Мы с Толстым наконец встретились в начале мая, когда он вернулся из Флориды. Зрение у него настолько плохое, что юридически он считается слепым, и в Вашингтон графа привезла на своей машине Гамильтон. Он рассказывает, что администрация Сент-Мэриз-Корт хочет выставить его на улицу за неуплату аренды во время отсутствия. Он, по его словам, понимает, что надо было заплатить, да вот с деньгами туговато. Толстой говорит - время от времени Гамильтон одалживает ему деньги, чтобы расплатиться с кредиторами. Она называет себя «литературным агентом» Толстого, и утверждает, что они подписали контракт, где прописаны все детали, связанные с изданием книги.

«Эллен хочет 50% доходов от публикации, - рассказывает мне Толстой. - Но ведь это моя книга. Почему она должна получить половину денег за мою историю?». Он показывает мне эскиз обложки будущей книги, чью публикацию, по его словам, Гамильтон пытается организовать уже нынешним летом.

Пока что ее поиски материалов, подтверждающих рассказ Толстого, не увенчались успехом. Сам граф говорит: в том, что его служба в американской армии не оставила очевидного «бумажного следа», нет ничего удивительного. Он получил американское гражданство лишь в конце шестидесятых, а потому поиски в базе данных Министерства обороны по номеру его пенсионного удостоверения не могут дать результата.

На столике у графа стоит фотография прадеда. Толстой рассказывает, что пытается строить свою жизнь по заветам великого писателя. На августовской встрече Толстых он будет самым старым участником и часто задумывается, что он сам оставит потомкам. В Париже граф 10 лет состоял в браке; единственное, что он рассказывает о жене - это то, что она умерла от алкоголизма. Детей у него нет, а многие друзья уже умерли.

«Учитывая мой возраст, мне и самому уже немного осталось», - говорит он, и выражает надежду, что публикация книги станет рассказом о его жизни для будущих поколений.

Когда я начинаю прощаться, Толстой предлагает выпить за знакомство по рюмке русской водки. Мой отказ его не расстраивает - граф явно лишь хотел выразить признательность человеку, который его выслушал. «Спасибо, Шапиро, спасибо, - говорит он, когда я уже стою в дверях. - Au revoir».

0


Вы здесь » Россия - Запад » Русское зарубежье » Т. Рис Шапиро - Сергей Толстой, правнук великого писателя...